употребляли такие термины, которые я даже не выговорю!
– Да, Елагин был удивлен вашими познаниями.
– Судя по документам, он и вправду хочет процветания для нас.
– Не будь так наивен! Барский дом – лакомый кусок. Если он модифицирует его под современный отель, то начнет качать огромные деньги.
– Вот-вот, и тогда уж мы со своими халупами окажемся лишними в родном Зараево!
– Да брось, Данил не подведет, он вырос здесь.
– Но вернулся совсем другим человеком! Ты заметила, как он изменился?!
– Верно говорится, из грязи да в князи!
– Нет, – раздался голос Натали. – Елагины – довольно старинный род. Правда, мы, Леонтьевы, ведем свое исчисление на сотню лет больше!..
«Бабуля села на своего конька», – усмехнулась Лиза.
По словам Натали выходило так, что несколько веков назад яблоко раздора – барский дом принадлежал именно Леонтьевым.
«С такими заявлениями она может нажить лишние хлопоты», – машинально подумала Лиза. Она еще не представляла себе, какие удивительные последствия повлекут за собой безответственные слова Натали.
Через два часа делегация покинула гостеприимную дачу Леонтьевых. На дрожжах комплиментов бабуля поднялась на седьмое небо и пребывала там вплоть до глубокого вечера.
Этот день – солнечный, продувной, истинно майский – мог бы и для Лизы стать весьма приятным. Но весть об итальянской фотомодели выбила ее из седла. Для нейтрализации этого открытия Лизе понадобилось столько душевных сил, что уже к девяти вечера ее энергия была на нуле.
В это время бабуля вспомнила, что даже английская королева, по свидетельству прессы, завершает день парой коктейлей с «мартини».
– Я одобряю ее вкус, – заявила Лиза. Ее слабая улыбка не понравилась бабуле, и Натали сказала:
– Вишневая наливка соседа не хуже. Попробуй!
Невольно вздохнув, Лиза пригубила бокал с вином насыщенного цвета.
– Да, рука мастера.
Натали посмотрела на нее долгим проницательным взглядом и тихо спросила:
– Ты что, потеряла вкус к жизни?
Одним глотком Лиза допила остатки вина и попросила добавки. При этом она заметила с деланным воодушевлением:
– Великолепный букет! И такой богатый вкус.
– А главное, – тихо сказала бабуля, – это превосходное снотворное. Ты должна знать, что время врачует любые душевные боли. Это не выдумка, это правда. – Лиза пожала плечами, а Натали ласково добавила: – Поверь мне, все пройдет…
И Лиза уже не нашла в себе душевных сил возражать ей и бодриться. Она просто отправилась спать в гостиную.
Рецепт английской королевы на самом деле оказался неплох. Несмотря на тяжелый день Лиза вскоре задремала.
В кронах темных деревьев за окном она еще улавливала черты лица Данила, но надеялась, что это продлится недолго… «Верка Носова оказалась права. Она ошиблась только в выборе объекта. А так, я действительно влюбилась. Причем, без взаимности…»
Несколько слезинок побежали от скулы по щеке. Лиза вспомнила, как Елагин игнорировал ее на рауте. Вспомнила и то, как он старался произвести на бабулю впечатление: и там, в «благородном собрании», и позже, в их саду. И все это – ради контроля за каким-то барским домом!..
«Ничтожный человек», – попыталась уверить себя Лиза. Но кроны темных деревьев по-прежнему ехидно представляли ей сильный овал лица и волевой подбородок…
Когда в листьях зашуршал майский ветер, Лизе почудился нежный шепот… С тем она и уснула.
Лизино пробуждение было загадочно и ужасно.
Видимо, ее погубила «английская королевская привычка». Два бокала вишневой наливки подействовали как убойное снотворное. Во всяком случае, Лиза ничего не услышала и не почувствовала.
Когда Лиза очнулась, то некоторое время вообще не могла сообразить, где она и что с ней происходит.
Вокруг было темно. Ее лицо и связанные руки ощущали какую-то шелковистую поверхность. Рот был залеплен, так что воззвать о помощи она не могла.
Спустя пару минут Лиза полностью сориентировалась.
Связанная и лишенная возможности кричать, она находилась в шелковом мешке, который куда-то везли. Сидение, скорее всего, автомобиля плавно покачивалось под Лизой. Сомнений не осталось.
Ее похитили!
«Мы с Натали доигрались!» Эта мысль огненной стрелой пронзила все ее существо. «Я не этрусская ваза ценностью в миллионы долларов. Не редкостный музейный экспонат. Даже не пряжка от пояса какой-нибудь знаменитости. Следовательно, за меня не потребуют выкуп у бедной Натали. А что же потребуют?!»
В Лизином сознании быстро прокрутились события последних дней. Скорее всего, ультиматум будет касаться лояльности Леонтьевых в отношении барского дома. Они развили слишком бурную деятельность по защите общественных интересов. И теперь Лиза поплатится за это.
Ее сунут в подвал, как это принято у нынешних варваров, которые похищают людей. Будут держать на сухарях и воде. В это же время Натали предъявят ультиматум: или борьба за злополучный барский дом, или жизнь и здоровье внучки. Натали, конечно, выберет последнее.
Но что будет с Лизой к светлому дню ее освобождения?!
И вообще, останется ли она в живых?
Издерганные стрессами похитители в последнее время что-то слишком часто расправляются со своими жертвами. И это на пороге третьего тысячелетия! Дикие, варварские нравы. Средневековые способы решения вопросов!.. Лиза от всей души заклеймила позором воров и террористов всех мастей. Но ее похитители, игнорируя этот факт, преспокойно куда-то везли свой живой и страдающий груз.
Чтобы не предстать перед ними испуганной овцой, Лиза занялась психотренингом. Она обратилась ко всем возможным «авторитетам» в ее понимании: Провидению, Небесам, солнечной энергии с тем, чтобы они напитали ее свежими силами для борьбы. Или хотя бы для противостояния злу.
«Я мобилизую, концентрирую в себе все потенциальные возможности. Я сильна, как Шварцнеггер. Коварна, как лиса Алиса. Умна, как распорядитель международного валютного фонда. Я все смогу преодолеть!»
Если этот нехитрый текст психотренинга и успокоил Лизу, то очень незначительно. Она не сумела почувствовать облегчения. Когда ее выгрузили из машины и аккуратно куда-то понесли, она дрожала, как ветка сирени под майским ветром.
Вскоре цель их неведомого путешествия была достигнута.
Лизу возложили на какое-то мягкое покрытие. Скорее всего, на диван. Как она почувствовала, сзади дернули за шнурки, и в ее мешок прокрались отблески света. Кроме того, освободили ее руки. Но сделали это так быстро, что Лиза не успела освободиться из мешка и поэтому не увидела своих похитителей.
Наконец она выпросталась из плена.
Это и в самом деле был шелковый мешок. Лиза сидела на велюровом диване в небольшой комнате, которая напоминала маленькую гостиную приличного дома. Кроме занятого ею дивана, пара кресел, напольная ваза с искусственным букетом, ковер на полу. Круглый матовый плафон в углу давал мягкое, ненавязчивое освещение.
Лизино внимание сразу привлекла одна деталь, которая изменила ход ее рассуждений. На спинке кресла висело платье ее размера. Сороковой, если следовать
