Как бы там ни было, а сегодня он не упустит своего шанса. Рид и сам не знал, когда созрело такое решение, но менять его не собирался. Женщина, стоящая напротив, больше не ускользнет от него, по крайней мере, этой ночью. Пусть хоть несколько часов, но они будут вместе.
Рид нагнулся и, схватив Кита за шиворот, поставил на ноги. Не обращая внимания на стоны и ругательства этого превратившегося в тряпку человека, он выволок его из спальни, чувствуя, как ненависть и желание увеличивают силы. Он знал, что Камми пойдет за ними, но это не имело никакого значения. Пинками подгоняя впереди себя ее мужа, Рид пересек большую комнату и, подойдя к двери, вытолкал Кита на крыльцо, а оттуда спустил по ступенькам в ночь.
Кит по инерции сделал несколько нетвердых шагов, споткнулся и остановился. Круто повернувшись кругом, он широко расставил ноги и сжал кулаки.
— Кого ты, черт побери, из себя строишь? — прорычал он.
— Человека, который убьет тебя, если ты еще хоть раз вздумаешь выкинуть подобный номер, — совершенно спокойно ответил Рид. Он спустился с крыльца, нисколько не удивившись, когда Кит нетвердо шагнул вперед. — Я знаю, где ты оставил свой «Ровер». Если ты не укатишь отсюда через пять минут, поймешь, что значит иметь дело со мной, — продолжил Рид угрожающим голосом.
Мужу Камми неистово хотелось пустить в ход кулаки, чтобы помешать Риду вступить во владение этой территорией и этой женщиной. Однако Кит не стал переоценивать своих весьма ограниченных возможностей и не рискнул пойти в наступление. Какое-то время он стоял с таким видом, будто собирался заплакать, потом весь обмяк, повернулся и исчез в темноте.
Рид ждал. Через несколько минут раздался мощный рев ожившего двигателя «Лендровера». Мотор всхлипнул — включилась передача, протестующе завизжали шины, и автомобиль ринулся в ночь.
Рид облегченно вздохнул и медленно поднялся на крыльцо. В глубине гостиной мелькнула фигура Камми. Повернувшись к озеру, он еще раз прощупал глазами темноту, а когда оглянулся, увидел, что Камми стоит в дверном проеме. Ее лицо было неподвижно, а огромные черные глаза пристально наблюдали за ним. Рид с усилием перевел взгляд на ее ключицы и постарался задержать его там. Но, несмотря на это, боковым зрением он отлично видел всю эту прекрасную картину целиком: на фоне неяркого света очерчивался силуэт ее точеной фигуры, облаченной в белое одеяние.
Он наслаждался, созерцая ее тело. Подойдя немного ближе, чтобы отчетливее видеть, но не спугнуть Камми, он сказал совершенно нейтральным тоном:
— Прости, что не смог прийти на помощь раньше.
— Ты приехал сюда вслед за Китом, да?
Она быстро справилась с дрожью в голосе, но Рид успел это заметить. Его до глубины души взволновало проявление ее силы духа. В последнее время его ничто так не трогало. Да, он был виноват. Если бы он не увлекся наблюдением за Камми, стоявшей на пристани в лунном свете, то не упустил бы Кита из виду. А если бы Кит не исчез из поля зрения, то Риду не пришлось бы кружить вокруг дома в его поисках, а потом, когда он сообразил, что Хаттон в доме вместе с Камми, не пришлось бы так долго возиться с задвижкой.
Рид опустил глаза и посмотрел на свою руку, все еще сжатую в кулак. Сосредоточившись на том, чтобы разогнуть пальцы, он сказал:
— Я заметил его возле «Вечнозеленого». Когда Кит выяснил, что тебя нет дома, он с такой решительностью помчался сюда, на озеро, словно наверняка знал, где следует искать тебя. Я, естественно, отправился за ним. Между прочим, если бы мне было известно, куда ты поехала, то все сложилось бы по-другому, и не пришлось бы следить за твоим бывшим мужем.
— Надо же, а я и не знала, что должна отчитываться о своих планах, — выпалила она резко и, отвернувшись от него, прошла в комнату.
Рид последовал за ней, не сводя напряженного взгляда с ее спины и бедер. Закрыв за собой дверь на замок, он задвинул щеколду. По тому, как неподвижно застыли плечи Камми, можно было понять, что она понимает, что он делает… и не возражает. По мнению Рида, это была его первая маленькая победа.
— Ты не должна больше так делать, — сказал он, проходя за ней в ту часть комнаты, которая служила кухней. — Особенно после сегодняшнего вечера. Я решил, что отныне буду постоянно находиться рядом с тобой.
— Мне, вероятно, следует это счесть за великую милость и рассыпаться перед тобой в благодарности?
Прежде чем что-то сказать, Рид открыл холодильник и достал из морозилки горсть ледяных кубиков. Выражение лица Камми, как ему показалось, было отчасти раздраженным, отчасти заинтригованным.
— Я бы с радостью принял твою благодарность, — ответил он наконец и с удовлетворением заметил, как из-под рубашки медленно поднимается вверх волна алой краски.
— Ах так, ну хорошо, — внезапно капитулировала Камми. — Большое тебе спасибо. Я безумно рада видеть тебя. Даже не знаю, что бы делала, если бы ты не вломился в дом, словно какой-то гангстер. Ты это хотел услышать?
Рид ничего не ответил, только задумчивая улыбка тронула его губы. Положив лед на блюдце, он принялся выдвигать ящики буфета в поисках целлофанового мешочка. В конце концов мешочек нашелся, и Рид высыпал в него лед.
— Если это для меня, — категорично заявила Камми, — то не нужно.
— Что бы ты ни говорила, но у тебя на лице настоящий кровоподтек, происхождение которого придется объяснить, — спокойно ответил он, сосредоточенно закрывая «молнию» на мешочке.
Ее губы на секунду сжались в упрямую полоску, однако сопротивляться казалось бессмысленно, и Камми решила сдаться.
— Ты самый непредсказуемый человек на свете, — сказала она. — Могу поклясться, что ты пробежал бы целую милю, если бы был уверен, что я брошусь от радости тебе на шею.
— Наверное, ты права.
Она была совершенно права, однако совсем не обязательно было признаваться ей в этом.
— Вот видишь, у тебя не хватило мужества опровергнуть все это и расстроить меня.
— Наверное, мне просто не хотелось, чтобы ты разозлилась.
Ее прищуренные глаза заблестели.
— А я думаю, что тебе как раз хочется этого или хотелось. Мне кажется, что тебе нравится бередить душу. Ну а если ты делаешь это сейчас ради того, чтобы отвлечь мои мысли от небольшой неприятности, которая со мной случилась, я имею в виду то, что меня чуть было не изнасиловали, то можешь не беспокоиться.
— Я считаю, — сказал Рид, подходя к ней и прикладывая мешочек со льдом к ее покрасневшей щеке, — ты достаточно благоразумна, чтобы понять, чем продиктованы мои поступки, и адекватно реагировать на них.
Угрюмо сверля глазами пуговицу его маскировочной рубашки, Камми вздохнула:
