— Продолжай, у-ве-тси-а-ге-я! — совладав с собой, заторопилась она.
Я продолжила с того места, где она меня остановила, решив правильно произнести имя царицы.
Чары царицы Т-си С-ги-ли разрушат оковы,Пролитой кровью размоет могилу она.Будет рукой мертвеца вызван к жизни великий властитель,Солнце затмит он неистовой, жуткой красой.Поступью грозной на трон вознесется правитель,Женщины вновь покорятся власти его роковой.Сладкая песня Каноны будет нам вечно звучать,С сердцем холодным мы будем во имя него убивать.
— Великий Дух, защити своих детей! — вскрикнула бабушка.
— Бабушка, ты что? В чем дело? Объясни нам!
— Сперва Т-си С-ги-ли, а теперь еще и Калона… Ах, Птичка, дело плохо. Очень, очень плохо!
Страх передался мне, и меня затрясло.
— Кто такие Т-си С-ги-ли и Калона? И почему все так плохо?
— Она знает этот стих? — Афродита села и убрала полотенце с лица. Лицо ее слегка порозовелo, а белки, наоборот, заметно побелели.
— Бабушка, не возражаешь, если я включу громкую связь?
— Конечно, Птичка Зои.
Я нажала нужную кнопку и уселась на кровать рядом с Афродитой.
— Готово! Я с Афродитой тебя слушаю!
— Афродита и я или мы с Афродитой тебя слушаем, — машинально поправила бабушка.
Я закатила глаза и подмигнула Афродите.
— Конечно, бабушка, мы с Афродитой.
— Миссис Редберд, вы узнали этот стих?
— Афродита, деточка, называй меня бабушкой! Что касается стихотворения, то оно мне и знакомо, и незнакомо. Сейчас объясню. Я никогда его не читала, но знаю о нем, вернее, слышала легенду, которая веками хранилась в моем народе, передаваясь из поколения в поколение.
— А почему тебя так напугали эта Т-си С-ги-ли и Калона? И кто они такие? — спросила я.
— Ох, Птичка, это черокские демоны. Темные духи, воплощение зла. — Бабушка замолчала, и я услышала в трубке какое-то шуршание. — Зои, прежде чем приступить к рассказу об этих страшных демонах, я должна разжечь курильницу. Подожгу шалфей и лаванду и во время разговора буду разгонять дым голубиным пером. И вам, девочки, следует сделать то же самое!
Я чуть телефон не выронила от удивления.
Нет, я прекрасно знала, что индейцы чероки традиционно использовали окуривание для очищения или защиты от злых духов. Моя бабушка регулярно окуривает и очищает себя и свое жилище, так что я с детства привыкла к этому домашнему ритуалу, поклонения Великому Духу и очищения собственных помыслов. Но поверьте мне на слово — на моей памяти бабушка еще никогда не хваталась за курильницу при упоминании кого-то или чего-то!
— Зои! Это нужно сделать немедленно! — резко прикрикнула бабушка.
ГЛАВА 22
Когда бабушка велит мне что-то сделать, я всегда делаю. Без вопросов.
— Хорошо, сейчас все сделаем. У меня в комнате есть сверток с травами, сейчас принесу. — Я посмотрела на Афродиту, и она, кивнув, махнула рукой в сторону двери.
— Какие у тебя травы? — поинтересовалась бабушка.
— Белый шалфей и лаванда, я их в шкафу с футболками держу.
— Это как раз то, что нужно! Эти травы близки к тебе, но еще не утратили своей магической силы. Беги скорее!
Через минуту я со свертком в руках влетела в комнату Афродиты.
— Я пока нашла вазу под курильницу! — сообщила Афродита и вручила мне прекрасную чашу лавандового цвета, украшенную по ободку лепниной в виде лозы и виноградных гроздьев. Это было настоящее произведение искусства, и я невольно залюбовалась роскошным узором. Перехватив мой взгляд, Афродита небрежно пожала плечами: — Ну да, дорогая. Старинная.
Я покачала головой.
— Бабушка, чаша у нас есть!
— А перо? Лучше всего какой-нибудь миролюбивой птицы, вроде голубя, или же птицы защитника — орла или сокола.
— Перьев у меня нет, — вздохнула я, вопросительно покосившись на Афродиту.
— У меня тоже.
— Ну ничего, обойдемся и так! Ты готова, Птичка?
Я подожгла плотно скрученный пучок сухих трав, подождала, пока огонь как следует разгорится, задула пламя, бросила курящиеся травы в лиловую чашу и поставила ее между собой и Афродитой.
— Готова, бабушка. Дым валит вовсю.
— Разгоняйте его вокруг себя, девочки! Думайте о защите, о добрых духах. Думайте о своей Богине и о том, как она любит вас обеих.
Так мы и сделали. Поочередно разгоняли дым руками и медленно вдыхали душистый запах курящихся трав.
Малефисент чихнула, недовольно фыркнула и, спрыгнув с кровати, удалилась в ванную. Давно бы так!
— Теперь придвиньте курильницу поближе и слушайте меня внимательно! — сказала бабушка, и я услышала, как она сделала три глубоких очищающих вздоха. — Прежде всего вам нужно знать, что Т-си С-ги-лъ — это колдуньи народа чероки. Только пусть это слово вас не обманывает! Эти ведьмы не имеют никакого отношения к мирному и прекрасному культу Викки и викканской магии. Непохожи они и на ваших мудрых жриц, поклоняющихся Никс.
Т- си С-ги-ли — изгои племен и всегда живут отдельно. Они насквозь пропитаны злобой и ненавистью. Они черпают радость в убийстве и питаются смертью. Т-си С-ги-ли питаются страхом и болью своих жертв, страдания терзаемых ими укрепляют их магическую силу. Смерть — их пища. Но самое страшное, что они могут мучить и убивать при помощи ане ли сги .
— Бабушка, постой! Что это значит?
— Это значит, что они могущественные медиумы и могут убивать силой своей злобной воли.
Афродита хмуро посмотрела на меня, и я прочла в ее голубых глазах отражение собственной догадки. Неферет была самым могущественным медиумом среди вампиров!
— А почему в стихотворении Т-си С-ги-ли названа царицей? — спросила Афродита.
— Деточка, я сама впервые слышу о такой царице! Т-си С-ги-ли обычно живут одни и не признают над собой никакой власти. Впрочем, я сама не слишком много о них знаю.
— Значит, Калона — тоже Т-си С-ги-ли? — спросила я.
— Нет, Птичка, нет… Он хуже. Гораздо хуже. Т-си С-ги-ли, конечно, злы и опасны, но они все-таки люди, а значит, по меньшей мере, смертны.
Бабушка остановилась, и я услышала, как она снова сделала три глубоких очищающих вдоха. Когда она заговорила, то понизила голос, точно боялась, что нас могут подслушать. В голосе бабушки не было страха, лишь осторожность и глубокая серьезность.
— Калона — отец воронов-пересмешников и он не человек. Мы зовем его и его чудовищных детей демонами, но это не совсем точно. Калону правильнее назвать ангелом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
