на эту роль. Ладно, это его дело, и лезть туда я не хочу.
А что до меня, то я справлюсь, ведь я сильная… Подумаешь, таких, как он хоть пруд пруди, только руку протяни. Слеза упала со щеки, беззвучно, тихо и печально. Так больно стало в районе грудной клетки, щемящая боль прокатилась волной по телу.
Признай, Тиль: "Он тебе не безразличен, отрицай и убегай от него хоть миллион раз, но далеко не уйдешь. Это чувство будет будить тебя по ночам, мешать засыпать, не даст завтракать, обедать и ужинать. А вечера станут такими пустыми и серыми, что вскоре ты захочешь повеситься. Или найдешь блеклую альтернативу, но счастья и покоя это не принесет. Тебя будет тянуть в объятия Блэйка, а его запах и голос будут преследовать тебя повсюду…"
Но почему он так поступает со мной, зачем дразнит, для чего? Я закрыла лицо руками, издав тихий стон. Как же тяжело! Что мне делать?
Возвращаться обратно страшно, но и сидеть тут я вечно не могу. И мне придется вернуться и посмотреть ему в глаза, вести диалог, как раньше. Дурацкая оказалась затея, с танцем.
Музыка продолжала звучать из наушников. Я воткнула оба наушника и, выбрав из списка агрессивную музыку, сделала по громче, жесткий "трэш" должно отпустить. Подняла с земли палку и стала выводить непонятные даже мне каракули на песке, качая головой в такт музыки.
Такая музыка слегка разбавляла печальное настроение, вливая в меня новое чувство. Я старалась думать, о чем же мне хочет поведать забугорный певец, в чем смысл стихов. Я отвлеклась и не услышала приближения Блэйка. Тяжелая рука легла мне на плечо, вытащив из уха наушник. От неожиданности я повернулась, замахнувшись на него палкой.
– Иди… поспи, я подежурю, – он успел поймать мою руку, я разжала пальцы, и палка упала, нарушая тишину. Эдвард был уже в сухой рубашке, но маленькие капельки, стекающие с его волос, ее слегка промочили.
Блэйк ни словом не обмолвился о произошедшем. Его невозмутимый вид меня насторожил. Будто ничего не произошло. Да, собственно, ничего и не было. Может что-то мне показалось, и это плод моей больной фантазии? И я просто соскучилась по Максу, мне не хватает его ласк, поцелуев. Мне стало не по себе, что веду себя как дура.
– Да… поспать это хорошо, – рассеяно выговорила я.
– На рассвете выдвигаемся!
– Да—да! – машинально отозвалась я.
Наушник запихала поглубже в ухо и прибавила громкости, агрессивная музыка придала уверенности. Засунув руки в карманы узких джинсов, и не обращая внимания на идущего сзади Блэйка, доплелась до своего спальника. Залезла внутрь, застегнула молнию по самую макушку. Мне чудилось, что музыка повсюду, я старалась не всхлипывать, а глотать слезы молча, которые предательски выступили из глаз. Надеюсь, Блэйк не слышит мои стенания.
Я начала себя успокаивать, вспоминать Макса, как мы с ним познакомились… Наш первый поцелуй под летним дождем. Помогло, слезы подсохли, уступая место улыбке. А тем временем воздух в спальном мешке заканчивался, и становилось душно. Тихо расстегнув молнию, высунула нос наружу, сна ни в одном глазу несмотря на то, что зверски устала. Но мне нужно поспать, иначе я завтра буду как квашня. Я, как Блэйк, не умею спать верхом.
ГЛАВА 15
Не знаю, когда сон сморил меня, но лучше бы я продолжала бодрствовать. Теплая рука зажала мне рот, я открыла один глаз, затем второй. Но не смогла ничего разглядеть, было темно. Достала из кармана телефон, нажала на сенсорную кнопку-фонарик. Помещение сразу наполнилось холодным светом, искривляя и отбрасывая тени от объектов. Блэйк от неожиданности закрыл глаза рукой. А второй выхватил у меня телефон.
– Ты хочешь, чтоб нас убили? Тихо… выключи свет. – зашипел сыщик, убирая руку с моего рта.
– Что происходит? – стараюсь расстегивать молнию спальника очень тихо.
– Ищейки. Они здесь! Мы уходим, так что, поторопись, – передал мне рюкзак.
Сон моментально испарился от такой новости, внутри все сжалось от страха. Быстро сложила спальник с пенкой в рюкзак. Блэйк уже подготовил лошадей, свет рассеяно пробивался из кармана его штанов. Мой телефон…
Как он видит в такой темноте? Я старалась, ступать тихо. На полу валялись какие-то тряпки, Блэйк ножом резал их на куски.
– Посвети мне, – мужчина вернул телефон.
– Что ты делаешь?
Он, раздраженный, бросил взгляд в мою сторону.
– Так мы сможем тихо вывести лошадей, не создавая много шума.
Руки от волнения тряслись, поэтому свет все время дергался, Блэйк неодобрительно глянул на меня.
– У меня нет пистолетов! – попыталась привлечь его внимание
– А я тут причем?! – он обматывал копыта лошадям.
– Значит, мне нечем будет защищать свою жизнь?!
Закончив возиться с лошадями, он встал, подошел ко мне, приглушил рукой свет фонарика и, посмотрел мне в глаза, сказал:
– Они тебе не понадобятся. Мне хорошо заплатили, чтобы ты осталась жива. Так что, не переживай на этот счет.
Меня задели подобные слова, будто я какая-то вещь… Хотя иметь личного телохранителя – это здорово!
Мне сразу вспомнился старый фильм, где главная героиня ненавидела своего телохранителя и всячески ему пакостничала. А мужчина не сдавался и ценой своей жизни защищал девушку, потому что ему хорошо платили.
– Как только окажемся на улице, садись на Орфея и скачи изо всех сил за мной, поняла? – Блэйк положил руку мне на плечо, привлекая внимание. – Их пятеро, и они вооружены.
– Хорошо, – я намотала на кулак поводья. – Оказывается, у них есть имена?
– Есть! Моего зовут Гром. Готова?
– Да!
– Тогда – идем?
Я старалась ступать тихо, следом за Блэйком, но царившая в коридорах темень не давала разглядеть, что валяется под ногами. Я не знаю, на что наступила, но это что-то со звоном отлетело в сторону и ударилось еще обо что-то. Громкий звук разлетелся протяжным эхом по всему замку. Блэйк посмотрел на меня.
– Я же просил…
– Прости.
Он жестом руки остановил поток моих слов.
Блэйк замер, распрямился, втянул воздух, как тогда, и стал прислушиваться к звукам.
– Они нас услышали, садись на лошадь, только пригни голову и старайся не отставать от меня.
Я влезла на лошадь, та встала на дыбы, я еле удержалась. А конь Блэйка рванул с такой скоростью, что я еле поспевала за ним в темноте. Куда он свернул? В этих коридорах черт ногу сломает! Благодаря тому, что сохранились окна, лунный свет слегка проникал вовнутрь, я смогла принять решение. Я стояла перед двумя уходящими в неизвестность коридорами. Мне показалось, что следует свернуть налево, а не
