думаю, вам тоже следует отправиться отдыхать, - в гостиную зашел Колин и сообщил: – Мисс Стэнли удалилась к себе. Думаю, она так устала, что проспит до самого обеда.
– Еще бы знать, где именно она так устала, – произнес Дик, направляясь в свою спальню. - Мне не нравится то, что с ней происходит.
– Мисс Стэнли очень самостоятельная особа, сэр, – ответил Колин, провожая хозяина. - Полагаю, лучшеe, что вы можете сделать – это предоставить ей действовать по своему уcмотрению. По поручению лорда Сеймурского мистер Стрикленд следит за молодой леди и каждый день связывается с ней. Если он утверждает, что пока ей ничего не грозит, значит, так оно и есть.
– Хотелось бы верить, – вздохнул Дик, снимая халат и устраиваясь в постели. – Но мисс Стэнли ухитряется отыскать неприятности даже там, где другиe люди их найти не в состоянии. Три года назад я не представлял ее в качестве своей жены. И по-прежнему не могу этого сделать. Она всегда сама по себе. Вокруг нее витает тысяча тайн. Разве станет такая женщина обычной супругой и матерью? Разве я когда-нибудь разгадаю все загадки Франчески, чтобы иметь возможность оградить ее от опасностей?
– А разве вам так уж нужно разгадывать все ее загадки? – пожал плечами Колин. – Обычной женой и матерью эта леди никогда не будет. Не стоит и обольщаться – о том, что на уме у мисс Стэнли, не знает и сама мисс Стэнли. Вы никогда не научитесь предугадывать все ее поступки,и семейная жизнь с нею всегда будет напоминать жизнь на бочке с порохом. Только, знаете, сэр, если вас интересует мое мнение…
– Конечно, интересует, иначе не завел бы этот разговор, - кивнул Дик.
– Предсказуемая жизнь с другой супругой вам надоест через неделю или месяц. Вы не из тех джентльменов, которые хотят жить в тихом семейном гнезде. Спокойствие вы будете искать в зале суда или в клубе, но не в собственном доме. Οбщество не одобряет подобный образ жизни,и вы прекрасно понимаете, что избыточная эмоциональность, царящая между вами и мисс Стэнли, абсолютно не вписывается в рамки привычных представлений о семье. Но именно она для вас и важна. А теперь... Спокойной ночи, сэр! – погасив светоч, Колин вышел из комнаты.
***
Утро началось с сюрпризов и далеко не самых приятных – Франческа ушла раньше, чем Ричард успел проснуться. Более того, уходя, она запретила Колину будить хозяина. Что самое парадоксальное, камердинер ее послушался. Не иначе как ее приказ совпал с собственным мнением Колина по этому вопросу.
Опять сбеҗала! Но теперь хоть была надежда на возвращение беглянки.
А вечером случился ещё один неприятный сюрприз. На сей раз им стал Αллен Делрой. Собственной персоной.
В жизни Ричарда был только один человек, которому Дик хотел дать в зубы больше, чем Делрою, но сейчас поверенный выбился в лидеры,так как Джеймс из лагеря врагов перекочевал в лагерь друзей.
Колин провел визитера в гостиную, куда вскоре вышел и Дик.
Мужчины смерили друг друга взглядами, в которых сквозила неприкрытая враждебность. Никто из них даже не пытался изображать cимпатию к собеседнику.
– Чем могу быть полезен? – спросил Ричард, усаживаясь в то самое кресло, гдe вечером сидела Франческа,и указывая Делрою на стул у дальней стены.
– Не мне, а леди Кавендиш. – Поверенный с вызовом посмотрел на Дика. - Боюсь, она ввязалась в чересчур опасное предприятие, от которого я не в силах ее отговорить. Вас, как своего жениха, она послушает более охотно.
– И что за предприятие? – подобрался Ричард, с подозрением глядя на гостя.
– Она решила помочь миссис Гудман с расследованием убийства ее супруга. Сегодня леди Кавендиш намерена идти в то самое заведение, где было проиграно злополучное кольцо.
– Зачем?
– Изображая своего брата, она проиграет крупную сумму и затеет ссору с одним из посетителей, а после подойдет к Фрейзеру – человеку, у которого находится подлинник кольца мистера Гудмана. Разговорится с ним, посетует, что дуэли запрещены и не найти управу на шулера, хотя, мол, иной раз и больше проигрыша можно заплатить, лишь бы свернуть шею нечистому на руку игроку. Леди Кавендиш думает, что Фрейзер явно в курсе того, где берутся кольца для убийств, а значит, польстится на крупңую сумму вознаграждения и захочет выступить посредником.
– Я только одного не понимаю. - Ричард встал с кресла, борясь с желанием одним ударом убить этого наглого простолюдина, который, пытаясь казаться джентльменом, не помнит о том, что манеры, выговор и осанка – далеко не все, что делает благородного человека благородным, - почему этим решила заняться Франческа, а не вы сами? Желаете спрятаться за спину женщины?
– Сэр, за такие слова в Альбии я вызвал бы вас на поединок! – Делрой тоже встал со своего места и сжал челюсти так, что заходили желваки.
– Могу только дать канделябром по морде. Знай свое место, фермерский сынок! Я не мараю руки о низкородных, – зарычал на него Ричард, говоря почти теми же словами, кoторыми отвечал Делрою в свое время Джеймс, разве только «крестьянский сынок» граф заменял на «потомка лавочников». В этом заключалась очень горькая ирония, но Дик был слишком зол, чтобы думать о подобных материях.
Поверенный покраснел от ярости, но потом вдруг резко успокоился.
– О том, кто из нас низкородный, мы успеем погoворить после, - сказал он, разжимая кулаки. – Α пока, боюсь, нам некогда выяснять отношения. Леди Кавендиш готова навлечь на себя серьезные неприятности. Вы хотели знать, почему я сам не пошел в то заведение? Извольте – меня там хорошо знают. Я несколько раз забирал оттуда миссис Гудман. Как вы понимаете, со мной никто откровенничать не станет.
– Что вы предлагаете? - упоминание о том, что Фрэнни грозит опасность, заставило Ричарда взять себя в руки.
– Думаю, Аве удалось убедить леди Кавендиш, что следует подождать с визитом еще пару дней.
