Гера злобно оскалился. После того как проход освободился, его апатия сменилась прежним враждебным чувством ко всем и вся. С новой силой вспыхнуло желание любым путем уйти одному. От всех!
— Там глубоко? — прорезался вдруг голос Витька, казалось, что его сейчас это интересовало больше всего. Еще один спуск вверг электронщика в новую депрессию.
— Ерунда, — отрезал Гера. — Чуть больше трёх метров. А сбоку имеется лестница. Правда, она проржавела. Даже тогда, много лет назад, была такой.
— Кончай базар. Спускаемся.
Гера тяжело вздохнул, наклонился к дыре и попросил:
— Посвети, а?
Руслан направил луч фонаря вниз, нащупал на стене лестницу, затем переместил световое пятно на дно. До него действительно было метра три — три с половиной, а внизу, напротив лестницы, зияло очередное отверстие в два метра высотой.
Гера свесил ноги вниз, держась за край проема руками, нащупал ногами ступени-скобы лестницы и, отплевываясь от падавших вниз струй воды и грязи, стал спускаться.
Руслан продолжал светить. И когда Гера оказался на дне, скомандовал:
— Стой, как стоишь!
Гера послушно застыл на месте, лишь поднял голову кверху.
Витёк полез следующим, он хотел было подхватить вместе с «ноутбуком» и металлический кейс, но Руслан жёстко остановил его:
— Это теперь будет со мной. Марш.
Затем была спущена женщина. Последним спустился Руслан.
Гера не пытался бежать. Пока что. Если путь оказался открыт, то почему не подождать — может, вновь представится возможность завладеть этим проклятым металлическим кейсом?
— Воды скоро тут нальётся… — проворчал Гера, наблюдая, как грязевые потоки продолжают стекать по стене вниз. — Прикрыть бы…
— Тебе дело? Пусть теперь затопляет. Пошли.
И Руслан взмахнул автоматом.
Гера первым сунулся в новый проем, за ним Витёк. Потом — Руслан, подхватив женщину на плечо.
Казалось, у оставшихся в живых людей, которые прорывались на свободу, ничего не изменилось. Однако изменения произошли…
Когда женщина сидела там — наверху, прислоненная к стене, а Руслан обследовал стык плиты, сознание на какое-то время вернулось к ней. Она чувствовала боль, чувствовала, как силы с каждой минутой оставляют её, она чувствовала даже, что, возможно, и не дотянет — до конца. Какого? Ни до выхода к солнцу, ни до победы. О последнем она вообще не хотела даже думать.
В какой-то момент ее рука, дернувшись по дну туннеля, нащупала что-то твёрдое. По форме предмета она поняла, что это пистолет. Тот, который отбросил за ненадобностью впавший в апатию хиляк. Правда, она не знала, как оказался возле неё этот предмет. Да и какая была ей разница.
Она судорожно сжала рукоять в ладони и, превозмогая боль, засунула пистолет под майку, за пояс джинсов. И на время снова отключилась. Сознание вернулось к ней, когда ее стали спускать в колодец. В очередной колодец…
Пистолет был при ней. Значит, Руслан его не обнаружил. И она вновь провалилась в забытье, чему-то недобро усмехнувшись.
15
Это было сродни горной шахте. Виднелись то там, то здесь кое-где подпорки, валялись бесполезные фонари.
Новый проход часто петлял.
Поворот, ещё поворот…
Спуск…
Снова поворот, опять поворот…
И ещё спуск…
Затем длинный коридор. Воздух был тяжёлый. Кажется, его вообще здесь катастрофически мало. У беглецов появилась одышка. Исключая женщину. После спуска в колодец она вновь находилась в беспамятстве.
Витек сорвал с «ноутбука» целлофан. Нести чемоданчик за ручку, не ощущая под ней липкой скользящей поверхности, было намного легче. А здесь было сухо. И он решил, что уже так и будет.
…Руслан даже приблизительно не мог сказать, сколько они идут. Долго, очень долго. Гораздо дольше, чем ползли в трубе. А затем тащились по новому проходу.
Но тут не было вони. Пусть и тяжело дышалось.
Они шли. Шли и шли…
Руслану стало казаться, что идут они целую вечность, а может и целую жизнь. Бесконечно длинный путь.
Время от времени он перекладывал женщину с одного плеча на другое, менял руки, освобождая от кейса одну и нагружая другую, поправлял висящий на шее автомат и продолжал продираться вперёд, за двумя из своих людей.
Ещё коридор, снова поворот — и снова коридор…
Когда впереди забрезжил тусклый свет, Руслан даже не поверил, что такое может быть, что свет, кроме как от фонарика, может еще где-то существовать.
