День похорон начался со слёз.
Любовь отчаянно отстаивала возможность попрощаться с дочерью, а мужчины её настойчиво отговаривали. И я их понимаю. За те месяцы, пока Ника была мертва, её физическая оболочка... Пришла в негодность.
Масла в огонь подливала Златка. Дочь карпизничала, отказывалась от всего, что ей предлагали и устраивала всем, абсолютно всем бойкот. Хотя я её всего лишь просила вести себя как можно тише, ведь мы в гостях, где в ближайшие дни будут хоронить ребёнка...
Игры? Не хочу!
Спать? Не хочу!
Сладости? НЕ ХОЧУ! НЕ БУДУ!
- Когда все это сумасшествие закончится?
Задала чисто риторический вопрос самой себе, закончив помогать Демьяну с загрузкой необходимых вещей в машину и наблюдая за хмурой дочерью, сидящей на крыльце дома.
- Скоро, Анюта. Устала? - обнимает меня со спины мужчина и бегло целует в макушку.
- Не так, как устал ты. - я поворачиваюсь лицом к мужу, содрагаясь от теплых ладоней на талии. - Как мама?
- Она под сильными успокоительными.
- Это ужасно... Не представляю, что чувствовала я, если бы с моим ребёнком произошло что-то подобное...
Для матери ребёнок всегда будет на первом месте и пережить подобную трагедию просто напросто невозможно.
- Я не позволю никому причинить вред Злате, слышишь? - вкрадчиво спрашивает, заправляя выбившиеся из высокого хвоста пряди волос мне за уши. - В нашей семье уже слишком много всего произошло, хватит с нас всех.
- Расскажешь? - в очередной раз спрашиваю, даже не надеясь на положительный ответ.
- Нет.
Демьян против того, чтоб я знала, что случилось в конечном итоге с мразями, испортившими жизнь мне, Нике. Единственное, что он сказал: "они больше никого не потревожат, как и твои родители. Мы твоя семья, Аня."
Мне было страшно и до жути интересно, но... Надо смириться с тем, что теперь нужно считаться с чьим-то мнением, уважать его. Это... Непривычно и странно.
И приятно. Я каждый день удивляюсь тому, что обо мне кто-то заботится. Как маленький ребёнок наблюдаю за этим, иногда не находя нужных фраз для данной ситуации.
- Я сегодня же уеду, Демьян. - и, пока супруг не успел возмутиться, начинаю быстро тараторить. - Знаю, тебе сейчас хватает проблем, но я больше не могу находиться здесь.
- Мама что-то сказала? - нахмурившись, отстраняется. - Пойми, ей сейчас...
- Не в ней дело, а во мне. Для меня этот город - дыра, затягивающая в прошлое, в бездну моих ошибок. Все напоминает о неправильных поступках. Все. - я перевожу взгляд на дом и горько усмехаюсь. - Я же могла попытаться исправить их, а в итоге просто сбежала.
- Делай как знаешь.
Спустя пару минут тишины, нарушаемой легким дуновением ветра и колыханием листвы деревьев, на крыльцо выбегает весело щебечащая дочь, а за ней выходит отчим Демьяна, Алексей.
- Злата, не беги! - в один голос с Власовым восклицаем и переглядываемся.
- Спелись, голубки. - ехидно произносит мужчина в возрасте, наблюдая за нашими едва заметными улыбками. - Демьян, помоги матери спуститься, меня она отказывается слушать. - в миг потеряв озорной взгляд, приближается к нам.
- Анют, пока забирайся вместе со Златой в машину, я сейчас вернусь. - в очередной раз чмокнув меня в макушку, мужчина возвращается в дом.
- Ну что, егоза, давай, запрыгивай в машину.
В автомобиль дочь упорно не хотела запрыгивать. Не хочет ехать на похороны. Не понимает, что это такое и зачем их устраиваить. Мои попытки объяснить свелись с тому, что Злата стала просить меня о возвращении домой.
Она устала, я все это прекрасно понимаю, но и мне трудно. Всем сейчас не легко, родителям Ники и Демьяну хуже всего, но они держатся, а мы с дочерью только и делаем, что ноем.
Раздражает.
