Читаем без скачивания Азарт (СИ) - Терентий Гравин

Потому и я, пусть с небольшим опозданием, но развернулся и устроил спринт, пытаясь не только нагнать товарища, но и перегнать его. Как ни странно, но мне это почти удалось. За воздвигнутый барьер мы перелетели одновременно. Уже там, похватав своё оружие, изготовились к бою и перевели дыхание, а через минуту смогли рассуждать и разговаривать.

- Ты видел то же, что и я?

- А что видел ты? - чисто еврейским методом - вопросом на вопрос - решил получить информацию Александр. Ссориться и напоминать в такой момент, кто тут командир, я не стал:

- Кажется, обрубки питона приросли к целому телу, и у этого монстра теперь около пяти пастей. И они ползут именно к нам.

- Ага! И я того же мнения, - выдохнул местный эксперт. - А всё потому, что мы их не прикопали и не провели обряд захоронения. Вот гауланы и стали злобным потусторонним чудовищем...

- Как их уничтожить? - поинтересовался я наиболее актуальной проблемой.

- Огнём лучше всего. Если хорошо прожарить такое умертвие, то оно взрывается и уже не восстанавливается.

- С керосином мы ничего учудить не успеем, - досада меня испепеляла изнутри. - Знал бы, что пригодится, попытался бы нечто сообразить с напалмом.

- А получилось бы? - явно засомневался напарник.

- При должных знаниях - просто... А разум эти умертвия сохраняют? Может, мы его как-то обмануть успеем?

- Кто как говорит, но мне кажется, что способность думать они сохраняют. Одного вурдалака из трёх человеческих трупов всю ночь по пригородам гоняли, никак уничтожить не могли. Я сам со стены наблюдал, как этот монстр ловко от погони уклонялся и грамотно копья от себя обивал. И как ты его собрался обмануть? Заманить в соляную пещеру, а потом там закрыть?

- Гениальная идея! Он бы там всего за месяц с голода издох! - но моя похвальба проблемы не решала: - Осталось заманить его в тоннель. Пойдёшь вместо приманки?

Несмотря на сложность ситуации, мелкий чувства юмора не потерял:

- Нет, не пойду... Можно я лучше на кухню вернусь? Да и лошадок я ещё не всех почистил...

Мы всё больше успокаивались, время шло, а наш новый и неожиданный враг не появлялся. Примерещиться он нам не мог, свернуть куда-то в сторону, будучи в пятидесяти метрах от оврага, - тоже. Увидел нас, испугался наших решительных действий в обороне да и сбежал от страха? Или, может, решил вернуться за каким-нибудь особенным оружием? Ведь что ни говори, а хвостов теперь у гада не меньше двух, он ими что угодно в нашу сторону направить сможет, хоть меч, хоть автомат.

Затем время нашего ожидания перевалило за полчаса. Мы стали совещаться: а не пойти ли кому прогуляться под дождь, да не посмотреть, что сросшиеся обрубки вытворяют? Потому что наша фантазия по поводу его возможных и предстоящих действий иссякла. Не станем же мы здесь в полной неизвестности часами трястись от страха? Сутками? Неделями?..

- Придётся всё-таки идти мне, - решил я, видя, что никто из моей команды в добровольцы не напрашивается. Правда один тут же открыл рот и бойко стал ...советовать:

- Может, тебе лучше в разведку верхом податься? Всё быстрей назад прискачешь, чем на своих двоих. А ещё лучше...

И тут же замолк под моим скептическим взглядом, догадываясь: ещё пара предложений и, несмотря на свое несовершеннолетие, он сам поскачет в разведку.

Я только собрался спускаться на другую сторону баррикады, как чудовище появилось в поле нашего зрения. Но до чего же оно изменилось всего лишь за полчаса с небольшим! Каждый кусок змеиного тела стал в два раза толще! Общая длина тоже удвоилась, как минимум! И жутких пастей на гибких отростках прибавилось!

Но и это было ещё не всё. Казалось, уже нельзя стать более мерзким и противным, но чудовище и на этом не остановилось: теперь по всему телу торчало и разевало рты около двадцати гномьих голов!

Плюс - около пяти лошадиных!

Стыдно признаваться, но я разразился длинной матерной тирадой.

Саша-Сандер повёл себя совершенным фаталистом и вначале просто мычал. Мой внутренний переводчик перевёл это мычание, как: "Мне рано умирать, я ещё так молод, но ничего изменить нельзя... Командир, прости мою неисполнительность и лень! Не следовало мне готовить трапезу, надо было копать, зарывать в землю этих несчастных..."

Кстати его командир тоже каялся, успев несколько мыслей отправить в сторону неба. Звучали они не совсем благопристойно и уважительно, но меня, находящегося в состоянии аффекта, можно было простить: "Эй, вы... там! Кончайте дурить с вашими легендарными наказаниями и квестами захоронений! Мы ведь утром собирались вернуться к телам гауланов и прикопать их, честно! Вот вам крест!"

