и спасла ее. В качестве награды попросила местечко во дворце. Так я планировала постепенно подбираться к принцу. Но то, что предложила императрица – стать личной охранницей наследника и шпионить для нее, – было еще лучше.
Я оберегала и опекала это несчастное дитя, добиваясь расположения. Он был одинок и охотно отвечал на мою доброту. А обольщение таких сироток никогда не составляло для меня труда.
Но сейчас тревожное предчувствие всколыхнуло что-то странное внутри. Подумав, я решила, что это ощущение сродни беспокойству из-за убежавшей добычи – мне сразу стало немного легче.
Рой, молодой глава дома Нурд, бросал на меня косые взгляды, пока они со стариком неторопливо обсуждали за бокалом вина новые поставки оружия. Сделки, условия, сделки, опять условия… Эти нескончаемые разговоры продолжались уже три дня, и собеседники никак не могли прийти к единому решению.
Поставив печать на стол, я объявила, что возвращаюсь с соглашениями во дворец. И если никто не хочет опечалить императора, то стоит быстренько придумать цену и накарябать цифры в поставке.
– А вы из какого дома, госпожа? – вкрадчиво поинтересовался Рой. – Не помню что-то вашего лица.
Я прищурилась.
Знатные дома… раздражали. Находясь рядом с принцем, я и позабыла, как обычно относятся к простолюдинам в Таррвании. У меня больше нет того статуса, который позволял беспрепятственно открывать любые двери и ставить на колени зарвавшихся аристократишек.
Но и выдержкой я никогда не отличалась.
– Вот смотрю на вас, лорды, – холодно ответила я, – и сразу понимаю, почему война идет так долго. Пока жирные и трусливые главы обсуждают важнейший для империи вопрос, на границе так и будут погибать таррванийцы. Пожалуй, стоит об этом сказать не только императору, но и принцу…
Рой гневно посмотрел на меня. Я в ответ ухмыльнулась и помахала печатью.
Соглашение подписали в течение оборота.
Оставив опечаленных малюток и грязно ругающегося Ортаса, я поспешила во дворец Алого заката. После задания принц должен был вернуться домой.
Я должна увидеть его, чтобы убрать эту тревогу.
Дорога заняла неделю. Нанявшись в качестве охраны к торговцам, я спокойно добралась до дворца, минуя все опасности. В деревнях угрюмо смотрели вслед. Голодающие ребятишки постоянно клянчили еду. Приходилось отгонять их от повозок, чтобы ничего не украли, и пугать мечом особенно настырных.
Мне нельзя было оставаться одной. Слишком многие искали со мной встречи, и совсем не для милых разговоров.
Во дворце знали меня в лицо и спокойно пропустили внутрь. Только объявили, что принц и командир стражей на аудиенции у императрицы. Тревога растворилась. С принцем все в порядке, бумаги я привезла, задание от императора выполнено. Значит, мы встанем на ступеньку выше в этой змеиной иерархии.
Я прокралась в покои Винсента, зная, что он будет рад увидеть меня после того, как мать в очередной раз опозорит его. Стоило немного поощрить принца, чтобы он не сорвался с крючка.
В его покоях, как обычно, было темно. Камни на алтаре Эарта аккуратно сложены и окроплены кровью. Примерный сын богодракона сразу же сделал подношения, как только вернулся во дворец. Старая игрушка лежала на кровати нетронутая.
Умывшись и переодевшись, я принялась ждать, вертя в руках Ух-уха.
Через три земных часа двери в покои отворились – лицо Винсента озарилось радостью. Я улыбнулась, а потом за принцем показались еще два человека, и сердце пропустило удар.
Я с ужасом глядела на тех, кто застыл, не пройдя и нескольких шагов в покои. Винсент обернулся и потом опять посмотрел на меня, уже с недоумением.
Эжен положил руку на меч, а Кристен сжала губы.
Глава 20
Ферлы – верные создания. Умные львы не способны причинить вред по собственному желанию и сознательно не охотятся на разумных существ. А вот хозяев ослушаться не могут.
Из походных записей Эжена де Мораладье
926 год правления Астраэля Фуркаго.
Третий месяц после сезона дождей.
Дворец Алого заката
Эжен
Через плотно зашторенные окна не пробивалось ни луча. Свет от редких ламп, зажженных по углам зала, в котором принимала действующая императрица, почти не достигал ее лица, выхватывая из тени белоснежное лицо с заострившимися чертами.
– Страж, – медленно проговорила императрица. – В какой крепости ты служишь?
– Бастария, Ваше Величество.
– Чудесно-чудесно! – Она захлопала в ладоши и отпила из кубка, протянутого миловидным юношей. Судя по характерным чертам, мальчишка средней знатности. Не помню таких лиц среди представителей главных домов.
Уверен на сто процентов, что родители намеренно подослали мальчишку ко двору, зная о вкусах императрицы. Двое таких же пустоголовых, но очаровательных юнцов возлежали на подбитой гладкой тканью тахте и надкусывали яркие, сочные плоды араньи, с насмешкой глядя на нас, пыльных и грязных с дороги солдат и воинов.
На губах юнцов алел сок. Влажные глаза пьяно поблескивали.
Отдаленный протяжный звон гонга возвестил о начале церемонии в главном храме Эарта. Принц вернулся в столицу, об этом уже знали все жители, придворные и главные дома. Теперь оставалось ждать, когда император назовет дату. По идее, во время войны как раз и стоило назвать Винсента наследным принцем.
Но Астраэль Фуркаго не спешил проводить церемонию цу’ор’тар, во время которой действующий император называл наследника престола. То ли не видел смысла – сын-то один. То ли у него были свои размышления насчет церемонии. В любом случае, знать старалась урвать себе кусочек полакомее и предугадать, как изменится баланс сил, поэтому к принцу было приковано все внимание.
Я посмотрел на Винсента Фуркаго, покорно стоявшего слева от нас с Кристен. Его взгляд почтительно утыкался в пол. За спиной принца стояли еще двое. Одного из них, капитана Аджита, нам удалось спасти, когда он уже вовсю махал ручкой смерти. Живучий парень, повезло, что на поле боя оказались хайфо. Другой, с хитроватым, лисьим лицом, чуть не устроил истерику и конкретно всех достал, пока мы искали принца. Сейчас оба они хранили молчание.
Аниса Фуркаго пристально посмотрела на меня и по-птичьи склонила голову набок.
Белоснежное платье зашуршало, когда императрица сошла с трона. Она не обращала никакого внимания на Кристен, несколько мгновений назад закончившую доклад. Не удостоила и взглядом принца.
Императрица остановилась передо мной. И, улыбнувшись, потрепала меня по щеке.
– Какой милашка, – протянула она. – Из какого ты дома?
– Мораладье.
– А! Верные служители моего мужа, – с насмешкой сказала императрица, сразу потеряв ко мне интерес.
Я застыл, чувствуя, как напряглись мускулы на лице, и густо покраснел. Горячим залило щеки, уши. Юноши звонко рассмеялись.
Кристен прикусила губу и посмотрела вниз.
– Стражей представить к награде. Тебя
