Сильвия сдвинула брови, должно быть, подумав о том же. Слишком странно было видеть обычно очень спокойного и доброжелательного мужчину в таком виде. У него даже взгляд изменился. Стал жестким и очень пронзительным.
– Сильвия, я буду честен с тобой, – проговорил он негромко. – Твое постоянное присутствие в моих снах… Утомляло. Мягко говоря.
– К-как?
Сильвия была настолько возмущена и потрясена словами лорда Гриннара, что начала запинаться.
Александр в ответ саркастически оскаблился, явно позабавленный реакцией главы рода Уайтнаров.
– Ты взвывала о мести, – сказал он. – Напоминала мне о деяниях давно минувших лет. Пыталась заставить плясать под твою дудку. Ты была тем самым шепотом во мраке, который сопровождал меня почти с рождения. С того самого момента, как я помню себя. Но все это мне было не надо. В детстве твои насланные видения о гибели драконов в небе Пустоши дико пугали меня. Жалоба отцу возымела действие, и ко мне приставили мага-менталиста, который помог установить своеобразные защитные блоки в моем сознании. И это помогло. На долгие годы ты замолчала. Лишь изредка твое безумие прорывалось ко мне ночными кошмарами, после которых я просыпался в ледяном поту и долго не мог понять, на каком я вообще свете. Думаешь, это приводило меня в восторг?
Как и следовало ожидать, Сильвия промолчала. Она стояла напротив лорда Гриннара, гордо вскинув подбородок и не отводя от него взгляда. Но я ощущала, что, наверное, впервые за очень долгое время глава рода Уайтнаров была в полнейшей растерянности.
– Тогда я и узнал, что ты считаешься настоящим проклятием в нашем роду, – продолжил Александр, убедившись, что ответа на его вопрос не последует. – Далеко не все мои предшественники слышали твой навязчивый голос. Например, мой отец не познал этого «счастья».
Последнее слово лорда буквально сочилось ядом. Понятно, что смысл в него он вложил прямо противоположный.
Сильвия еще выше вскинула подбородок. Крепко сжала губы, как будто удерживала себя от ругательства.
Наверное, ей очень неприятно слышать это.
– Позже я сам стал заниматься магией и понял, что слишком чувствителен к ментальной ее разновидности. Потому, видимо, ты и сумела докричаться до меня несмотря на то, что кровного родства между нами нет. – Подумал немного и добавил с кривой ухмылкой: – К моему величайшему сожалению.
– Почему ты так говоришь? – не выдержав, с глухим раздражением спросила Сильвия. – Гриннары в битве на Пустоши потерял последнего прямого потомка изначального зеленого дракона. Теперь ваш род медленно угасает. Рано или поздно, но вы потеряете возможность подниматься в небо.
– И что из этого? – Александр небрежно пожал плечами. – Зеленые неплохо устроились в Даргейне. Наш род, наверное, можно назвать самым богатым во всей империи. Услуги целителей во все времена оплачивались более чем достойно. К власти лично я никогда не стремился. Это слишком суетно, хлопотно и неблагодарно. Гораздо лучше жить в тени, наслаждаясь всеми преимуществами своего положения. А ты… Ты желала бросить наш род в кровавую распрю, где победителей бы не было. Зачем нам это?
Такой вопрос застал Сильвию врасплох. Она облизнула пересохшие губы, наморщила лоб.
– Память предков… – начала неуверенно.
И тут же замолчала, когда Александр издал короткий презрительный смешок.
– Ой, прекрати! – потребовал он. – Память предков важна для тебя и только для тебя. Ни в коем случае не для меня. Гриннары давным-давно смирились со своим поражением и не намерены никому мстить. К тому же то самое угасание рода, о котором ты так упорно толкуешь, идет очень медленно. С момента роковой битвы миновало столько веков. Тем не менее, зеленые по-прежнему поднимаются в небо. И, скорее всего, ничего не изменится еще очень и очень долго.
– Но…
Сильвия окончательно растерялась. Ее голос постыдно дрогнул, как будто она из последних сил сдерживала слезы.
– Но ты ведь помогал мне! – наконец, выпалила она. – Да, ты давно закрыл мне дорогу в свои сны. Но ты начал действовать самостоятельно. Я знаю о всех событиях в Даргейне из памяти Амары. Нападение диких драконов. Покушение на Кеннара. Придворные интриги. Разве это не твоих рук дело?