Правда, креститься не стал, потому что не умел. Да и здешним богам чужие символы могут не понравиться. Я постарался сосредоточиться и стал вгонять себя в состояние берсерка, готовясь к последнему бою. Но злость не успела мне глаза застлать до конца, и собственный Щит я грызть зубами не стал. Как следствие, заметил и нечто положительное для нас.

Страшный монстр полз медленно, через силу. И уж никак не торопился бросаться именно на нас. Его отвлекла повозка с тушами лошадей. Он остановился и стал их пожирать всеми пастями, что могли дотянуться до ссохшейся плоти. Жуткое зрелище! Да и хруст неприятный. А уж лысые головы на коротких шеях вызывали тошноту своим непомерным аппетитом.

Главная пасть участия в пиршестве не принимала, зато первым делом попыталась запугать нас, издавая знакомый нам рёв. Мы и первого утробного звука не испугались, а после третьего пожали плечами, переглянулись между собой и стали скучать. Относительно, конечно.

Веселей стало, когда пасть что-то зашипела, и система стала нам переводить:

- Вы подлые, никчемные людишки! Низменные воры и разбойники! Вас никто не собирался убивать, мы только пришли попросить о помощи!..

Моя ауроцепция тут же заработала, убеждая, что оставшееся при толике разума чудовище бессовестно врёт. Но это также подняло новые вопросы, главный из которых: зачем оно врёт? Заговаривает нам зубы? А само тем временем поедает трупы, чтобы ещё больше усилиться? Абсурд, конечно, но что здесь вокруг нас реально и правильно? Да и можно попытаться проверить мелькнувшее подозрение, и я громогласно захохотал:

- Ха-ха! Ты попалась в ловушку, червеподобная тварь! Все туши отравлены, и предназначались именно тебе! Нам даже тебя уговаривать не пришлось явиться к нам на угощение! Ха-ха-ха!

Сразу два всплеска удивления ударило по моим обострённым чувствам. Но если Александр Пятница просто стоял в опупении и пялился на меня с приоткрытым ртом, монстр попытался как-то дёрнуться и отползти в сторону. Но у него это никак не получилось! Тело и остальные пасти его не слушались!

Вследствие чего я понял: чудовище свою прожорливость не контролирует. И, если рассуждать дальше логически, то нет ли у него и прочих ограничений? Например, он просто обязан пожирать мёртвую плоть, но ни в коем случае не трогает живую?

Бывает такое? Кто его знает! Спрашивать у офигевающего напарника по этой теме показалось мне как-то неуместным. Поэтому продолжил выдавать "на-гора" собственные инсинуации:

- Червяк! После того как доешь тут, немедленно отправляйся в башню Канцура! Там для тебя есть кучи трупов, и самый вкусный среди них, самого герцога! Вот там для тебя будет пир!

- Нет, подлый воришка! - зашипела гротескная пародия на красавца Франкенштейна. - Я вначале уничтожу тебя и второго человечка!

Мне особо понравились в его ответе три фактора. Он не соврал: сказал "вначале", и проговорился, что только "уничтожит". Софистика и умение анализировать речь собеседника вкупе с моей ауроцепцией - это великая сила.

Хорошо, что не соврал... Ну а слово "вначале" сразу убедило меня в том, что в башню-крепость эта тварь отправится в любом случае. Она, скорей всего, только для того и создана, чтобы поедать себе подобных. То есть - умерших. Но это, увы, не всё. Ибо в слове "уничтожу!" таилась самая главная, но не смертельная, как я надеялся, опасность. Ведь монстр не стал утверждать, что "съест" нас? Значит, живых он не ест! Другой вопрос, что, двигаясь рядом с нами, он может невольно придавить нас до смерти, а уже потом... умерших...

О таком даже домысливать не хотелось, ещё напророчу. Но никто оспаривать не станет, что сражаться с чудовищем, которое только давит, гораздо легче, чем с чудовищем, которое кусает. Да ещё и пастями в количестве пяти десятков.

Я помнил ещё об одном огульном обвинении монстра и попытался раскрутить его подноготную до резонного завершения. Поэтому перешёл на несколько иной тон, оправдывающийся:

- Почему ты нас обзываешь ворами, о, добрейший гаулан?

- Потому что вы украли наши вещи! - ярилось чудовище.

- Да сколько там было, тех вещей-то? Всего-то две сумки...

- Где они?! - ага, значит Поедатель трупов (назовём его так) первую часть своих вещей не отыскал. Следовательно, и вторую, которую мы спрятали тут недалеко, вместе со своими вещами - тоже. Этим следовало воспользоваться: