богам пантеона, но потому он и слабее её. Получая более отчетливый образ, он теряет изначальную силу хаотического всеобъемлющего начала и воплощает просто морскую стихию как одну из стихий мира, не самую актуальную для земной жизни людей. Это определяет пассивную роль богов моря в религии. Так, Цицерон приводит рассуждение о том, что если земля является богиней Теллурой, то божество также и море, которое называют Нептуном: значит, в эллинистическую эпоху божественность моря не являлась самоочевидной, раз её приходилось доказывать.
С развитием мифологии боги первозданных вод уходят на второй план: в мире устроенного Космоса они теряют свою прежнюю власть над Вселенной. В складывающемся позднее пантеоне морским богам достаётся периферийное положение и даже последнее место — так хеттский Аруна ("море, океан") замыкает перечень богов. Древность Океана не позволяет ему играть заметной роли в античной мифологии. Он не вмешивается в дела своих трёх тысяч сыновей и дочерей и живёт в уединении, и дети почитают его как ушедшего на заслуженный отдых престарелого родителя. Скандинавский морской бог Ньерд после войны темных и светлых сил: асов и ванов — оказывается взятым в плен и живет заложником — что, конечно, нельзя считать положением, достойным бога. В мифах Гвинен море почиталось низшим из трех разрядов божеств, ниже змей и деревьев, бог океана Гу мыслился младшим из трёх братьев-богов. В Японии бог моря Дзебису считался младшим братом Солнца и Луны.
Не главное, ущербное положение морского бога в пантеоне проявляется и в этимологии его имен. Второй корень имени индо-иранского Апам Напата — и. е. nepot — означает "племянник, отпрыск, сын": один из родственников, младший в роду, хотя Апам Напат — один из древнейших богов, прародитель всего живого. С тем же корнем связаны имена римского Нептуна, этрусского Нефунса и ирландского Нехтана. Нептун мыслится младшим из трёх братьев, которому досталось во владение лишь пустынное море, в то время как старшие — Юпитер и Плутон — захватили себе Небо и Землю, населенные обитателями: богами и людьми. Изначально он выступает богом плодородия, связанного с пресными водами, а об отношении Нептуна к морской стихии больше говорят имена его жён — Салации ("движение моря") и Венилии ("волны ").
Греческий Посейдон, с которым впоследствии отождествлялся Нептун, также является третьим братом, что символизирует его трезубец: главный жезл с одной вершиной принадлежит громовержцу Зевсу, а рогатина-двузубец — властителю подземных пастбищ Аиду, второму по старшинству брату. В то же время о древности Посейдона говорит его эпитет Гаяохос — "тот, который несёт на себе Землю", в чём проявлена первичность вод по отношению к Земле; а также Геликонос (от gelikos — "спираль, вращение, зигзаг молнии"), что перекликается с идеей спиралевидного вращения, создающего материю. Видимо, когда-то Посейдон был единоличным правителем, но потом уступил Зевсу, возглавившему олимпийский пантеон. Правда, порой он стремится вернуть себе былую власть и подымает мятежи — так греки воспринимали штормы и бури. У Посейдона множество детей, но тема рождения постепенно отступает у морского бога на второй план, как и у богов первозданного Хаоса, когда-то исполнивших свою функцию прародителей и ушедших на пассивные роли.
Здесь следует упомянуть, что хотя мы называем планеты римскими именами, но и греческим богам есть место на небесах: в честь Посейдона и его супруги, дочери морского бога Нерея Амфитриты, названы астероиды: Poseidon и Amphitrite. Первый символизирует для нас буйство и мятежность необузданной морской стихии; второй — нептунианское восприятие объектов, побуждающее нас отождествиться с воспринимаемым; уступку невидимой внешней воле, слияние с миром, милосердие и сочувствие. С Амфитритой связан ещё один символ Рыб — дельфин. Согласно легенде, когда богиня скрылась от Посейдона в морском гроте, именно дельфин помог морскому царю её найти и взять в жены. Из благодарности Посейдон поместил дельфина на небо как созвездие. Сейчас для нас дельфин — символ помощи и соучастия, характерного для представителей знака Рыб.
Нептунианская покорность мудрому течению жизни, которое порой оставляет нам ущербную роль, возвращающую нас к её невидимым началам, наиболее проявлена в индоевропейском мифе о третьем брате. С этимологией "третий" связаны индо-иранский Трита, имеющий эпипет аптья ("водный"); греческий морской божок Тритон, сын Посейдона и главный космический спутник планеты Нептун, славянский Тригшв-Троян и в сказках Иван Третьяк или Иван Водович; а также, возможно, Амфи-трита (где amphi означает "со всех сторон, кругом": так воды океана окружают землю). Образ третьего брата имеет прямое отношение к воде и перекликается с идеей жертвенности и жертвы.
Согласно индо-иранской легенде о Трите и древней индоевропейской мифологеме о трёх братьях, младший брат был предан старшими, бросающими его в воду (в колодец) — или убивающими его как-то иначе. Но он непременно воскресает — ив русских сказках обычно опять-таки благодаря живой и мертвой воде. Изначальный смысл этого акта не в коварстве братьев, а в принесении жертвы, осуществляющей связь жизни и вечности (в возврате к первой Рыбе, оставшейся на дне морей). Младший брат, спускаясь в подземное царство ("третий" мир, если первые два — небесный и земной), достаёт там живую воду или иное средство бессмертия и вместе с ним возвращается на землю. Неслучайно Трита считается первым, кто открыл для себя и других богов напиток бессмертия Сому/ Хаому.
“Трита, посаженный в колодец, взывает к богам
о помощи…
Это услышал Брихаспати, создающий широкий
простор из узости.
— О, Небо и Земля, узнайте обо мне
(в таком положении)! "
РВ I, 105:17
Колодец, в который посажен Трита, ассоциируется с мраком и теснотой изначально плотного бытия, находящегося вне этого мира. А живая и мертвая вода — символ следующего знака Водолея, который символизирует разделение слитых воедино света и тьмы, жизни и смерти — ради того, чтобы возник и мог существовать светлый мир проявленной жизни. Позднее, в сказках, младший брат может отправиться просто за целебным средством, необходимым, например, его престарелому больному отцу, за богатствами или за невестой — но так или иначе путь его лежит через мир смерти, а братья или друзья-предатели помогают ему туда попасть. С этим связан мотив последующего воскрешения (хотя смерть героя может быть и символической) и живительного снадобья.
Идею жертвы и возврата к изначальному единству разделенных в мире сил несет в себе образ славянского Триглава: три головы которого охраняют небо (небесные воды), землю и подземный мир. Но преимущество он отдает непроявленному бытию, и идол Триглава изображался с повязкой на глазах, закрывающей от него внешний
