— Пять-шесть миллиардов долларов. — Косыгин развёл руками. — Но это очень примерная оценка. Кое-что, например, высокоточные станки для производства валов, нам вообще никто бы не продал. Ни за миллиард, ни за десять. Поэтому мы ориентировались на отпускные цены. А вообще если так считать, учитывая всякие серые схемы поставок, или воровства технологий, там и десятка будет запросто.
— Вить, а давай мы тебе квартиру большую дадим? — Брежнев посмотрел на Николаева.
— Леонид Ильич, а зачем мне квартира? — Удивился Виктор. Я в ней, наверное, бывать-то буду раз в полгода. А для кого-то это может вообще верх желаний. А надо будет так куплю себе. Я же вообще сейчас деньги не трачу. Даже не знаю сколько у меня зарплата. Что-то на сберкнижку приходит. Так она даже не у меня, а у моего секретаря.
— Но как-то мы должны это дело отметить?
— Я даже не знаю. — Виктор развёл руками. — Квартиры у всех моих есть. Премию я им уже выписал, и хорошо, выписал. По три тысячи руководителям направлений, и по тысяче аналитикам. Нет, конечно они все будут счастливы что-то получить ещё, но на мой взгляд они вполне нормально зарабатывают. На уровне доктора наук. Тут перекормить тоже нельзя. Опасно, что люди перестанут чуять под собой землю.
— Вить, ну ты же умный! — Брежнев отложил документ. — Давай придумай чем мы тебя можем наградить.
— Так у меня всё есть. — Виктор пожал плечами. — Вон как-то катер хотел, но флотские просто сказали, что, если мне будет нужно, чтобы я брал разъездной адмиральский катер штаба Флота и у меня как отрезало. Зачем мне свой, когда есть возможность пользоваться катером вполне комфортабельным, большим и уже укомплектованным экипажем? А в особенности учитывая, что адмиралы и сами часто выезжают на променад, а с ними куда интереснее.
— Значит не хочешь мне помочь? — Брежнев покачал головой. — Ладно. Сами придумаем. Так, Алексей Николаевич?
— Придумаем, Леонид Ильич. — Косыгин уверенно кивнул. — Не только у товарища Николаева умники работают.
По протоколу, Виктору пришлось провожать американскую делегацию. Джеральд Форд, крепок пожал ему руку, пошутил на тему что русские опять урвали главный приз, а когда он чуть отдалился, подошла Нина Харрис.
— Виктор, — женщина улыбнулась, демонстрируя искусство американских стоматологов. — Я знаю, что Российская империя бывает непостоянна, и хочу сказать, что в любом посольстве в любой точке Земли, вас будет ждать американский паспорт, билет первого класса, и лимузин, который отвезёт вас в ваш дом, в лучшем районе Вашингтона.
Эпилог
История чрезвычайно неповоротливая дама, но у неё не было шансов, и всё пошло по совсем другой колее. Не случилось многого того, что подточило мощь СССР, хотя были и другие события. В 1978 году полыхнуло в Таджикистане. Республика была мгновенно блокирована войсками, а в саму республику вошли части внутренних войск, которые сначала остановили погромы судив военно-полевым судом и расстреляв показательно несколько сотен человек. А после устроили полноценный референдум, на котором все жители республики должны были ответить на вопрос, желают ли они далее находиться в составе СССР, или хотят быть независимыми. Как и предполагалось восемьдесят процентов подтвердили желание сохранить республику в составе Союза, и к делу подключилось КГБ, которое очень быстро нашло подстрекателей, пособников и всех тех, кто просто знал и прошёл мимо.
Из национальных деятелей почему-то никто не верил, что Россия будет действовать жёстко, и разгон банд националистов внутренними войсками, на всех подействовал словно холодный душ. Республики как-то резко понизили градус риторики, и сами начали чистить свои ряды от наиболее одиозной публики, а байкало-амурская магистраль получила сотни новых бригад строителей.
