А потом приходит следующее сообщение, написанное заглавными буквами:
ТЫ В ОПАСНОСТИ!!!
Меня искренне тошнит от этой чересчур драматичной чуши. На экране появляются пузырьки, указывающие на то, что Том всё ещё печатает, но я не хочу этого слышать. Поэтому, прежде чем на экране появятся новые сообщения, я блокирую его номер.
Вот. Теперь мне не о чем беспокоиться.
Глава 59
Когда я захожу в их квартиру, Гретхен начинает готовить ужин. Она делает какую–то запеканку, для которой нужно выложить практически всё из холодильника на противень размером 23 на 28 сантиметров, а затем поставить его в духовку, разогретую до 200 градусов.
– Поверь мне, – говорит она, – это вкусно.
– Не знаю, как это может быть невкусно, учитывая, сколько сыра ты только что положила в эту форму, – поддразниваю я ее.
Она подмигивает мне.
– Секрет всего вкусного – это сыр.
Я смеюсь. Определенно, мне стало лучше с тех пор, как я оставила Тома у ступенек дома. В глубине души мне все еще тяжело, но я поступила правильно. Даже если Том не серийный убийца, он был не лучшим парнем. Как он сам сказал, он боялся обязательств. Я имею в виду, когда он встретил моих друзей, он выглядел так, будто у него вот–вот случится сердечный приступ.
Скатертью дорога.
Пока мы ждем, когда запеканка испечется в духовке, Рэнди решает принять душ, а Гретхен показывает мне некоторые фотографии со своей выставки в музее. Я чувствую себя ужасно из–за того, что не смогла попасть туда еще раз до закрытия, но она очень понимающе к этому относится.
– Боже мой, Сид, – говорит она, – ты столько пережила за последнее время. И ты уже видела ее один раз.
– Она была потрясающей. Правда.
Я перелистываю фотографии, которые показывают, сколько работы вложила Гретхен. Выставка была посвящена видам цветов, относящимся к Средневековью. Она одновременно впечатляющая и невероятно красочная.
Вот почему она была в музее в ту ночь, когда убили Бонни. Когда она утверждала, что была с Рэнди, но вместо этого он был в нашем доме совсем один.
Я не могу не чувствовать беспокойства по этому поводу. Ладно, Рэнди только что защитил меня, и я благодарна за это. Но теперь, когда у Тома железное алиби на ночь убийства, мы все еще не знаем, кто убил Бонни.
Но это был не Рэнди. Я уверена в этом.
К моему удивлению, муравьиная ферма установлена рядом с книжным шкафом. Я искренне думала, что Гретхен выбросит ее в окно, судя по ее словам.
– Не могу поверить, что ты позволила ему оставить муравьиную ферму, – говорю я.
– Я знаю. – Она закатывает глаза, но улыбается. – Должно быть, я правда люблю этого болвана, да?
Я не могу не почувствовать укол грусти. Будет ли у меня когда–нибудь такое чувство к кому–либо? Возможно, когда–нибудь это случится, но точно не с Томом.
Таймер звонит, что означает, что загадочная запеканка готова. Гретхен достает ее из духовки как раз в тот момент, когда Рэнди выходит из душа. С волосами, прилипшими к черепу, он выглядит почти болезненно худым. Он сияет нам широкой улыбкой.
– Дамам нужна помощь?
Рэнди берет несколько тарелок и приборов, я несу запеканку, а Гретхен достает бутылку вина из шкафчика над холодильником. Через несколько минут я кладу запеканку на свою тарелку, и когда пробую ее… это не так уж плохо! На самом деле, довольно вкусно. Не успеваю я опомниться, как уже съела половину тарелки запеканки.
– Это вкусно, Гретхен, – счастливо говорит Рэнди. – Ты лучший повар на свете.
Она хихикает.
– Нет, это не так. Я имею в виду, это просто запеканка.
– Да, но… – он улыбается ей, – ты почему–то делаешь всё таким вкусным.
Она сияет.
– Ну, я люблю готовить для тебя.
Рэнди смотрит на нее некоторое время. Он играет вилкой, перемешивая немного лапши запеканки на тарелке. После, судя по всему, нескольких секунд внутренней борьбы, он встает со стула. Пока я смотрю в изумлении, он опускается на одно колено.
О нет. Только не сейчас – только не при мне. Пожалуйста, нет.
