сказал я, и Ритос вышел за дверь.
Скоро мы будем в замке, готовые выполнить нашу задачу и, наконец, вернуться домой.
Несколько минут спустя дверь открылась, и фейри сбросил с головы свой тяжелый плащ, обнажив заостренные уши. Для него было опасно находиться здесь, так близко к городу, но все мы были согласны с этим планом.
Фейри склонил голову в приветствии.
— Ты уверен в этом?
— Да.
Он не стал переспрашивать меня, просто протянул руку за первым флаконом. Галон передал его, не отрывая взгляда от каждой драгоценной капли.
— Это будет больно, — сказал фейри.
— Я понимаю.
— Сядь на кровать, пожалуйста.
Я посмотрел на него, и он просто пожал плечами.
— Твои ноги подведут тебя. Я видел это снова и снова. Все внизу будут предупреждены, когда ты упадешь, как дерево в лесу.
Я мог представить, как бы смеялась Приска, если бы услышала это.
И мысли о маленькой дикой кошечке никак не улучшили мое настроение. Я выбросил ее из головы и кивнул фейри.
— Прекрасно.
Я сел. Он открыл флакон и окунул большой палец в алую жидкость. Он нарисовал руны на моем лице, руны, которые горели.
Затем он начал петь.
Я запрокинул голову, когда по всему моему телу разлилась агония. Магия вспыхнула, и я прикусил кулак, подавляя желание зарычать. Мне казалось, что мое тело сжигают заживо. Если бы я не знал этого фейри, не знал, насколько близко совпадают наши цели, я бы перерезал ему горло.
Я чуть не рассмеялся при этой мысли. В глазах у меня потемнело, и я, вероятно, был слишком слаб, чтобы стоять. Я бы не стал никому перерезать горло.
Вкус меди заполнил мой рот. Галон разразился непрерывным потоком ругательств. Я улыбнулся, несмотря на боль. В эти дни он не часто на что-либо реагировал.
Фейри потянулся за вторым флаконом и произнес еще несколько заклинаний. Если бы я был в состоянии сделать полный вдох, я, вероятно, закричал бы — факт, который омрачил мое настроение еще больше.
Наконец, это было сделано. И я стал слаб, как новорожденный. Галон склонился надо мной, нахмурив брови.
— Ему следует отдохнуть, — сказал фейри.
Мне удалось повернуть голову, и я увидел, что фейри покачивается на ногах.
— Найдите ему комнату, — приказал я.
Мой голос был хриплым, слабым. Звук этого раздражал меня.
— Спасибо, но я должен идти.
Он склонил голову.
— Да пребудут с тобой боги во время выполнения твоей задачи.
Приска
Раздался низкий смех Тибриса, и я подняла глаза от того места, где я сидела в углу, пока он разговаривал с некоторыми другими повстанцами. У меня на коленях лежало несколько листков пергамента, в которых описывалась моя новая жизнь и прошлое. Позже сегодня Вайсер проверит нас с Тибрисом, чтобы убедиться, что мы сможем без колебаний ответить на любой его вопрос.
У меня не хватило духу общаться прямо сейчас. Я была слишком занята, уставившись в пространство, перебирая все, что узнала за последние два дня.
Я скучала по наемникам. Что было нелепо, потому что они, вероятно, уже выполнили то гнусное задание, которое привело их в город, и теперь они перейдут к тому, что будут жить дальше как люди, не преданные ничему, кроме монет.
Это было несправедливо. Они тоже были преданы друг другу.
Правда была в том, что я изучила их достаточно, чтобы быть относительно уверенной, что они планируют что-то большое. И не было ни волнения, ни предвкушения, которых я ожидала бы, если бы это было что-то, что сделало бы их богатыми сверх их самых смелых мечтаний. Нет, они в основном излучали мрачную решимость.
Появился Вайсер, и в комнате воцарилась тишина. Он просто кивнул в знак приветствия, подошел ко мне и указал на Тибриса.
— Пойдёмте со мной.
Он провел нас в кабинет рядом с общей комнатой и прислонился к большому деревянному столу.
— Ваши рабочие документы готовы. Карета заберет вас завтра днем, — сказал Вайсер.
— Прис, ты будешь носить имя Сетелла. Твоя работа — составить карту замка настолько, насколько ты сможешь. Я помогу тебе с твоими планами, но я должен напомнить тебе еще раз. Мы так никого и не смогли вытащить.
Тибрис мрачно кивнул.
— Мы знаем.
Мне не понравился взгляд, которым Вайсер одарил моего брата. Как будто он уже оплакивал своего друга. Я сердито посмотрела на него, и он, казалось, пришел в себя, снова вернувшись к делу.
— Тибрис, ты будешь в винном погребе. Нам пришлось немало потрудиться, чтобы тебя туда поместили, и для нас это отличная возможность. У нас есть представление о том, где находится вход в подземелье, но вам нужно это подтвердить.
Я сглотнула, мой пульс участился при мысли об опасности, с которой столкнется мой брат.
— А охрана?
— Расписание охранников совсем не изменилось за последние несколько лет. В прошлом году один из наших людей подружился с двумя из этих охранников, прежде чем ему пришлось бежать, чтобы избежать выборочной проверки. По его словам, охранники редко бывают в самой темнице, если только они не кормят заключенных или не приводят кого-то нового. У дверей темницы всегда стоят два стражника, и до сих пор этого, — он ухмыльнулся мне, — было более чем достаточно. Выставленные стражники всегда обладают активной боевой мощью.
Я заставила свой голос звучать ровно.
— Итак, нам просто нужно найти способ провести всех заключенных мимо этих охранников.
Взгляд Вайсера стал отстраненным.
— Согласно многочисленным источникам, в замок ведет туннель, а вход находится где-то в подземелье. Если мы сможем найти вход, а туннель все еще свободен, мы сможем им воспользоваться.
У меня отвисла челюсть.
— Туннель? Почему Сабиум оставил такую уязвимость?
— Один из его предков построил его несколько столетий назад, и с тех пор им не пользовались. Сабиум предпочитает, чтобы его преданные люди маршировали по городу на пути к смерти. Вероятно, единственная
