Читаем без скачивания Укороченный удар - Харлан Кобен

— Эррола.

— Суэйд держал его при себе?

Женщина кивнула.

— Значит, вы взяли пистолет, прижали дуло к щеке племянника и выстрелили.

Миссис Йеллер снова кивнула.

— Вы, по сути, снесли ему лицо, — продолжал спортивный агент. — Это меня тоже смутило: зачем стрелять в лицо? Почему не в сердце и не в затылок? Чтобы лица никто не увидел, вот почему. Чтобы превратить Суэйда в неузнаваемый кусок мяса! Потом устроили спектакль: когда в квартиру ворвались копы и головорезы сенатора, вы рыдали и прижимали Эррола к груди. Я спросил патологоанатома, кто опознавал труп, а она рассмеялась: какой идиотский вопрос! Ближайшие родственники, то есть мать, то есть вы, Диана. Что еще выяснять? Зачем копаться в деталях? Никто особо не усердствовал. А чтобы обезопасить себя окончательно, вы распорядились немедленно кремировать племянника. Реши кто-нибудь провести дополнительное расследование — все улики превратились в пепел.

Спрятать Кертиса особых сложностей не составило: в общенациональный розыск объявили Эррола Суэйда, молодого человека ростом под метр девяносто пять, совершенно непохожего на вашего сына. Кертиса Йеллера никто не вспоминал. Он погиб — и точка.

— Ну, все оказалось не так просто, — покачала головой Диана. — Мы с сыном были очень осторожны: конечно, приходилось играть против сильных мира сего. Я боялась полиции, а еще больше людей, работавших на сенатора. Газеты изобразили Кросса-младшего героем. Кертис знал правду, так что доберись сенатор до моего мальчика… — Женщина пожала плечами, явно не желая думать об очевидном.

Майрон кивнул: он рассуждал также — мертвые не болтают.

— Значит, следующие несколько лет Кертис провел в подполье?

— Да, можно и так сказать. Сынок переезжал с места на место, едва сводил концы с концами. При любой возможности я посылала ему деньги, но в Филадельфию велела не возвращаться. Так что взрослел Кертис самостоятельно. Жил на улице, однако благодаря хорошим манерам порой находил приличную работу, например, на целых три года устроился в теннисный клуб под Бостоном. Кертис постоянно тренировался, иногда ему даже позволяли играть с клиентами. Мне удалось скопить денег, и сыну сделали пластику, небольшую — вдруг встретит старого знакомого. Как вы сами заметили, Кертис сильно окреп: вырос на три сантиметра и набрал почти пятнадцать килограммов. А еще постоянно носил солнцезащитные очки, хотя я считала, что это уже слишком. Думала, его никто не узнает. Ведь столько воды утекло! В худшем случае кому-нибудь показалось бы, что он напоминает погибшего приятеля… Пять лет прошло, и мы оба вздохнули с облегчением: опасность миновала.

— Поэтому на ваш счет и закапали деньги, — проговорил Майрон. — Не откупные, а призовые, которые получал Дуэйн, став профессионалом. Это он подарил вам дом.

Миссис Йеллер кивнула.

— Несколько дней назад, увидев вас в отеле, я решил, что вы любовники. Но получается, то была встреча сына с матерью. И у двери вы обнимали его не как возлюбленного, а по-матерински… На самом деле Дуэйн вообще не изменял Ванде, «связи на стороне» использовались для прикрытия. Так что девушка не ошиблась: все это время любимый хранил ей верность и не обманывал ни с вами, ни с Валери Симпсон.

Диана снова кивнула:

— Сын по-настоящему любит Ванду, они отличная пара.

— Все шло гладко, пока Валери и Дуэйн не пересеклись в моем офисе, — рассказывал Болитар. — Расслабившись, парень снял очки, и она увидела его с близкого расстояния. Как я уже говорил, невозможно забыть лицо человека, которого считаешь убийцей своего жениха. Мисс Симпсон узнала Кертиса, стащила карточку с его данными и позвонила. Диана, что случилось потом? Валери угрожала разоблачением?

— Мы с вами кое-что пропустили, — заявила миссис Йеллер. — Я лишь хочу, чтобы не осталось никаких неясностей.

— Хорошо.

— В ту ночь Кертис не подозревал, что я решила убить Эррола. Я велела сыну спрятаться в подвале, который сообщался с заброшенным туннелем. Там он мог отсидеться, пока страсти не улягутся. Эрролу пришлось остаться: я пообещала осмотреть ребра, но, едва Кертис вышел из комнаты, взяла пистолет и застрелила племянника.

— Ваш сын узнал о случившемся?

— Впоследствии догадался, хотя, повторяю, с самого начала ни о чем не подозревал. Сын тут совершенно ни при чем.

— А как насчет Валери? Она собиралась раскрыть вашу тайну?

— Да.

Майрон перехватил взгляд Дианы.

— И вы ее убили…

Несколько секунд миссис Йеллер молча разглядывала ладони, будто пытаясь найти какое-то объяснение.

