Читаем без скачивания Помни войну - Герман Иванович Романов

который бы добровольно захотел бы заменить на посту командующего 2-й Тихоокеанской эскадры вице-адмирала Зиновия Петровича Рожественского.

Да и в армии тот же самый процесс — после года постоянных поражений царь убрал с поста главнокомандующего Куропаткина, вот только замена на «папашу» Линевича из того же разряда — шило на мыло!

Бедна оказалась империя на решительных и умных, зато власть полна бездарными, вороватыми, но исполнительными. Ведь любую инициативу чиновники давят на корню, а без нее войны не выиграешь. Да и тот, кто управляет дивизией в бою, сейчас именуется не командующим, а начальником, как какой-нибудь «столоначальник» министерского департамента — даже в таких мелочах стыд и срам!

Владивосток в годы русско-японской войны. Ремонтный завод и гавань.

Корея

Глава 47

— Что-то новенькое, Лев Алексеевич, наш «друг» Хейхатиро удумал. Почему он «Ниссин» с «Якумо» в отрядах местами поменял⁈ Умеет удивлять, что ни говори. Но зачем, прах подери! Ведь он на узел снизил общую скорость отряда Камимуры, включив в него «гарибальдийца». А быстроходный «Якумо» будет плестись вместе с броненосцами!

Фелькерзам с интересом рассматривал приближение Объединенного Флота, уже порядком съежившегося в своих размерах. Впереди шел 1-й отряд — броненосцы «Микаса», «Сикисима» и «Асахи», а замыкал построение броненосный крейсер «Якумо». За ним следовал 2-й отряд Камимуры, старые знакомые Иессена по Ульсанскому бою — «Идзумо», «Адзума» и «Ивате». А замыкал построение «Ниссин» — броненосный крейсер итальянской постройки, который можно было именовать и малым броненосцем, насколько тот был хорошо защищен стальными плитами, которых сами любители спагетти считали ничем не хуже знаменитой крупповской брони.

— Может быть, ремонт произведен на скорую руку, или повреждения от торпедного попадания слишком серьезными? Выведена из строя одна из машин, или погнут вал? В последнем случае может быть сильная вибрация, которая снижает ход, или сильно влияет на меткость стрельбы?

— Хм, пожалуй, вы тут правы, — после минутной паузы отозвался Фелькерзам. — «Якумо» хоть и германской постройки, а немцы традиционно очень хорошо бронируют свои корабли, но «Ниссин» по защищенности ни в чем ему не уступает. Следовательно, ни от хорошей жизни их поменяли местами, а от лютой безысходности. Просто отлично, ведь «Ослябя» теперь от «гарибальдийца» если и отстает, то на немного, а это практически уравнивает скорости отряда Бэра с японцами.

— Но их четверо против трех, ваше превосходительство!

— По водоизмещению и мощности залпа практически одинаковы. После перевооружения наши крейсера несут по двадцать 152 мм пушек — на борт по десять выходит, да пять на «Ослябе». У японцев 27 шестидюймовых стволов — практическое равенство. И по главному калибру тоже — десятидюймовые пушки имеют снаряд вдвое тяжелее, чем 203 мм орудия. Так что надо пеще посмотреть, кто кого на этот раз! Им тут — не там!

Дмитрий Густавович вздохнул с некоторым облегчением — «Наварин» шел четвертым в строю броненосцев, следуя за «Бородино». Уступом чуть позади и на отдалении шли броненосные крейсера — флагманская «Россия», за ней поспешал только что введенный в строй «Громобой», а замыкал броненосец «Ослябя», наиболее сильный корабль, все же броневой пояс 9 дюймов, а не шесть, и главный калибр весьма весомый.

Сражение в Японском море было неизбежно, причем Фелькерзам точно и заранее знал, где и когда оно произойдет. Ведь высадив десант на Гензан, транспорты ушли во Владивосток. Вспомогательные крейсера проделали это быстрее, и раньше — вся четверка на следующий день после высадки немедленно покинула порт, и 14 августа уже была во Владивостоке. Перехватить быстроходные лайнеры японцы не имели ни малейших шансов — те в любой момент могли рвануть на 19-ти узлах, поди их догони. А потому обратно в Гензан они вернулись 17-го числа, выгрузив еще четыре стрелковых полка 4-й бригады, и уже ушли в залив Петра Великого в составе общего конвоя, вместе с другими пароходами.

И вовремя — 18 августа явились японцы — весь Объединенный Флот. Вот только опоздали немного — в глубине залива были лишь три канонерские лодки, оставленные для «приманки». Дело в том, что были выставлены мины заграждения, и кроме того в корейский порт перешли три подводные лодки. На последние без жалости во взоре Фелькерзам смотреть не мог — утлые челны, примитивной конструкции и водоизмещением чуть больше сотни тонн, они служили не столько реальной угрозой для врага, сколько прибежищем для веселого клуба самоубийц.

Видимо, Того заподозрил неладное, и четверть часа броненосные крейсера обстреливали город с предельного расстояния, попав 203 мм фугасом в канонерскую лодку, и еще добились трех близких разрывов. Будь это обычный пароход, дело кончилось бы гибелью, но дополнительные листы стали по ватерлинии уберегли канонерку — та осталась на плаву, при этом, не прекращая вести ответный огонь из 120 мм пушек.

Тогда вперед выдвинулись две маленькие канонерские лодки под прикрытием большой, шедшей под адмиральским флагом. «Гвоздить» они принялись не по-детски, только вот незадача — прямо на минном заграждении. Повторилась порт-артурская история — одна маленькая канонерка распалась на две части от подрыва, а вот большая первый взрыв выдержала, но затонула за пять минут. И хоть это было не броненосцы, но победа получилась изрядная — одна из субмарин выпустила торпеду, которая была замечена японскими сигнальщиками. Намек был понят правильно — броненосцы Того и броненосные крейсера Камимуры тут же ушли в море, предоставим миноноскам вылавливать из воды уцелевших при взрывах моряков.

Вот только вытащили не всех — троих взяли в плен и наскоро допросили. Выяснилось, что жертвами мин стал безбронный крейсер «Цукуси» или «Тсукусши», построенный вроде для чилийского флота как «Артур Пратт», но проданный японцам еще до начала их войны с китайцами, одновременно с «Идзуми» (бывшей «Эсмеральдой»). Водоизмещение всего в тысячу триста тонн, вооружение из 120 мм пушек. Второй жертвой оказалась канонерская лодка «Удзи», шестьсот тонн, с трехдюймовками. Вроде невелика победа, но резонансная вышла — крейсер оказался флагманом 7-го отряда, в который входили остатки кораблей береговой обороны и канонерские лодки. Прежний командующий погиб в Цусиме, а новым назначили переведенного из расформированного 6-го отряда контр-адмирала Того, но не самого, а племянника — тело на берег выбросили волны.

Поступили с ним согласно инструкции — отвезли на миноносце во Владивосток, собрали корреспондентов. Фелькерзам сам выступил перед репортерами с торжественной речью, поведал о блестящих победах русской армии на суше, и на море, показав на тело адмирала, которого со