– Гретхен, – говорит он, – я так тебя люблю.
Ее рот открыт от удивления.
– Рэнди…
Ладно, это происходит…
– Правда. На самом деле, я не знаю, что бы делал без тебя. – Он роется в кармане джинсов, пока не достает ту самую синюю бархатную коробочку. Как долго он носил это кольцо с собой, ожидая подходящего момента? – И именно поэтому я никогда не хочу быть без тебя. Гретхен, ты выйдешь за меня замуж?
Ее глаза сияют, наполняясь слезами.
– Боже мой, да! Конечно! Конечно, я выйду за тебя замуж!
Рэнди надевает белое золотое кольцо с крошечным бриллиантом на тонкий палец Гретхен. И я была права – ей все равно, какого размера бриллиант. Она просто так счастлива, что он сделал ей предложение. А затем он помогает ей подняться на ноги и целует ее.
Это абсолютно самая милая вещь, которую я когда–либо видела.
И я чувствую, что вот–вот заплачу.
Это слезы радости. Ну, в основном. Не скажу, что меня не угнетает тот факт, что моя лучшая подруга получает предложение в тот же день, когда мне пришлось закончить самые многообещающие отношения за последние несколько лет. Но я счастлива за нее. Правда.
– Извините, – говорю я, – я оставлю вас наедине.
Они меня почти не слышат. Они слишком заняты поцелуями.
Я спешу в ванную, глаза влажные от слез. Нет, я не буду плакать сейчас. Мне просто нужна минута, чтобы собраться, а затем я смогу выйти и быть невероятно счастливой за своих друзей.
Первое, что я делаю в ванной, – брызгаю холодной водой на лицо. Естественно, я выгляжу очень заплаканной. Когда я сейчас смотрю на свое отражение, я даже не могу понять, почему такой парень, как Том, вообще захотел со мной встречаться. Он потрясающе красив, а я, возможно, на ступеньку выше заурядности – что он вообще во мне нашел? Неудивительно, что он не хотел обязательств. Если бы я была супермоделью, всё было бы иначе.
Я пользуюсь туалетом, и, естественно, когда я заканчиваю, он не хочет смываться. Есть какая–то ирония в том, что я в квартире консьержв, а туалет не работает. Я немного не хочу прерывать романтический момент Гретхен и Рэнди, чтобы попросить его помочь мне слить воду.
Что ж, он мне не нужен. Как я говорила Бонни, я знаю, как починить туалет.
Я снимаю крышку с бачка. По моему опыту, там есть рычаг, который иногда застревает – туалеты в этих квартирах довольно плохого качества. Конечно, рычаг застрял, и после того, как я его освобождаю, туалет смывает без проблем. Возможно, я не успешна в любви, но хотя бы успешна в починке туалетов.
Но затем, когда вода в бачке уходит, я вижу что–то еще.
Это полиэтиленовый пакет.
Это пакет для заморозки – такой же герметичный пакет, какой я использовала для хранения бутылки с отпечатками пальцев Тома. Почему пакет для заморозки находится в их туалетном бачке? Это очень странно.
Пакет, кажется, приклеен. Из любопытства я вытаскиваю его, чтобы понять, зачем он там. Я представляю, как показываю его им. «Ребята, вы никогда не поверите, что я нашла в вашем туалете!»
И затем я вижу, что внутри. И понимаю, что не покажу это им. Ни сейчас, ни когда–либо.
Потому что пакет наполнен прядями длинных волос. Их там как минимум полдюжины.
И каждая перевязана ленточкой разного цвета.
Боже мой.
Рэнди – убийца.
Глава 60
Я стою в ванной как минимум две минуты, задыхаясь от паники.
Не могу в это поверить. И все же… всё слишком логично, чтобы не быть правдой. У Рэнди был ключ от квартиры Бонни. У Рэнди нет алиби. Рэнди определенно жуткий.
Если бы я только сказала Джейку правду. Почему я позволила Гретхен уговорить меня помалкивать?
Жаль, что у меня нет телефона – я могла бы позвонить Джейку, и он приехал бы сюда с воющими сиренами. Возможно, он уже снаружи. Но я оставила сумочку в гостиной. Я не могу связаться с ним, не выйдя туда. А мысль о возвращении в гостиную к тому мужчине наполняет меня ужасом.