— Она не пожелала прислушаться к здравому смыслу, — тихо начала женщина. — Дуэйн сказал, что Валери ему звонила. Он пытался объяснить: убийца — Эррол и нечего нападать на невиновных, однако ей было все равно. Тогда в отель «Плаза» пришла я. Начала убеждать: Дуэйн не сделал ничего плохого, но в ответ Валери все повторяла какую-то ерунду о том, что устала прятаться от прошлого: мол, и так слишком долго молчала и теперь должна выговориться… — Зажмурившись, Диана покачала головой. — Эта девушка не оставила мне выбора. Начав следить за отелем, я увидела, как она понеслась во «Флашинг-Медоус». Было ясно: Валери страшно, она хочет с кем-то поделиться, значит, нужно действовать, нужно помешать ей, причем немедленно, иначе… — Миссис Йеллер затихла и, убрав руки со стола, спрятала их на коленях. — Выбора действительно не оставалось.

Майрон слушал затаив дыхание.

— По-другому я поступить не могла: на одной чаше весов была она, на другой — жизнь моего сына.

— И вы во второй раз выбрали сына.

— Да, и если вы сдадите меня копам, получится, что жертвы были напрасными. Всплывет правда, и моего мальчика убьют. Непременно убьют…

— Я его защищу! — пообещал Болитар.

— Нет, это моя обязанность.

На подъездной аллее заскрипели шины. Поднявшись, Майрон выглянул в окно. Дуэйн! Заглушив двигатель, он выскочил из салона.

— Задержите его, — неожиданно сорвавшись с места, попросила Диана, — пожалуйста!

— Что?

Подбежав к двери, женщина задвинула засов.

— Не хочу, чтобы он видел.

— Что видел? — спросил Болитар, но тут же все понял: миссис Йеллер держала в руках пистолет.

— Я уже дважды убивала ради его спасения, думаете, на третий не решусь?

Майрон оглядел гостиную — куда бы спрятаться? — и уже в который раз отругал себя за непредусмотрительность. Он стоит прямо посреди комнаты, Диана не промахнется.

— Убив меня, вы проблему не решите!

— Знаю…

Дуэйн колотил в дверь.

— Открой! Ничего ему не говори! — кричал он, не переставая колотить.

Глаза Дианы наполнились слезами.

— Майрон, никому не рассказывайте! Тем более рассказывать больше нечего: всем виновным воздастся по заслугам.

Миссис Йеллер прижала дуло к виску.

— Не надо! — прошептал Болитар.

— Мама, открой, мама! — кричал с улицы Дуэйн.

Женщина повернулась на отчаянный голос, и Майрон попытался ее остановить. Не успел… Нажав на курок, Диана принесла последнюю жертву ради своего сына.

ГЛАВА 48

Через некоторое время Майрон не без труда уговорил Дуэйна уйти из материнского дома. Ведь именно так хотелось бы Диане. Когда оба отъехали на порядочное расстояние, Болитар позвонил в полицию Черри-Хилл и, не представившись, сообщил, что «только что слышал выстрел», назвал адрес и отсоединился.

Спортивный агент и подопечный встретились на стоянке для отдыха посреди скоростной магистрали Нью-Джерси. Дуэйн уже взял себя в руки и перестал всхлипывать.

— Ты кому-нибудь расскажешь? — спросил теннисист.

— Нет.

— Даже матери Валери?

— Я ничего ей не должен.

Тишина. По щекам Дуэйна снова покатились слезы.

— Так что, Майрон, правда тебя освободила?

Болитар пропустил вопрос мимо ушей.

— Поговори с Вандой, — посоветовал он. — Если действительно ее любишь, признайся ей во всем. Это твой единственный шанс.

— Ты больше не можешь быть моим агентом, — покачал головой Ричвуд.

— Знаю…

— У мамы не было выбора, она должна была спасти меня.

— Нет, выбор был.

— Неужели? Как бы поступил ты, если бы дело касалось твоего ребенка?

Ну что тут скажешь? Одно Болитар знал четко: Валери Симпсон он убивать бы не стал.

— Выйдешь завтра на матч?

— Обязательно, — Дуэйн сел в машину, — и выиграю.

Майрон не сомневался.

Припарковавшись на стоянке Кинни, Болитар прошел мимо уродливой скульптуры в здание «Лок-Хорн секьюритиз». За стойкой дежурил охранник. Субботним вечером во всем небоскребе ни души. Тем не менее в одном из окон горел свет, Майрон заметил его еще с улицы.

Скорее в лифт — и на четырнадцатый этаж! Темнота, обычный для «Лок-Хорн секьюритиз» шум затих до понедельника… Большинство компьютеров отключены и покрыты пластиковыми чехлами, лишь на экранах некоторых горят причудливые заставки, отбрасывая на столы танцующие отблески. Болитар поспешил на свет, горевший в угловом кабинете. Уин сидел в кресле и читал книгу на корейском. Заметив Майрона, он поднял глаза.