Брежнев ушёл в восемьдесят пятом, за год до этого передав руководство партией Романову, а место Председателя Верховного Совета Машерову. Галина Брежнева к этому времени уже работала заместителем министра Просвещения и Главным инспектором учебных заведений страны.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
На похороны Брежнева, несмотря на проливной дождь, собралось огромное количество народа. Гроб на лафете провезли через центр Москвы от Георгиевского зала, где проходило прощание, до Кремлёвской стены. С трибуны мавзолея было зачитано прощальное письмо Брежнева советскому народу, где он попросил прощения за то, что не смог сделать, и пожелал людям быть достойным своей страны.
Виктор при Машерове стал первым заместителем Председателя Президиума, и круг его обязанностей вырос неимоверно. К счастью, команда уже была сформирована, и дело было только за самой работой.
В девяносто пятом ушёл Павел Анатольевич Судоплатов, а годом позже Зоя Воскресенская. Мама Зоя, потратившая последние годы жизни на восстановление Ленинской Технической школы, которая теперь готовила не шпионов, а просто секретоносителей высшего уровня допуска, вбивая верность долгу и понятия о служении стране на уровне безусловных рефлексов.
После ухода стариков, Систему принял относительно молодой полковник из Первого Управления, списанный из-за ноги искорёженной миной. Но управлению душегубами это не мешало, и он вполне уверенно принял дела, как-то невзначай просочившись сквозь охрану Виктора, и представившись паролем который оставил Судоплатов.
А ровно в двухтысячном, ушёл и Машеров, который за месяц перед смертью оставил свой пост, передав его Виктору, на внеочередной сессии Верховного Совета. Делегаты единогласно проголосовали за Николаева, и он стал самым молодым главой СССР, за всё время существования страны.
А через месяц после того, как он принял должность, на приём пришёл невысокий коренастый генерал-майор, чётко представился, и выложил на стол удостоверение, отпечатанное на шёлке, с номерной печатью МГБ и подписью Лаврентия Берии.
— Да. — Виктор только головой покачал услышав, что ему рассказал генерал. — Наши люди совершенно невероятно изобретательны. — А генерал не много ни мало руководил совершенно секретной группой, которая занималась исследованием всяких инопланетных артефактов, временами попадающих на Землю. Своеобразный институт зелёных человечков назывался с искромётным юмором, «НИИ изучения проблем жизнедеятельности».
Никаких особых прорывов не достигли, но финансирование им Виктор на всякий случай поднял, попросив хотя бы изредка появляться и докладывать об успехах.
Вообще внутри советской действительности оказалось так много подвалов и тайных комнат, что Николаев порой терялся от всего этого карнавала конспирологии.
В восемьдесят втором закончили строительство скоростной железной дороги Ленинград — Москва, и автомобильной трассы, сразу начав строить участок Москва — Нижний Новгород — Казань.
Поезда, разгонявшиеся до скорости в триста пятьдесят километров в час, привозили пассажиров из Москвы в Ленинград всего за два часа, что очень положительно сказалось на мобильности граждан. Кое-кто даже работал в Москве, живя в Ленинграде и наоборот, ездя каждый день на поезде туда и обратно.
В двухтысячном на орбиту подняли первую станцию долгосрочного пребывания космонавтов, с гравитационными компенсаторами. Строили её не из отдельных модулей, а поднимая сегменты, которые соединялись меду собой, и только после сборки, и проверки герметичности модуль заполнялся воздухом и подключался к общей сети. Центральная часть станции — шар диаметром двенадцать метров, от которого отходили четыре трубы, ведущие в служебные блоки, и два причала для кораблей.
Станция Заря, стала основой для производственного комплекса выращивания кристаллов, и биологических экспериментов.
СССР лидировал в космосе и биотехнологиях, тогда как США, прочно захватили сектор промышленного строительства. Они строили лучшие в мире суда, совершенно раздавив всех конкурентов, они же делали лучшие станки и самые комфортабельные машины всех видов, от сверхтяжёлых грузовиков и лимузинов до микролитражек. В космосе американцы тоже достигали своих целей, но их там было немного и всё ограничивалось аппаратами связи и наблюдения.
