— Я вас смутил? — заметил лорд Хард. — Давайте поговорим о чем-нибудь другом.
— Да, пожалуйста, — с готовностью согласилась Энн. Вовсе не хотелось, чтобы Дезмонд понял, что не его слова заставили ее покраснеть; одной лишь мысли о Максимилиане вполне хватало, чтобы сердце взволнованно застучало, а щеки запылали от воспоминаний и желания.
— Энни!
Леди Бишоп вздрогнула и посмотрела вперед. Возле громоздкой многоместной кареты стояли Тереза и Полин и радостно махали подруге. Какая радость! Наконец-то дружеские лица.
— Давайте остановимся, милорд, — попросила Энн и с улыбкой помахала в ответ. До приезда лорда Хэлферста беседы с джентльменами никогда не казались столь запутанными, опасными и проблематичными.
— Но мне хотелось бы провести время наедине с вами, — обиженно запротестовал виконт.
— Всю дорогу вы только и говорили что о лорде Хэлферсте, — упорствовала Энн. — Не могу больше слышать о нем ни слова.
— В таком случае перестаньте о нем спрашивать, дорогая. Можно подумать, что вас угораздило влюбиться в овцевода.
Но как же получить ответы, если не задавать вопросы?
— Остановите коляску, Дезмонд. Мы с Дейзи, пожалуй, пройдемся пешком.
— Энн, не сердитесь на меня за то, что я так ценю ваше общество. Готов обсуждать любую тему, какую пожелаете.
Несмотря на уступку и предложение мира, больше всего на свете леди Бишоп хотела бы избавиться от виконта, хотя не далее как час назад зачем-то согласилась отправиться за покупками на рынок Ковент-Гарден.
— Может быть, не откажетесь сопровождать нас всех? — предложила она. — Я уже несколько дней не встречалась с Полин и Терезой.
Виконт тяжело вздохнул, но покорно направил фаэтон к тротуару.
— Как прикажете, дорогая.
Теперь он считал ее капризной, своевольной и стремился задобрить. До тех пор пока поклонники не сомневались в помолвке, отношения складывались значительно проще: все понимали, что ничего, кроме дружбы, красавица предложить не может. А в последнее время Дезмонд упорно стремился поцеловать ее, да еще доказать, насколько плох Максимилиан.
Это обстоятельство казалось особенно странным. Разговоры о несоответствии и несостоятельности маркиза должны были бы радовать и подтверждать логичность и правомерность отказа. Но вместо этого каждый выпад виконта вызывал немедленное стремление возразить и привести веские аргументы в защиту обвиняемого. Почему, почему она вела себя так глупо? Почему допустила объятия, прикосновения и… близость?
Наконец коляска остановилась у кромки тротуара.
— Энн! — решительно заговорила Полин и даже зачем-то схватила ее за щиколотку. — Как хорошо, что мы тебя встретили!
— Я тоже очень рада вас видеть, — призналась леди Бишоп, слегка удивленная нетерпением и настойчивостью подруги.
— Но мы специально тебя разыскивали, — пояснила Тереза. — Приехали утром домой, чтобы позвать за покупками, и кого, по-твоему, застали?
Догадаться не составляло особого труда.
— Лорда Хэлферста?
— Да! Так ты знала о визите?
— Откуда? Приняла приглашение лорда Харда и уехала.
Виконт подошел, чтобы помочь спуститься, и она одарила его милостивой улыбкой.
— Представляешь, сидит в утренней комнате — наверняка уже больше часа! А леди Дэвен сказала, что, похоже, он твердо намерен дождаться твоего, возвращения.
Пытаясь скрыть чувства, Энн на миг прикрыла глаза: уже знакомое волнение при мысли о встрече с маркизом сменилось откровенным, опасением. Если лорд Хэлферст долго пробудет в Бишоп-Хаусе в ее отсутствие, то непременно встретится с отцом. Судя по загадочному высказыванию относительно пристального внимания к делам маркиза, лорд Дэвен уважает молодого человека и считает его вполне достойным супругом. Господи, еще, чего доброго, эти двое договорятся за ее спиной!
Дезмонд тем временем стоял рядом и напрасно пытался скрыть недовольство; сообщение подруг его не порадовало. Кроме того, виконт уже понял, какая именно просьба последует.
— Дезмонд, будьте так добры…
— Отвезти вас домой? — перебил лорд Хард. — Что ж, придумайте хотя бы один убедительный довод, почему я должен это сделать.
Энн нетерпеливо, раздраженно вздохнула:
— Милорд, если вам удастся хотя бы еще на несколько минут сохранить иллюзию любезности, возможно, мы сумеем остаться друзьями.
— И что же из этого последует? — резко возразил виконт. — Раз в полгода письмо из Йоркшира с жалобами на несчастную долю и сожалениями о том, что не прислушались к советам «друга»?
— Знаете ли, так не разговаривают, — ледяным тоном заметила Энн и сжала руку Терезы. Пальцы дрожали, но Тереза подумает, что это от холода? — Ваше поведение больше похоже на ревность. Должна заметить, я всегда ясно давала понять, что обручена. Собираюсь ли я выходить замуж за лорда Хэлферста или нет, этот факт остается неизменным.
— Только когда вам так удобно, — язвительно отозвался Дезмонд.
— Пойдем, Энни. — Тереза потянула ее за руку. — Мы с Полин отвезем тебя.
— Да-да, так будет значительно лучше, — вставил лорд Хард. — А я снова буду к вашим услугам, когда наиграетесь со своим овцеводом и образумитесь.
Прежде чем леди Бишоп успела придумать достойный ответ, оскорбленный поклонник, прыгнул в фаэтон и был таков.
— Бог мой, — изумленно прошептала Полин, — в жизни не видела его таким злым.
— И я тоже, — призналась Энн. Голос дрожал не меньше, чем руки. — Отвезешь меня домой?
— Конечно, Энни. Садись.
Устроившись в карете приятельницы и немного успокоившись, леди Бишоп с удивлением поняла, что думает не столько о припадке ревности, который только что случился с виконтом, сколько о предстоящей встрече со своим овцеводом. Четыре дня разлуки казались вечностью, а возможность оказаться рядом — блаженством.
К счастью, удалось убедить леди Дэвен в том, что вовсе нет необходимости развлекать гостя приятной беседой. Максимилиан заявил, что с удовольствием почитает книгу и дождется возвращения невесты. Нерешительное топтание мамаши жутко раздражало, а попытки поговорить о дочери вызывали негодование неточностью характеристик и ошибочностью понимания. Леди Бишоп не поддавалась ни описанию, ни анализу.
Прежде всего, Энн оказалась первой и единственной лондонской девицей, чуждой жеманства и манерности. Она оставалась собой и при этом прекрасно себя чувствовала. Вопреки утверждениям маменьки о стеснительности и замкнутости дочки мисс Бишоп предстала особой любознательной, решительной и склонной к неосторожным поступкам.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
