он валялся у меня в ногах. Но я понимала, что наша история совершенно другая, что, возможно, и нет никакой истории. Да и к тому же, расскажи я хоть кому-то, кроме моей Надюхи, о том, что обижаюсь на мировую звезду, мне покрутили бы пальцем у виска.
«И все же, – думала я, – как же поздно. Как поздно я все узнала и поняла».
Зачем Лиззи все сказала? Ведь не хотела же. Не хотела рушить мое счастье. А теперь? Что теперь? Теперь я ни в чем не была уверена.
Я так была зла на сестру Джонатана, что хотелось кричать, потому что она ненароком смогла что-то подковырнуть, пнуть только что строящиеся отношения с Томом, такие еще неустойчивые, заставляющие сомневаться и делать шаг назад. Но и от ее слов не стоило ждать надежды на другие, Джонатан просто ответил на симпатию, ответил с симпатией. И все.
К тому же он хотел сохранить это в тайне. Мы не можем быть вместе, он даже не хотел, чтобы я знала, с кем целовалась. Он просто сделал вид, что ничего не было, чтобы я забыла все, и он забыл. Только одного он не учитывал, что в моем сердце давно жило не просто чувство симпатии, а нечто более глубокое и сильное, что теперь мешало позвонить и сказать, что прощаю.
Я смотрела на черную трубочку, лежащую на столе, и не находила сил. Как тогда, когда он подряд сделал десять звонков. Я боялась звонить и мечтала просто услышать его голос. Я боялась того, что он скажет, и хотела, чтобы он сказал хоть что-то. А еще я боялась услышать то, что озвучила мне Лиз, потому что все равно все было решено еще тогда, в январе.
Что же мне стоит взять этот маленький аппарат и просто нажать на вызов? Просто сказать: «Привет…»
Положив смартфон на стол, я вернулась к работе, но слова на мониторе выглядели просто символами, не доносящими смысл. Я читала одно и то же предложение несколько раз и ничего не понимала. Я выдохнула и взяла телефон в руки, нашла номер Джонатана в черном списке и разблокировала. Потом открыла чат и малодушно написала:
«Привет. С днем рождения! Будь счастлив…»
Глава 4
Звезда в шоке, или Премьера все равно состоится
Мужчина ревнует, потому что слишком любит себя самого; женщина ревнует, потому что недостаточно любит себя.
Джермейн Грир [17]
Счастье. Всем нам в детстве дают установки на счастье. Будь красивой девочкой, и тогда сказочный принц заберет тебя в сказочную страну, где вы будете жить долго и счастливо. Но вот в чем вопрос: никто не говорит нам, кем будет этот самый принц. А что, если я сделаю ошибку и уеду с другим принцем, что тогда? Я провороню свое счастье? Или никогда не буду счастливой?
Стоит ли думать об этом? Я думаю, стоит, потому что хочется строить свое «долго и счастливо» именно с тем, кто тебе предназначен судьбой, а не строить вместо этого бесполезные иллюзии.
Летнее утро в Москве только кажется легким и прохладным, на самом деле в квартире без кондиционера ты не успеваешь замечать, когда ночная прохлада сменяется начинающимся жарким днем. И более всего это заметно, когда в выходной в самую рань тебя будит трель телефона, а в стену стучит разбуженная хозяйка квартиры. И ты встаешь в этой влажной жаре, пытаясь найти сотовый.
– Алло, – наконец ответила я.
– Что ты решила? – пробурчал в трубку пьяный голос Тома. – Ты пойдешь на премьеру?
– Том, ты пьян? У нас еще очень рано. Я хотела сегодня выспаться.
– Мне плохо без тебя. Каждый день я повторяю себе, что ты лучшее, что у меня есть, что я могу тебя потерять, если мы продолжим находиться друг от друга за тысячу километров.
– Что за бред?
Я устало вздохнула, но слова его точно не были лишены смысла. Он тревожился не зря.
– Это не бред. Ты пойдешь на премьеру? – настойчиво спрашивал он.
Премьера. Это была премьера нового фильма, на которую в рамках промо Джонатан Коул собирался приехать в Россию, чтобы представить свой фильм вместе с режиссером и некоторыми актерами. Том не доверял своему другу. И мне он тоже не доверял.
Наверное, причины не доверять нарисовались не просто так, потому что стоило только отправить то злосчастное сообщение с поздравлением, как ответные посыпались со скоростью света.
Коул хотел знать все. Какая погода в Москве, как проходит мое лето, какой кофе я предпочитаю и что подарить маме на день рождения, если все его идеи исчерпались. Рассказывал, что он колесит по странам с премьерой, которая скоро прибудет и в Россию. Всем этим он просто делился со мной как с другом. Ведь друзья делятся всем и поддерживают?
Вам никто не говорил, что дружба – это очень коварные отношения, в которых ты пытаешься понять другую сторону, принять человека таким, какой он есть, знать его недостатки и не тыкать в них все время носом. Знать, принимать и ни за что в жизни не говорить, что все эти его шуточки и милые подколы причиняют тебе боль.
Том вообще раздул из-за этого небывалый скандал, обвиняя меня во всех мировых катаклизмах.
Но, что самое интересное, он был прав. И если бы раньше мне кто-то сказал, что вот у этого парня девушка дружит с другим парнем, у нее целая куча его сообщений в телефоне, то я бы назвала ее последней…
Но на месте этой самой находилась я, поэтому считала и убеждала себя, что в этом нет ничего криминального. Что это всего лишь дружеская переписка, ничего более. Просто бесполезный треп, который скоро надоест Коулу, и он прекратит писать.
Но Том был непреклонен, когда выпытывал, почему в моем телефоне сообщения от него, а он ничего не знал о нашем примирении.
– Так ты ответишь? Почему Натан шлет тебе эти долбаные сообщения?
Его вопрос застал меня врасплох, когда я выходила из душа в один из его приездов ко мне. Было ошибкой оставить сотовый в комнате.
– Да, – неуверенно начала я, – он… мы… нас помирила Лиззи.
– Ах, эта вездесущая Лиззи, – фыркнул Том.
– Я всего лишь поздравила его с днем рождения, а он пригласил меня на премьеру в Москве, – тут же призналась я.
– Замечательно! – взревел он. – А если бы я не увидел сообщения, так бы ничего и не знал?
– Том, Том, я собиралась сказать, просто не знала когда. Это же просто сообщения, – оправдывалась
