существовании простых людей. Наверное, они сами его не особо видят. Но его почему-то видят иномерные Ваджина. И ради него забирают наш смысл, их верных слуг. Это похоже на страшное предательство, впрочем, я не обижен и не разочарован. Мне думалось, что однажды так и будет. И вот, это "однажды" наступило. И с этим ничего не поделаешь. Можно подчиниться этакой судьбе, а можно и уйти. Я выбрал второе. И мне жаль, что мои ближайшие товарищи из Внутреннего круга, не разделят моего стремления. Что ж, это единственное, из-за чего мне действительно сейчас грустно.
Особенно из-за Зефира. Он мог бы последовать за мной. Но именно он сейчас, в этой эре, главный. А значит, что на нём лежит куда большая ответственность, чем на мне. Ещё недавно он испытывал удачу, развлекаясь на Великой войне и вкушая прелести очередной интересной эпохи: шпионил, подстрекал арабов к бунту, стрелял по царственным особам, воровал документы и занимался прочими любимыми вещами, вживаясь в шкуры абсолютно разных зверей. А теперь вот, вольготная жизнь закончилась и пора принимать серьёзные решения. Что же, это его ноша.
А моя, вот такая: лечь на дно лодки и ждать, куда меня принесёт течение сквозь ночной туман. Я даже немного задремал под плеск волн. И потому не понял, сколько времени прошло, когда лодка внезапно наткнулась на песок, с характерным звуком вылетев на твёрдую поверхность. От такой неожиданности, дрёма спала, а я вскочил на ноги, едва не потеряв равновесие.
Вскоре я понял, что лодка прибилась к какому-то небольшому островку, покрытому травой и камнями. При чём камни явственно собирались в странные спиральные узоры, раскиданные тут и там по небольшой площади островка. Они сразу мне напомнили о святых местах, которые я помогал сооружать в древние времена. Святых местах, где раньше чтились проклятые и их силы. Я ухмыльнулся, вспомнив, как фанатично мы разрушали любые остатки того времени и сколь старательно придумывали эту историю, про Иштвана Великого.
Как хороши мы были на выдумку мистификаций! Вспомнить только все эти религии, угнетающие проклятых и заставляющие их скрываться. Что на деле очень способствовало самоконспирации Общества и контролю за особо ретивыми и сильными экземплярами проклятий. Славные идеи нам тогда приходили!
В мыслях об этом, я не сразу обратил внимание на единственное строение на острове: покосившееся двухэтажное здание из давно почерневших досок, смотрело на меня множеством чёрных зевов окон без ставень и рам. Оно было столь тёмным, что я его поначалу и не приметил, в кромешной тьме. Однако, меня почему-то потянуло подойти к нему и заглянуть за едва держащуюся на петлях дверь.
Она легко открылась от одного моего толчка, открывая несколько сюрреалистическую картину внутри. Посреди тёмного, ветхого помещения, лишённого всякой мебели, сидел странный зверь, в окружении множества свечей. Он был одет явно не по эпохе. Я никогда не видел таких необычных доспехов, похожих скорее не на сталь, а на очень и очень гладкий камень. Да и сам их владелец относился к ящерам, которых редко ныне увидишь среди моря пушистых. Он напоминал мне варана и по его грузному, чешуйчатому лицу сложно было понять, какую эмоцию оно сейчас вырожало.
Впрочем, меня устраивало, что он при виде меня не схватился за своё странное оружие, напоминающее какой-то неправильный арбалет:
– Не считаешь, что тебе в последнее время часто везёт, Австер? – спросил меня ящер.
– Мне стоит спрашивать откуда ты знаешь моё старое имя?
– Вопросом на вопрос не отвечают в приличном обществе.
– Не знаю. Я никогда в таком не состоял. – я бесцеремонно сел напротив него.
– Что ж, тогда давай действовать более примитивно. Я просто за тобой наблюдал. Вообще не только за тобой, но и за всеми вами. В этом странном, иллюзорном мире-ловушке, вы были наиболее близки к моей цели. К Ванджинам.
– Значит и про них ты знаешь... Верно, пришёл далеко не отсюда и даже не из Альчеры.
– Логично мыслишь, тилацин! – слегка шипя проговорил он, – Как и сами Ванджина пришли не из этого мира.
– Разве не они его сотворили? И наш иллюзорный мир, и то пространство мыслеобразов, что мы зовём Альчерой?
– Они, конечно, они. И неплохо постарались, скажу я тебе. До них тут было совсем пусто и тоскливо. А тут вот, существа из совсем другого плана бытия, сотворили и удобную среду обитания для себя и энергетическую ферму, дающую бессчётное количество мыслей и волеустремлений для продолжения банкета. Но сами они бежали сюда, в это пустое пространство по определённой причине, знать которую тебе, в общем-то и не обязательно. Знай только, что я гонюсь за ними по пятам. Можешь считать меня своеобразным Вигилантом, чьи цели вдруг очень стали совпадать с твоими.
– Каким же образом?
– Видишь ли... Судьба – такая штука, против которой бесполезно бороться. Ванджина пытаются. Их акт творения направлен на то, чтобы победить эту вселенскую условность и дать своим детищам, да и самим себе свободу. Вы, с вашим Обществом, кажется, стали мешать этой цели. Вы напомнили своим богам о том, что судьба никуда не делась. Есть те, кого можно назвать её баловнями, а есть и неудачники, которые всецело заслужили своё положение. Вы явно относитесь к первым. И удача сейчас на твоей стороне. Даже учитывая твою маленькую неприятность с тем, что ваш мир может вдруг статься местом без богов и королей.
– Не томи, если знаешь, как вернуть всё в прежнее русло!
– Ты когда-нибудь раньше думал о том, чтобы убить бога?
– Это... Возможно?
– Разумеется, это возможно! Ванджина могут испытывать страх и убегать, а значит их вполне можно убить. Только не физическим оружием, нет. Тут потребуется кое-что совсем иное...
Феликс – Кошмары Альчеры
Словно демон в лесу волхвований,Снова вспыхнет моё бытиё,От мучительных красных лобзанийЗашевелится тело моё.
И пока к пустоте или раюНеоборный не бросит меня,Я ещё один раз отпылаюУпоительной жизнью огня.
Николай Гумилёв, "Завещание"
