Сменив направление, подхожу к лесной опушке – надо навестить давно мне знакомую сосну. Возраст её не менее двухсот лет. «Всё стоишь, старушка?» – мысленно обращаюсь к ней. «А ты всё по лесам бродишь?» – скрипнула в ответ сосна. А может быть, мне это показалось.
Я помню её с тех пор, когда сам был молодым. И сейчас она так же стройна, статна. Глажу испещрённую глубокими морщинами золотистую кору и думаю, сколько повидала моя сосна на своём долгом веку: жестокие снежные бури и вероломные летние ураганы, сумасшедшие грозы и лесные пожары…
Всегда в её кроне кормились глухари, белки и дятлы. О её ствол тёрся медведь, отмечая границы своих владений. Так было, но уже много лет не появляется здесь косолапый, а последний глухарь качался на её ветках более десятка лет назад. Бесследно исчезли тетерева, перестала рассыпаться алыми бусами растущая вокруг дерева брусника. Летняя снежная буря 1995 года повалила много деревьев вокруг. Одна высокая ель, падая, ухватилась за ветви сосны, да так и держится до сих пор, опираясь на плечи «подруги». А той ничего, стоит, высокая и гордая.
В далёкие времена в первобытных лесах Европы обитало племя друидов. Друиды поклонялись деревьям и даже приносили им человеческие жертвы. Их жрецы создали календарь, согласно которому дата рождения человека соответствовала знаку определенного дерева. И характер каждого человека определялся этим знаком.
Человек, родившийся в период с 19 по 29 февраля и с 24 августа по 2 сентября, отмечен, по календарю друидов, знаком сосны. «Сосна умеет подчеркнуть своё достоинство. Имеет изысканный силуэт, красива, декоративна, любит изящные интерьеры и ценные изысканные предметы. В ней нет ничего покорного, она способна планировать и подчинять условия своим потребностям. Отважна, сопротивление встречает с поднятой головой и не позволяет невезению одолеть себя. Благодаря смелости и умению рисковать, она всегда идёт впереди. В работе способна добиться большого успеха. Но невезение других ей безразлично, собственное благополучие и удобство – превыше всего. Её единственная слабость – в любви». Таков сосна-человек по легенде друидов.
Легенда остается легендой, но есть в сосне, действительно, что-то от этого необычного гороскопа.
Отдохнув, ухожу, попрощавшись с моей гордячкой подчёркнуто вежливо. Что ей до меня, с её-то достоинством…
Розовый заяц на розовом снегу
Рассвет застал меня на вершине водораздельного кряжа. На востоке из-за волнистой линии горизонта появился огненно-красный краешек дневного светила. Заря окрасила всё вокруг в розовый цвет. Из-под окутанной толстым слоем розового снега ёлочки выскочил такой же розовый заяц и стремительно поскакал по розовой поляне, оставляя за собой синие пятна следов.
Старый знакомый! Я давно знаю этого косого. Каждый раз, проходя здесь, вижу его следы, а иногда, как и сегодня, вижу его самого сбегающим с лёжки. Только никогда он не казался мне таким красивым, как сейчас. Минута-другая и вершины елей заискрились в потоке солнечного света. А я, спустившись на лыжах на европейскую сторону кряжа, попадаю в сумрак первобытного леса. Солнечные лучи ещё не скоро дойдут сюда.
Лыжню трижды пересёк свежий след куницы. Дважды оставила куничка на лыжне бурые капельки своего секрета. А вот и двойной след этих зверьков. Это признаки начавшегося ложного гона. Спаривание у куниц бывает летом, но развитие эмбриона не происходит, если в конце зимы куничка вновь не испытает чувства, на сей раз уже ложной любви.
Вообще, в жизни куньих ещё очень много неясного. Разве не поразителен тот факт, что ближайший родственник куницы – горностай способен оплодотворить новорождённых самочек. Они вырастают, неся в себе будущее потомство. Видимо, это помогает успевать за быстрым размножением мышевидных.
Почти из-под лыж, шумно хлопая крылышками, вырвался рябчик. Ослеплённая дневным светом птица садится на ближайшее дерево, чтоб осмотреться. Это петушок, я узнаю его по чёрному пятну на горле. Рядом из-под снега вырвались ещё четыре рябчика, которые также расселись на ближайших деревьях, пытаясь увидеть того, кто их так напугал. Стоило сделать только шаг, как птицы разлетаются в разные стороны.
Издали замечаю лыжню, развороченную копытами лосей. А вот и сами звери. Их тёмные фигуры хорошо видны на фоне покрытых снегом деревьев. Это сбросившие рога два самца. Обычно красивые и стройные, они кажутся теперь низкорослыми, с непомерно большими головами. Вот насколько глубок снег в этих местах.
Ещё немного, и я увижу своё занесённое снегом зимовье, где ждёт меня кружка горячего чая.
Ушастый шалун
Ночь застала меня в избушке, притулившейся у опушки заповедного леса. После нехитрого ужина я расположился на ночлег. В полночь меня разбудило донёсшееся с улицы громыхание. По обитой жестью завалинке домика бегал заяц. Ранее мне уже приходилось встречаться здесь с такими проказами ночного гостя. С силой ударяю ногой по стене и, пользуясь затишьем, пытаюсь заснуть. Однако надежда моя оказалась напрасной. Через несколько минут вновь послышалось знакомое громыхание.
Приблизившись тихонько к окну стучу рукой по стеклу в окно хорошо видно, как перепуганный заяц стремглав скрывается в темноте. Спать уже расхотелось. Я долго сижу у окна, наблюдая за тем, как огромный золотисто-жёлтый диск луны медленно плывёт над тёмными вершинами елей. Вот одна из вершинок цепляется за край диска и начинает медленно скользить по его изрытой оспинами поверхности.
И не успела тёмная чёрточка еловой вершинки приблизиться к противоположной стороне ночного светила, как прямо перед окном вновь появился заяц. Поднявшись на задние лапки, зверёк, поводя ушами, долго смотрит по сторонам. «Не спится косому, а из-за него и я лишился права на отдых», – мысленно говорю я, наблюдая за зайцем. Осмотревшись, заяц заковылял в сторону домика. Снова раздалось громыхание железа, и в проёме окна показались кончики заячьих ушей. Поднявшись на задние лапки, зверёк внимательно вглядывается в окно, после чего начинает грызть подоконник.
Фото из архива автора
Нас разделяют только оконные стёкла, не будь которых, я бы не удержался, чтобы не потрепать шалуна за длинные уши. С силой ударяю по подоконнику кулаком, и заяц ошалело бросается наутёк. Больше этой ночью заяц-шалун к избушке не подходил. Конечно, не шалость заставила зайца, пренебрегая опасностью, приближаться к человеческому жилью. Дело в том, что несколько лет назад хозяин этой избушки, чтобы предотвратить замерзание стёкол в зимнее время, насыпал между рамами поваренной соли. Растворившись, соль пропитала подоконник и даже стену. Это и привлекает сюда испытывающих острую потребность в минеральных солях зверьков.
