в сравнение не идет с тем, в котором мы сейчас живем, но он очень хороший. Он мне даже больше нравится.
— Для разнообразия, давно хотела тебе его показать, да там и воздух свежий, и мешать никто не будет, — улыбаюсь подруге и вижу, что Ди на меня смотрит с недоверием, но ничего не говорит.
— Надеюсь твой муж не приедет и мне не придется всю ночь слушать ваши охи и вздохи, — подруга смеется, а я толкаю ее в бок.
— Дурочка.
— Да ладно, судя по твоим рассказам у вас там пожар, — подруга наклоняется ко мне и шепчет на ухо, я тут же краснею и снова ее слегка пинаю в бок. Я Ди очень много рассказываю, делюсь самым сокровенным. По сути она единственная, с я кем я могу так откровенничать, конечно не считая Айдарова.
Приехав в дом мы с Ди обедаем и приступаем к учебникам. Я листаю странички чисто для того, чтобы освежить память, после начинаю предлагать подруге идеи для рефератов, чтобы преподаватель к ней точно не прикопался.
Хоть так пытаюсь заладить чувство вины за то, что я не говорю ей всего. Про ее отца. Я обещала мужу, что не будет никаких проблем, а проще всего исполнить это обещание, если подруга не будет в курсе всей ситуации.
Да и чем лучше сделает то, что я все ей расскажу? Ди начнет нервничать, вызванивать отца, попытается уехать…
Господи, чем больше я об этом думаю, тем сильнее начинаю чувствовать себя виноватой. Я ведь не имею права принимать за нее решение. Не имею права молчать. Но с другой стороны… сейчас ее безопасность стоит важным приоритетом. Если из-за моих слов с ней что-то случиться, я в жизни себе этого не прощу.
— Знаешь, я тебе немного завидую, — Ди кутается в плед, мы стащили с ней из винного погреба бутылку вина и сейчас сидим на заднем дворике и из горла по очереди пьем дорогущее вино.
— Почему? — Алкоголь немного ударил в голову, сейчас я чувствую себя расслаблено. Наконец-то получилось отпустить ситуацию за весь этот сложный день.
— Только ты не подумай, я по-доброму, — подруга улыбается и делает новый глоток вина, — просто все, что ты рассказываешь. Про вас с Айдаровым… у меня никогда такого не было. Даже симпатии сильной не было, понимаешь. А так, чтобы до мурашек, чтобы дыхание перехватывало и в мыслях только он один…
Я издаю тихий смешок. Я и сама себе завидую. Кутаюсь сильнее в плед и обнимаю себя за плечи. До сих пор поверить не могу, что не сон, а реальность. Что я полюбила мужчину, которого так сильно ненавидела. Правду говорят, что от ненависти до любви один шаг.
— И у меня не было. Я раньше думала, что со Ждановым у меня любовь. Вот на всю жизнь. Легкую симпатию приняла за большее чувство. Да и в тех реалиях, что нам с сестрой устроил отец, Жданов было самое лучшее, что вообще могло быть. Он мне хотя бы был непротивен.
— А ты к Айдарову сразу что-то чувствовала? Было что-то такое, что ты не понимала…
Забираю у Ди бутылку и прикладываюсь губами к горлышку.
— Я его ненавидела. Это чувство глушило все остальное. Он вел себя как упрямый индюк. На мои слова и претензии никто не обращал никакого внимания. Чем больше я сопротивлялась, тем сильнее он настаивал. А после ненависть утихла. Он начал совершать поступки, которые никак не укладывались в нарисованную мной картину, он не мог быть ублюдком после того, что делал. У меня не сходилось все в голове, понимаешь?
— А когда ты его первый раз увидела… Что ты к нему почувствовала?
Подруга смотрит на меня во все глаза. Расспрашивает так, будто хочет сравнить с чем-то своим…
— Злость и страх, — пожимаю плечами, — он меня очень напугал, а после разозлил. И раздражение. Он меня жутко раздражал. Как смотрел, говорил…
Ди как-то странно улыбается, а тут уже интерес просыпается у меня.
— Ты ведь не просто так спрашиваешь?
— Помнишь мы с тобой говорили, в твоей комнате? — Я моментально напрягаюсь. Потому что это та самая тема, которую сейчас я хочу обсуждать меньше всего.
— Помню.
— И я тебе назвала имя человека, который помог нам вернуться? — Черт, от одного упоминания этого мужчины у меня на теле появляются ледяные мурашки. Киваю подруге в ответ.
— Так вот, я его видела. Отец выбил пригласительные для нашей семьи. Я думала, что это будет очередной званый вечер. Но нас там никто не ждал, оказалось, что отец достал пригласительные нечестным путем, чтобы встретиться с Юсуповым. И этот мужчина… знаешь, он пугает. Одним взглядом. Когда на тебя смотрит, как будто насквозь видит. Я пошла в уборную, совершенно не подозревая, что в этот момент отца и мать выставили на улицу. А когда выходила в зал, столкнулась с этим. Точнее налетела на него и он успел меня схватить перед тем, как я грохнулась на пол. Когда он посмотрел мне в глаза, меня как будто током шарахнуло, а потом моментально бросило в холод.
От слов Ди мне становится страшно. Я вспоминаю свое знакомство с этим мужчиной. Он опасный. Плохой. Каждый раз, когда я думаю, что Айдаров ведет с ним какие-то дела, меня передергивает.
— Он сказал мне странную фразу, — Ди хмурится, а меня бросает в дикий холод, — сказал, что у меня хороший ангел хранитель.
Бутылка с вином выпадает из моих рук. Пальцы дрожат. Слова мужа тут же всплывают в памяти.
" На месте твоей Ди, я бы был очень рад, что у нее есть такая подруга как ты. "
— Лиз, все хорошо? — Ди подскакивает и подходит ко мне.
— Да, мне уже наверное хватит, — натянуто улыбаюсь, — схожу в уборную.
Умываюсь холодной водой и беру в руки телефон. Пишу Айдарову сообщение, пока жду ответ, кажется что начинаю сходить с ума.
"Я отправил к вам охрану, они проследят, чтобы вы не покидали территорию дома" — руки начинают дрожать и из пальцев выпадает телефон. Все плохо. Все очень плохо.
Айдаров не приезжает ночью. Я ворочаюсь в кровати до четырех утра, жду, надеюсь, после начинаю психовать… Еще позже жутко переживать. Он бы приехал. Если бы все было хорошо, он бы обязательно приехал.
Накинув на себя халат, выхожу из комнаты. Иду в комнату, где спит Ди и слегка приоткрыв дверь прислушиваюсь. Подруга ровно дышит, спит и, наверное, видит сны. Вот только я ни черта не могу заснуть. Вся эта
