Заинтригованная, Пентесилея направляется к большому ангару Микроленда. В толстом стекле террариума было недавно вырезано круглое отверстие.
Микролюди одеты, в руках они держат крошечные чемоданы или у них за спиной рюкзаки. Некоторые несут на вытянутых руках свои драгоценные яйца, и издалека их можно было бы принять за цепочку муравьев, которые мигрируют, перенося с собой своих личинок. Микролюди покидают свои дома, проходят через отверстие в стеклянной стене, через ангар и длинной процессией идут к большому грузовику.
Мятежницы в зеленой камуфляжной одежде регулируют процессию.
– Стоп! – громко кричит Пентесилея.
Ее голос звучит достаточно четко для того, чтобы вся колонна застыла на месте.
Тогда Эмма 109, которая наблюдала за передвижениями издалека, говорит в конус, который использует как рупор.
– Уходи, Пентесилея! Оставь нас в покое. Слишком поздно. Времена изменились, и мы перестали быть покорными и послушными овечками. Мы свободны.
– Вы ничего не добьетесь таким образом.
– Нужно, чтобы ты дала нам уехать.
Эмчи потрясены, что одна из них осмеливается на равных спорить с Великой, которую называет просто по имени. Больше всего их поражает, что Эмма 109 обращается к той на «ты».
Эмчи ставят на землю свои чемоданы и рюкзаки и ожидают, чем закончится эта конфронтация.
– Следует нам доверять, – настаивает Пентесилея.
– Я все видела по телевизору. Давид обращался во все инстанции, чтобы за нами признали право существовать как живым существам, достойным уважения, но эгоизм вашего вида одержал верх. Вы предпочитаете использовать нас, а не считать равными себе. Против тебя лично мы ничего не имеем, но ты должна отпустить мой народ.
Пентесилея хочет нажать на кнопку сигнала тревоги, но электрический провод перерезан. Тогда она хватает огнетушитель, поднимает его вверх, готовая пустить его в ход против толпы беглецов, которые достают ей от силы до икр.
– Я буду защищать наше предприятие до конца. Я не могу позволить за пять минут потерять то, на создание чего мы потратили столько времени.
– Не думай, что это так легко для нас. Эмчам хорошо здесь. Потребовалось, чтобы я рассказала им, что происходит с их сестрами во внешнем мире, на заводах. Они идут за мной не только, чтобы им самим спастись, но чтобы спасти всех Эмчей мира.
В этот момент в толпе беглецов слышен гул одобрения.
Пентесилея быстро соображает, потом говорит:
– Доктор Уэллс здесь, с вами вместе, да? Это он за рулем мебельного фургона?
Королева амазонок кричит:
– Давид, ты здесь?
Но отвечает ей Эмма 109:
– Грузовик был оборудован так, чтобы я одна могла вести его. Мы сейчас уже потеряли много времени, тебе нужно отпустить нас. Нам предстоит совершить много важных дел.
Пентесилея поднимает огнетушитель выше, угрожая:
– Оставайтесь здесь!
Поколебавшись, пускать ли его в ход, она ставит его и достает свой мобильник.
Она быстро набирает номер:
– Полиция? Это центр «Пигмей Прод». На нас напали восставшие Эмчи. Приезжайте быстро, они…
Она не успевает закончить фразу. Группа Эмчей в одежде коммандос лезет по ней вверх. Одна, более быстрая, чем остальные, проворно добирается до ее руки и прокусывает руку до крови, чтобы заставить ее уронить телефон. Другая ловит аппарат до того, как он коснулся земли, выключает его и уносит как свой трофей.
Микроженщины цепляются за ее одежду. Амазонка отряхивается, как медведь, которого атаковала свора собак. Она обнаруживает за стеклом револьвер, помещенный там как раз для подобной ситуации. Она разбивает стекло, берет оружие и наставляет револьвер на Эмму 109.
Наступает минутная пауза.
– Что ты собираешься делать, Великая? Ты хочешь меня убить? Своим оружием ты сможешь убить меня, убить еще десяток из нас, но ты не сможешь помешать пяти тысячам индивидов покинуть эту стеклянную тюрьму.
– Когда я тебя убью, остальные поймут и откажутся от своих планов. Ты их глава. Без тебя, 109, они просто как бараны без пастуха.
– Ты ошибаешься. У всех у них есть свобода воли.
Пентесилея прицеливается и стреляет. Но маленькую цель очень трудно поразить. А на Пентесилею уже карабкаются новые микроженщины.
Амазонка пытается сбивать их ударами рукоятки пистолета.
Эмма 109 свистит, чтобы подать знак, что следует ускорить бегство обитателей Микроленда-2.
Толпа Эмчей быстро залезает в грузовик, стоящий во дворе, в то время как девушки из группы коммандос по-прежнему пытаются справиться со своей противницей.
Штурмующие группируются и пытаются третий раз взять амазонку штурмом. Пентесилее удается высвободиться. Она прицеливается и направляет свое оружие как можно ближе к голове Эммы 109.
Вместо того чтобы бежать, глава восставших выходит вперед и становится лицом к дулу пистолета.
– Я была готова действительно сделать все, что могла, чтобы избежать этого, – заявляет Эмма 109.
Микроженщина и женщина меряют друг друга взглядом.
– У меня больше нет выбора, – говорит Пентесилея, положив указательный палец на спусковой крючок.
– У нас всегда есть выбор, нужно только не ошибиться в решении.
– Думаю, я не ошибаюсь, убивая тебя.
– В таком случае ты действительно приняла решение по поводу того, что последует, Великая.
Пентесилея еще колеблется, прежде чем нажать на курок, но она не увидела незаметного движения подбородка, которое сделала Эмма 109. И прежде чем она успевает нажать на курок, ее насквозь пронизывает острая боль.
Она открывает рот, ее глаза выпучены.
Одна из Эмчей группы коммандос успела забраться на потолок, оттуда бросилась на Пентесилею со своим длинным заостренным гвоздем, используемым как гарпун, и проткнула ей плечо.
Амазонка с гримасой боли опускает револьвер.
На женщину уже бросаются сверху другие микроженщины. Они, как дождь, падают на нее и ослепляют ее. Добравшись до ее шеи, они держатся за руки и все теснее прижимаются друг к другу, образуя удавку, которая сжимается все больше. Пентесилея пытается освободиться, но давление на трахею заставляет ее задыхаться, она падает на колени, пытается разорвать оковы, которые душат ее, но все напрасно.
Молодая женщина внезапно падает.
– Я сделала действительно все, что могла, чтобы избежать этого, – повторяет Эмма 109.
Эмчи из Микроленда смотрят вытаращенными глазами на огромную женщину, их поверженную богиню.
– Это была не богиня, просто человек, как мы, – говорит Эмма 109 вместо эпитафии. Она выходит вперед, чтобы закрыть Пентесилее глаза. – Женщина, которая недостаточно много думала.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
