идеально подходил для всадника — маленькие аккуратные чешуйки на латах имели хорошее сцепление с чешуей дракона. Поэтому при движении она была уверена в своей безопасности.
Эльфийка с изумлением глядела на своего нового противника, но дракон, на котором она восседала, казалось, вовсе не был удивлен. Он ждал.
Мышцы рептилии ощутимо напряглись, и он замер, дрожа, словно кошка, увидавшая добычу.
— Кто это? — спросила она, и не надеясь понять драконий рык.
Тот повертел шипастой головой, словно отвечая: «лучше тебе не знать».
Размеры драконов поражали воображение. Эльфы конечно предполагали, что давно сгинувшие в легендах рептилии были большими.
Но эти две особи, занимающие противоборствующие стороны…
Твари были громадными. Настолько, что едва ли смогли бы вдвоем уместиться на всей площади Филема. Размах их прочных перепончатых крыльев захватывал дух: когда чудища взмывали в небо, воинам казалось, что рассвет не наступит никогда — такими полотнами закрывало обзор.
Внешне эти двое практически не отличались — оба темные, шипастые, почти схожие по размеру. Но Норд был больше.
*** *** ***
Когда все части тиары были соединены воедино, Лэниэль почувствовала такую мощную вспышку магии, что едва устояла на ногах. Лес и трава всколыхнулись, будто от сильного порыва ветра, и тут же замерли, напряженно наблюдая за развитием событий.
Марон смотрел на все происходящее с легким прищуром и толикой недоверия, но когда превращение произошло, едва сдержался от вскрика. Но в этот раз он не достал оружия, понимая, что все бессильно. Его парализовало от напряжения, и по коже пробежало покалывание.
Девушка, стоящая чуть ближе к существу, уже ничему особенно не удивлялась — многое пришлось повидать за время их приключений. Но все же дыхание сперло от неожиданности.
— Дракон? — прошептала Лэниэль, протягивая к пышущей дымом морде подрагивающую руку.
Он взглянул на нее такими привычными и родными, цвета летнего солнца, глазами. Узкие вертикальные зрачки внимательно следили за ее движениями.
Шипы, так неказисто смотрящиеся на лице юноши, теперь приобрели особый смысл. Теперь они идеально подходили ему — черному дракону, цвет чешуи которого переливался от черного к фиолетовому и сизому. Чешуйки, поблескивая на солнце, распадались на миллионы ярких осколков, и вновь соединялись в пластины — так ей казалось.
Мощное тело лоснилось и испускало жар. Теперь, когда она глядела на него, пазл собирался воедино. Она спутала его с простым демоном, ведь они были чем-то похожи. Она ошибалась.
Его сила была в разы мощнее и смертоноснее, чем она могла предположить.
Когда пальцы коснулись шероховатого панциря, эльфийка содрогнулась. Она ощутила тьму, скрывающуюся в существе.
— Надеюсь, я действительно могу тебе доверять, — сорвалось с ее губ, прежде чем она смогла осознать и обдумать свои слова. Ноздри дракона раздраженно раздулись, он с прищуром вперился в нее взором.
— То есть, я…
Не успела нахалка и пикнуть, как он рванул к ней, низко пригнув голову; и боднул девушку в бок. Толчок вышел мягким, почти подбадривающим, но его силы хватило, чтобы она не удержалась. Лэниэль потеряла равновесие, и во время падения он подставил ей бок, чтобы поддержать.
Она уперлась в его спину, будто всадница, готовящаяся вот-вот перекинуть ногу и оседлать крылатую тварь. Норд действительно выстлал ей крыло, чтобы она могла взобраться. Повинуясь бьющейся в висках крови и адреналину, она заскочила ботинком на костную часть крыла, оттолкнулась и быстрым движением перекинула вторую ногу. Жесткие позвонки неуютно впивались в мягкую точку, но это были мелочи, по сравнению с тем, что к ней пришло осознание: она оседлала дракона.
Она, Лэниэль.
Обычная эльфийка, хоть и неплохая воительница.
Одна из многих таких же девушек, как живет в Милтоне.
Одна из рода нескольких поколений королевской семьи. Многие ли из них когда-либо удостаивались чести увидеть величественных драконов? А еще живших когда-то Богов?
Ее нервозность передалась Нордшельскому отшельнику, и он нетерпеливо и тревожно заскреб когтями по земле и камням. Хвост повел дугой из стороны в сторону, как у недовольного кота, со свистом рассекая воздух.
Все это казалось эльфийке сном или сказкой, или даже кошмаром, от которого не можешь сбежать, просто проснувшись на влажной от пота простыне. Мифы все больше приобретали черты настоящего, обретая телесность прямо под ее потеющими ладонями. Артефакты, забытые народы, драконы — неужели все это действительно ждало своего часа, чтобы открыться ей? Неужели мир действительно обретал шансы на спасение?
Она не заметила, как по щеке покатилась слеза. Она несла в себе усталость, радость, скорбь, надежду, жалость к себе…За ней потекли и другие, разбиваясь о жесткую драконью чешую.
Дракон, почуяв неладное, завертелся, пытаясь взглянуть на нее. Марон стоял молча, не проронив ни слова. Ему до сих пор с трудом давалось осознание происходящего.
Лэниэль шмыгнула носом, утираясь длинным рукавом.
— Ты хочешь полетать?
Ей было очень дико говорить с драконом. Все казалось невероятно странным и волшебным, даже несмотря на то, что магия была с ними бок о бок на протяжении многих тысяч лет.
Норд не ответил, расправив крылья. Потоков ветра сейчас на его родной опушке не было, поэтому подниматься в воздух ему нужно было своими силами.
Сердце ее колотилось от страха, и она поняла, как это рискованно — если она соскользнет с него на высоте, то тут же превратится в величественную эльфийскую лепешку, которая даже на статую походить не будет. Он казалось, тоже прекрасно это понимал, поэтому сниматься в полет не спешил, пытаясь привыкнуть к своим ощущениям и размерам тела.
Когда она почувствовала, что он поджимается, как хищник перед прыжком, то резко закрыла глаза, и перед толчком инстинктивно схватилась за выступающие костяные наросты. По ногам тут же забился ветер, задуваемый крыльями, волосы разметались по плечам, забили по лицу. Она пыталась держать равновесие, напрягаясь всем телом.
Пытаясь унять свой страх, девушка приоткрыла глаза. Дракон не поднялся высоко, лишь огибая верхушки стоящих вкруг около опушки деревьев. Лэниэль повертела головой, осматривая далекий горизонт — недалеко возвышались шпили родного замка, а напротив, затерявшийся в длинном прохладном лесу, тянулся длинный хребет Хроновских гор. Солнце уже грело не так сильно, и все быстрее стремилось скрыться за горизонтом, оставляя мир на беседу с луной и звездами.
Даже дышать было непривычно — ветер бил в лицо, был холодным и резким, так что дыхание перекрывало, а легкие сжимало от страха. Она хоть и не сомневалась в Норде и его аккуратности, но всегда сомневалась в своей, поэтому замерла, стараясь держаться крепко. Ногами она сжимала его шею, руками — шипы и рога, но потеющие ладони норовили
