class="p1">А молодые выдержат, в конце концов, это им купили, или, точнее, для их мероприятия. И мороз на улице, быстро не испортится.
Вот и получилась ругань не о чем и без результата. Когда аргументы пошли по неизвестно которому кругу, а накал страстей явно усилился, мы с Машей переглянулись и заметно для родителей горестно вздохнули. Мол, жертвуем собой, что делать, папа, мама!
Родители, конечно, видели, что дети остались недовольны, но главное ведь, согласились. Взамен они отдали нам различные свадебные подарки, отданные в кафе и привезенные на машине — какую-то посуду — целых три сервиза и с десяток кубков, чаш и различных кружек, два ковра, покрывала и три постельных комплекта. Перину и две подушки (это явно из деревни самодельное). И что-то еще, мы с тестем вспотели все таскать. Вроде бы ездили они на служебной «Волге», но такое чувство, что это замаскированный «КАМАЗ».
Потом родители уже уехали, а мы все перебирали и заставляли. Продовольствие, главным образом, на балкон, частично на кухню. Ковры и посуду распределяли по комнатам, благо их три, да еще кухня и нечто вроде кладовки.
Ох, устали и без задних ног легли, даже и не подумали про амурные шалости. Спать, завтра пятидесятикилометровка!
Назавтра мы встали рано. Точнее, первый стал я около 6.00, сначала поговорил с белым фаянсовым другом, умылся, отправился на кухню. Все по договоренности — первым вставший готовит завтрак. Чай, нарезать батон. Что еще из тяжелой работы? А, вот еще, открыть банку с сардинами. Вот как я старательно работаю!
Потом вдруг встала Маша. Ей-то чего так рано! Да еще сразу наехала на меня. Дескать, почему я ее не разбудил, тренер должен работать со своим спортсменом. Ах ты, нехороший такой!
Будто бы я не знаю, что делать в таком случае. Поцеловал ее крепко, потом дал нож:
— На вот, давай работай со своим спортсменом.
— Э-эм, — поперхнулась она, — я же не это имела в виду!
Меня, однако, это не убедило. Она что не знала, куда шла, лукавая девчонка? Положил ей на плечо одну руку. Мол, все равно не уйдешь, работай,
Маша иронично посмотрела нс меня, типа, нашел рабыню? Но бутерброды послушно стала резать, а потом класть на ломти хлеба консервированную рыбу. Сделав так сказать блюдо, она показала мне язык и объявила:
— Поскольку завтрак готовили вместе, а обед сегодня варить некогда, ужин за тобой!
Встал по стойке смирно, торжественно козырнул. Мол, яволь, мой фюрер, все будет сделано, если я буду живой!
ТренерША, видимо, совсем забыла, что я буду сегодня бегать, точнее, мучаться на пятидесятикилометровке. И то, что после меня окажется на финише, уже не в силах будет не только готовить, но даже просто есть.
— Руку к пустой голове не подносят! — фыркнула моя ненаглядная красотулечка. Потом спохватилась: — Ой, у тебя же сегодня биатлон на 50 километров. Тебя вечером до спальни придется волочить, какая уж там кухня!
Подумала, почесала свой расчудесный носик, требовательно решила:
— Вечером буду готовить сама, а ты будешь должен. И я это буду помнить!
— Ну, наконец-то! — обрадовался я за нее, — а то я уж думал, что ты живешь по пословице — коса длинна, память коротка. А ты все помнишь, хотя и не сразу.
Маша не стала разводить дискуссию, только легонечко постучала рукояткой ножа по столу. Интересно, что она имела в виду — обрезать мой язык или перерезать горло?
Но все-таки попили горячий чай с вкусными бутербродами. Потом побежали на работу. Легкого автомобиля, впрочем, и грозового тоже, у семьи Ломаевых не было, а общественного транспорта, проще автобуса по зимнему времени стоило ждать долго — долго. А так пеший путь длиною в километр да легким бегом, чем не радость!
И ничего, что сейчас поздняя зима, а, значит, на улице еще темно, лишь только уличные лампы бросают на окружение искусственный свет, много автомашин, время близится к 8.00. и ничего, что к этому времени (1980-е гг.) их еще мало по сравнению с будущим, зато именно сейчас они и выезжают. У всех ведь обязательная работа (статья за тунеядство есть и государство с превеликим увлечением ее использует) и все они выезжают к 8.00 — 9.00. тут некая рамочка, да еще выезжать по-разному.
Но самое гадское зимой — это снег. Грязный городской снег — форменная марка города Ижевска. В этой, так сказать, прогулке ты перемазываешься с ног до головы, даже в рту противный вкус снега с сажей и чего там еще. Все стараются, словно им премию дают — водители автомашин, автобусов и немногих троллейбусов, прохожие, которым тоже некогда и они с недоумением смотрят на этих спортивных чудиков.
А мы все равно бежим. Сегодняшний тяжелый день расписан буквально по минутам. Если бы не соревнования, то разве уважаемый Александр Петрович не дал бы любимой дочурке и своему уже нее менее любимому зятю отгулы? По закону, между прочим, положены!
Но сейчас нельзя, идут состязания, ради которых они и напряженно работают весь год, даже всю жизнь! Вот и милейшая жена Мария Александровна со своим норовистым характером не торопится лезть ссоры с отцом. Понимает, что и он тут бессилен. Бежит, не ворча, только снег летит из под ног.
К городской базе они прибыли по графику. Дорога заняла, как и предполагали, около получаса легким бегом. А уже отсюда к загородной базе лыжной команде Удмуртии они поедут на автобусе. Или, если повезет на попутке — легковой машине кого-нибудь из сотрудников. Таковых еще немного, сумевших купить своего железного друга. Потом, в 1990-е годы, люди прибарахляться, автолюбителями станут практически все.
Впрочем, им нечего волноваться. Олег Ломаев, новая звездочка сборной команды УАССР, так неожиданно загоревшаяся вчера и ее тренер, уедут к лыжне обязательно, даже если им и не хочется.
Вчера вечером, уже при чаепитии с остатками свадебного пиршества, воспользовавшись тем, что жена с дочерью увлекательно разговорились о своем женском, тесть сам зафантазировал. Он немного ни мало расписал, как к концу 1990-х годов Олег Николаевич Ломаев, к тому времени уже неоднократный чемпион СССР и призер международных соревнований, сменит его на посту главного тренера лыжной сборной УАССР.
Маниловщина чистой воды, хоть Александр Петрович и этого не знает. При этом не в спортивной сфере, тут как раз все в порядке. Уже после первых же состязаний я понял, что Инмар и учитель Алексей Митрофанович вложили в его хилое в прошлом/будущем тельце достаточно