По лицу лорда Гриннара пробежала едва заметная тень неудовольствия. Он откинулся на спинку трона, нервно забарабанил по колену, как будто раздумывал, как ответить на этот вопрос.
– Можно сказать и так, – наконец, очень уклончиво проговорил он.
– Можно сказать? – с недоумением переспросила Сильвия. – То есть?
Александр еще пару раз ударил себя по колену кончиками пальцев. Затем потянулся и встал. С неприятным хрустом прогнулся в пояснице, разминаясь после долгого сидения. Трон стоял на возвышении, поэтому ему пришлось спуститься на пару ступенек. К Сильвии лорд Гриннар подходить не стал. Вместо этого остановился около распростертого навзничь Эйнара.
– Что ты почувствовала, когда увидела тело своего врага? – поинтересовался негромко.
– Досаду, – не задумываясь, ответила Сильвия. – Этот алый слишком легко отделался. Но ничего. Остался еще его брат. У Кеннара есть сын. И есть любимая женщина. О да, император прочувствует всю ту боль, которую испытала я много веков назад.
Я ужаснулась от понимания того, что Сильвия говорит совершенно серьезно. И ладно бы она хотела убить только Кеннара. Но задуманное ею просто не укладывается в голове. Это даже не жестокость. Это… Это зло в самом традиционном понимании слова. Чистое, незамутненное никакими угрызениями совести, а самое отвратительное – Сильвия ни на каплю не сомневается в верности принятого решения. И переубедить ее невозможно.
– Я и не сомневался, что услышу именно это. – Александр тяжело вздохнул. – Кстати, а тебя не удивило то, что во дворце никого нет?
– Удивило, – подтвердила Сильвия. – Но, думаю, это Эйнар постарался. Наверняка поторопился отправить братца с его семьей куда-нибудь подальше от Доргфорда. Наивный! Неужели не понимал, что я везде их отыщу? Никогда прежде я не была так близко от исполнения мечты.
Александр опять вздохнул. Еще более тяжко.
– Кстати, а зачем ты натравил на меня диких драконов? – неожиданно спросила Сильвия. – Это было подло с твоей стороны. Я считала, что мы союзники. Или они забылись в горячке схватки с Вэлнаром?
– Нет, не забылись, – обронил лорд Гриннар. – Но, по-моему, ты пропустила мимо ушей все, что я говорил тебе в самом начале. Сильвия, я никогда не был твоим союзником. И не собираюсь им становиться. Да, мне жаль, что твой род оказался истреблен. Однако истинные виновники той трагедии давно держат ответ за свои деяния перед богом мертвых. Уверен, в мире теней наказание их более чем сурово.
Сильвия презрительно скривилась, явно не одобряя слова лорда.
– И потом, – мягко добавил он. – Осталась Амара. Значит, род белых дракониц будет возрожден. И со временем он станет таким же сильным и могущественным, как и прежде.
– Я в этом и не сомневаюсь, – фыркнула Сильвия. – Амара станет императрицей Даргейна. Я уничтожу Кеннара. Эйнар и так уже мертв. Потом придет черед Вэлнара. А впрочем, тут мне даже руки марать не придется. Черный и без того на последнем издыхании…
«Ты же обещала! – взвыла я, отказываясь верить ушам. – Ты же сказала, что спасешь Вэлнара! Только по этой причине я согласилась впустить тебя в свое сознание!»
«Цыц! – сурово осадила меня Сильвия. – Амара, пойми, бывает ложь во спасение, без которой невозможно обойтись. Я должна была заставить тебя принять мои условия. А Вэлнар… Поверь, ты быстро забудешь этого нахального черного дракона. Пойми, я предлагаю тебе целую империю. Совсем скоро во всем Даргейне не останется прямых потомков изначальных драконов. Кроме тебя».
«Да не нужна мне твоя власть! – Если бы я смогла прокричать это, то наверняка сорвала бы горло – такая злость и отчаяние бушевали сейчас во мне. – Ты солгала мне!»
«Прости, – равнодушно прозвучало в ответ. – Ты сделала свой выбор. Я сделала свой. Рано или поздно, но ты поймешь, что я действовала лишь во благо тебе. И всему нашему роду. Мы должны…»