Во время похорон я находилась в стороне. Не описать словами, каково это, когда гроб с твоим близким человеком опускают на дно заранее подготовленной ямы. Незнакомые мне люди подходили к бледным родителям, выражали свои соболезнования, разговаривали. Лица менялись одно за другим, постепенно людей становилось все меньше, они пропадали из моего поля зрения, оставляя родных с этим горем наедине и меня.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Я боялась подойти. Только Демьян знал, что я была знакома с Вероникой. Только ему известно, что происходило с ней в ночь изчезновения. Не думаю, что мать смогла бы это пережить, да и сам Демьян не решится рассказать. Невыносимо больно даже думать, что я причастна к смерти подруги.
- Не хочешь подойти к ней? - вздрагиваю, выниривая из тяжелых мыслей и вскидываю взгляд на супруга.
- Не могу. - не знаю, разобрал ли он мой еле слышный писк, но явно заметил, как я сжалась в его присутствии.
- Я пропустил момент, когда мы вернулись на стадию "мне страшно, не подходи"? - нахмуривается, обводя контур моего подбородка большим пальцем. - Прекращай бегать от себя, Анюта.
- Прости, я просто... - уткнувшись носом ему в грудь и обхватив его талию руками, разревелась как ребёнок.
Было стыдно за свое поведение, что я строю из себя самую бедную, несчастную, потерянную, хотя моему, на данный момент, окружению, гораздо больней.
- Я люблю тебя, Демьян, безумно сильно и мне порой кажется, что все происходящее просто сон. Не могу поверить, что ты решил провести жизнь с такой, как я.
- С какой, Ань? - его обжигающе горячие руки медленно, успокаивающими движениями гладили меня по спине. - Ты сильная, но ранимая. Миниатюрная, но смелая. Иногда мне кажется, что в тебе сидит грозный мужик, которого хрен с места сдвинешь. Ты уже в первый рабочий день стала мне перечить, гнуть свою палку. - со смешком заканчивает.
- Вообще-то, это был не первый рабочий день.
- Не важно. - отмахивается от меня, как от мухи. - Я впервые испытываю такие чувства к женщине. В самом начале я думал, что это просто влечение, которое уйдет само по себе. После секса.
- Это ты мне и предложил.
- Именно. И ты согласилась.
- Да...
- Но, вопреки моим надеждам, влечение не уходило. Оно становилось все крепче, расставляя свои сети вокруг моего сердца. В них то я и угодил.
Не только ты, Демьян.
Думаю, для нас двоих все было решено еще восемь лет назад, но судьба распорядилась нашим временем иначе. Нам суждено было встретиться, пережить боль от потери близких, найти вновь себя. Нас.
Восемь лет назад у нас бы ничего не получилось. Я - загнанный в угол ребёнок, он - начинающий с нуля свой бизнес и потерявший младшую сестрёнку парень. Мы изменились.
Эти изменения свели нас вновь. Забытая ночь, ставшая началом новой жизни. Ночь, которая изменила нас.
- Я хочу с ней попрощаться.
Отстранившись от мужчины, направляюсь к кресту с фотографией, на которой изображена жизнерадостная девушка с широкой улыбкой и ярким, озорным взглядом. Рядом с могилой уже никого нет, что окончательно развязывает мне руки.
- Привет, Вероника. - дрожащими пальцами провожу по краями фотографии. - Я так много всего хочу тебе рассказать, так сильно хочу услышать твой голос рядом и услышу. Ты навсегда останешься в моей памяти. Моя подруга, мой якорь. Так же ты себя называла, когда я, в очередной раз, приходила к тебе в слезах? - я не успеваю вытирать предательскую влагу с лица, которая падает на рыхлую землю. - Ты всегда поддерживала меня, но сама, все переживания носила в себе. Прости, что не стала тем, кому ты бы смогла довериться. Прости, что мало слушала, предпочитая только рассказывать. Прости меня за все, Ника.
Глава 56
Анна
Время шло своей чередой, лето сменилось осенью. Я медленно шагала вдоль высоких деревьев, рассматривая шуршащие под ногами листья самых разных оттенков: красные, желтые, зеленые... Пропускала в голове мысли о том, как мы сегодня проведем вечер, после того, как Демьян вернется с работы и улыбалась. Мне нравится встречать его, нравится наблюдать за тем, с какой широкой улыбкой несётся в объятия отца Злата.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
