— Конечно! — Она внимательно посмотрела на Рорка. — А у тебя другая точка зрения?
— Тонущее дитя… — пробормотал себе под нос Рорк. — Отец, видя, как его сын уходит под воду, кидается в реку. Он готов отдать свою жизнь, чтобы спасти жизнь ребенку. Это любовь, Ева. — Он погладил ее по щеке. — Любовь не останавливается ни перед чем. Очевидно, Марко считает, что его сын виновен, и готов принести в жертву себя.
— Но если он думает, что убийства совершил Дэвид, то как он может заступаться за него?! Это же безумие!
— Нет, всего лишь любовь. Пожалуй, нет ничего сильнее родительской любви. Нам с тобой не удалось испытать ее на себе, но любовь эта существует.
— Даже если ребенок — чудовище? — спросила она с сомнением.
— Может быть, в таких случаях — особенно. Когда я был мальчишкой, я знал одну женщину в Дублине, дочь которой изуродовало в автомобильной катастрофе. Денег на операцию не хватило. У нее было пятеро детей, и всех их она обожала. Но четверо были нормальными, а одна — инвалид. Она защищала ее как могла — от любопытных взглядов, от пустых разговоров, от жалости… И посвятила всю себя больному ребенку. Она считала, что остальным не так нужна: они ведь были полноценными.
— Есть разница между неполноценными физически и моральными уродами!
— Для родителей — никакой.
— Ладно, каков бы ни был мотив у Марко Анжелини, мы все равно докопаемся до правды.
— Ни секунды в этом не сомневаюсь. Когда заканчивается твое дежурство?
— Что?
— Когда твое дежурство заканчивается?
Ева взглянула на часы в углу экрана компьютера.
— Час назад закончилось.
— Отлично! — Он встал и протянул ей руку. — Пошли.
— Рорк, мне еще нужно кое-что доделать. Хочу снова просмотреть запись допроса Марко Анжелини. Мне надо найти прокол в его показаниях. Еще придется поторопить этих типов из лаборатории: они уже целую вечность возятся с ножом…
Терпения у Рорка было достаточно.
— Ева, ты так устала, что не сможешь сейчас найти никакого прокола. — Он взял ее за руку и поднял со стула. — Пойдем!
— Ну ладно, пожалуй, ты прав — надо сделать перерыв. — Ева выключила компьютер и вышла вслед за Рорком из комнаты. Ей было так приятно держать его за руку, что она даже не думала о том, что в коридоре их могут увидеть коллеги-полицейские. — А куда, собственно, ты меня ведешь?
Он поднес ее ладонь к губам и поцеловал.
— Я еще не придумал.
* * *
Выбор Рорка пал на Мексику. Лететь недалеко, и его вилла на западном побережье всегда готова к прибытию хозяина. Здесь все было автоматизировано, а слуг он вызывал, только когда задерживался на несколько дней.
Порой удобно положиться на автоматы — и на сей раз был именно такой случай. Он хотел остаться с Евой наедине, хотел, чтобы она отдохнула и расслабилась.
— Боже мой, Рорк!
Ева с восторгом глядела на огромное стеклянное здание, казавшееся продолжением горы, на которой оно было расположено. По склонам вниз спускались террасами сады, утопавшие в зелени. Над всем этим сияло небо, синее небо с белыми облаками. Ни самолетов, ни автобусов… Тишина, как в сказке!
В самолете Рорка она тут же заснула, а проснулась уже перед самой посадкой. Спустившись по трапу и поглядев на лестницу, ведущую в гору, Ева подумала сначала, что это либо сон, либо виртуальная игрушка-ощущалка.
— Где мы?
— В Мексике, — ответил Рорк.
— В Мексике?! — Ева изумленно оглядывалась по сторонам. Как ребенок, который не успел до конца проснуться, подумал Рорк с нежностью. — Но я не могу оставаться в Мексике! Мне надо…
— Скажи лучше, мы дальше поедем или пойдем? — спросил он, таща ее за собой.
— Мне надо…
— Пожалуй, поедем. Ты все еще сонная.
По горам прогуляться можно и потом, решил Рорк. И полюбоваться видами — тоже. Он усадил ее в мини-вертолет, который взмыл вверх так стремительно, что весь сон с Евы слетел в одну секунду.
— Ради Бога, не так быстро!
Она ухватилась за подлокотник кресла, а под ней неслись луга, цветы, камни.
— Ну что, проснулась? — спросил он, сажая вертолет перед самым домом.
Ева с трудом перевела дыхание.
— Я тебя убью! Только проверю, все ли части тела у меня на месте. Слушай, какого черта ты потащил меня в Мексику?!
— Хотел отдохнуть. — Рорк вылез из кабины и обошел вертолет. — Да и тебе тоже не помешает расслабиться. — Он открыл дверцу с Евиной стороны, подхватил ее на руки и понес к дому.
— Отпусти сейчас же! Я пока что в силах передвигаться самостоятельно.
— Прекрати визжать.
Он наклонился и поцеловал ее в губы. Ева сначала пыталась сопротивляться, но через мгновение смирилась и затихла.
— Дьявол! — прошептала она. — Ну что ты со мной делаешь?!
— Ничего особенного, — заявил Рорк, открывая дверь, украшенную резьбой и витражами.
Одна из стен огромного холла была целиком из стекла, и за ней простирался океан. Ева никогда раньше не видела Тихого океана и подумала, что такое мирное название совсем не подходит этим бурным бушующим водам.
А небо пылало багровыми красками заката, и алый шар солнца медленно опускался за горизонт.
— Надеюсь, тебе здесь понравится, — прошептал Рорк.
— Какая красота! Слов нет.
— Переночуем — и назад. — Он поцеловал ее в висок. — Но когда-нибудь обязательно приедем сюда на несколько дней.
Рорк поднес ее к стеклянной стене, и Ева почувствовала, что вокруг нет ничего, кроме океана и закатного неба.
— Я люблю тебя, Ева.
Она посмотрела ему прямо в глаза. И внезапно все показалось ей таким замечательным и таким простым!
— Я скучала по тебе, — она прижалась щекой к его щеке. — Очень скучала. Даже рубашку твою надела… Смешно, правда? Пошла в гардеробную и стащила одну из твоих рубашек — черную, шелковую, у тебя таких штук двадцать. Надела ее и тихонько, чтобы Соммерсет не заметил, выбралась из дома.
— А я ночью прослушивал записи наших с тобой разговоров. Просто чтобы услышать твой голос.
— Правда? — рассмеялась она. — Рорк, по-моему, мы стали ужасно сентиментальными!
— Пусть это будет нашим маленьким секретом.
— Договорились. — Она снова заглянула ему в глаза. — Мне надо кое о чем тебя спросить. Глупо, конечно, но я все-таки спрошу.
— Ну?
— Когда-нибудь раньше… с кем-нибудь еще…
— Нет, — он коснулся губами ее щеки, губ, подбородка. — Никогда и ни с кем!
— Я тоже, — прошептала она. — Обними меня! Обними меня крепко-крепко.
— Хорошо.
Он обнял ее и опустил на ковер. А за стеной догорали последние лучи солнца.
Глава 16
Поужинали они омарами, запивая их ледяным шампанским. А потом ели какие-то необыкновенные тропические фрукты с нежнейшим вкусом и дурманящим запахом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