Но свет был. Пусть и тусклый. Руслану захотелось закричать и броситься вперед, словно там уже была свобода. Свобода от этих чертовых подземных лабиринтов.
Выход из ловушки. Да, именно так. Интересно, без проводника сколько можно плутать по этим подземным катакомбам? День, два, неделю, месяц. Руслану неожиданно пришла на память статейка из какой-то газеты, где утверждалось, что под землей в столице можно вообще заблудиться, и тогда — конец. Точно. Теперь он в этом убедился.
Свет пробивался через узкий проход. Первым в него протиснулся Гера. Очень сноровисто, как зверек. Вторым был Витёк. Его живот слегка задевал стену, однако он прошел нормально, и Руслан решил, что и сам вполне благополучно проникнет в лаз, вот только с женщиной возникнет проблема.
Но она оказалась тех же габаритов, что и хиляк, и спокойно прошла, вернее, ее на входе пропихнул Руслан, а там, с обратной стороны, уже подхватили Гера и Витек.
Последним между бетонными плитами пролез Руслан.
И мрак закончился. Они оказались в туннеле метро.
Тускло светились лампочки, развешанные по стенам на определенном расстоянии друг от друга, отблескивали уходящие в обе стороны рельсы, вдали горел красный глазок семафора.
— Ты что, через станцию вздумал выходить? — вмиг протрезвел Руслан. — В таком виде?
— Спокойно, — заметил Гера и двинулся вперёд, туда, где светился семафор. Сзади послышался стук колёс локомотива.
Метров через пять Гера юркнул в нишу, за ним Витёк и следом не отстававший от спутников Руслан с женщиной.
В глубине ниши виднелся очередной проем.
Руслан застонал. Сколько же еще придется топать по этим проклятым туннелям?
Новый проём вывел их в новую нору. Опять тьма. И опять пришлось довольствоваться светом фонарика.
Гера двинулся вперёд. Метров через сто они оказались в новом коридоре, который ещё метров через пятьдесят вывел их к колодцу, который уходил высоко вверх и заканчивался люком. По стене, по всей её длине, тянулась железная лестница.
— Канализационный колодец, — доложил Гера. — Заброшенный. Мы пришли. Там путь наверх.
И там на самом деле их ждал свет. Солнечный свет.
16
Они выбрались в каком-то тихом проулке. И сразу же зажмурились от яркого солнца. И едва не задохнулись от свежего воздуха. Две старушки, проходившие в это время мимо, перекрестились, увидев, как из люка вываливаются чумазые люди, у одного из которых на шее болтался автомат, а на плече женщина, которая вообще не подавала признаков жизни.
— Нас здесь должны ждать? — осведомился Руслан, окидывая взглядом окружавшие его сталинских времен пятиэтажки и пытаясь понять, в каком месте столицы они находятся.
— Вон там, — махнул на арочный проезд из проулка Гера. — С обратной стороны нас и должны ждать.
— Ну и нехай ждут. Не поедем мы ни с кем, — заявил Руслан. — Мы поедем на своём транспорте.
Своим транспортом оказалась стоящая во дворе «Тойота». Люк располагался посреди проезжей части улицы, которая тянулась от арки в этот двор.
Перебежав улицу к указанной Русланом «Тойоте», они остановились. Руслан рубанул прикладом по стеклу бокового окна — посыпались осколки, и сразу же автомат переместился в сторону Геры, мол, открывай дверцы.
Сигнализация не работала. Впрочем, даже если бы она запищала, Руслана это уже бы не остановило.
Витёк сел сзади, рядом Руслан положил на сиденье женщину. Сам сел вперед, на место водителя, кейс положил под ноги, автомат оставил на шее. Гера устроился рядом.
Оторвав от приборной панели проводки, Руслан отыскал нужные, соединил и, услышав, как машина рыкнула, удовлетворенно вздохнул:
— Теперь делаем ноги, а вернее — колёса.
Он развернул машину и устремился к арке. Из подъезда близстоящего дома вышла молодая особа и удивленно уставилась вслед уносящейся прочь машине.
За аркой начиналась оживленная магистраль. Руслан не стал задумываться, в какую сторону сворачивать, интуитивно повернув руль направо. Там будет видно. Главное — свалить подальше отсюда. А лучше — из самого города.
— И куда теперь? — Гера решил определиться.
Руслан не успел ответить. За него это сделал сидящий сзади человек.
Холодная сталь уткнулась в затылок, а затем хриплый голос женщины указал:
— Едем в аэропорт. И без глупостей. Я, как и ты, стреляю неплохо. А ты, электронщик, забейся в уголок и не дыши.
