Итак, которые претерпевают в настоящей жизни скорби и искушения, ради богоугодной цели, те покупают себе вечныя блага и нескончаемое радование; чрез смерть телесную они покупают себе жизнь вечную и безсмертную вместе с безсмертным и вечным Богом. Как иной торговец, нашедши множество предметов многоценных, продаваемых однакож за ничтожную цену, поспешно с радостию даст эту цену, чтобы поскорее завладеть такими драгоценностями; так и подвизающийся за заповедь Божию с готовностию и радостию решается на смерть, веруя несомненно, что покупает себе вечныя блага этою смертию, которая в сравнении с ними ничто. Но животолюбцы, славолюбцы, плотолюбцы, сластолюбцы и богатстволюбцы не делают так; но когда бывают притесняемы каким–либо властителем, понуждающим их преступить заповедь Божию, не могут перенести гнева его и неприязни, безчестия и ущерба, какими он угрожает им, и несмысленно продав вечное и многоценное, покупают временное и тленное, и ничего не стоющее, спасение же свое, т. е. жизнь вечную теряют. Такие не как подобает деют куплю во время настоящей жизни; потому что предпочитают лучше покупать себе утешение на краткое время, какое имеют жить здесь, чтобы за то мучиться в безпредельные и нескончаемые веки.
Чтобы не пострадать и нам тогоже, будем, умоляю вас, искупать время, пока еще стоит торжище настоящей жизни; потому что дни этой жизни крайне лукавы и каждодневно воздымают неисчетныя волны сланаго моря греховнаго, которыя, обрушиваясь на нас, то исполняют души наши срамными движениями чрез сладострастие тела, то ввергают в печаль, или в гнев, чрез врагов видимых и невидимых, и как тем, так и другим покушаются совсем удалить нас от царства небеснаго. Почему, искупая время жизни своей, со всею готовностию и рвением, всецело предадим себя на одно делание заповедей Божиих и на одно стяжание всякой добродетели, да сподобимся преисполниться сокровищами благодати Святаго Духа и безопасно войти в небурное пристанище Божие и в царство Его. Таким образом избегнем мы лукавства дней сих, и по миновании их, не услышим оного страшнаго гласа, посылающаго грешников в огнь вечный, уготованный диаволу и ангелам его.
Будем искупать разумность души нашей, научая ее презирать видимыя и привременныя блага и углубляться в размышление о благах духовных и вечных. Мудрования же плотскаго будем всячески бегать, потому что оно неугодно Богу и при нем нет возможности оторваться от наслаждения привременным и вознестись умом к небесному и вечному. Мудрование плотское тому, кто порабощен ему, не дает жить по Богу, но увлекает душу его к безсловесным стремлениям плоти и всего человека делает подобным неразумному животному.
Будем искупать делающую нас присными Богу правду со всяким благоговением и разсуждением, различая праведное от неправеднаго, предпочитая добродетель пороку, и не давая места лукавому диаволу, уготовляющему погибель душе нашей. Будем всему отдавать подобающее: телу дадим пищи столько, чтобы живо было, и достаточное одеяние; душе же отдадим всю силу и все усердие, чтоб питать ее и очищать размышлением о божественных вещах, молитвою и слезами и чтением Божественных Писаний, и таким образом сделать достойною восприять божественный свет солнца правды, Бога, Который и оправдает нас благодатию Святаго Духа, и единением с Собою соделает праведными, достойными насладиться неизреченными благами царства Его.
Будем искупать мужество душ наших чрез благодушное претерпение всяких искушений, по слову Господа, Который говорит: в терпении вашем стяжите души ваша (Лк. 21:19), мужественным помыслом противостоя греху и бия врага нашего орудиями Святаго Духа. Позлопостраждем, как добрые воины Христовы, в пощениях, бдениях, долулеганиях, в плаче, во вретищи и пепле, в покаянии и непрестанных к Богу взываниях, да приимем венец победы и воцаримся со Христом во веки веков.
Будем искупать целомудрие тела нашего всяким воздержанием и смирением: ибо борец, законно подвизающийся на поприще благочестия, от всего воздерживается, как говорит божественный Апостол (2 Тим. 2:5; 1 Кор. 9:25). Если успеем стяжать целомудрие, то избежим злаго дня безсловеснаго похотения, которое воистину есть самый злой враг действенности Святаго Духа, избежим осквернения души, причиняемаго такого рода страстными движениями, избежим осуждения совести, нечистоты сердца, презрения и осуждения человеческаго, и самого отвержения и гнева Божия.
Такою духовною куплею премного получим мы прибыли, если разумно будем вести торг во время сие, теча стезею настоящей жизни в правде и целомудрии, и мужественно перенося тяготу и зной дня. Ибо если сим образом будем куплю деять во время настоящей жизни, оставив привременное тем, для кого оно вожделенно, себе же стараясь присвоить одно нетленное и вечное, то несомненно внидем в неволненное и небурное пристанище царствия Божия, неся с собою все усокровиществованные дары Святаго Духа, и не убоимся ни страшнаго онаго гласа, отсылающаго грешников в огнь вечный, ни горьких оных мук, так как будем иметь с собою многоценный бисер Духа, который обрели мы в период торговаго времени настоящей жизни, продав все свои желания, мудрования, расположения и силы, и купив его. — Да сподобимся и мы стяжать его во время настоящей жизни, благодатию и человеколюбием Господа нашего Иисуса Христа, Коему слава и держава во веки. Аминь.
СЛОВО ТРИДЦАТЬ ПЯТОЕ
1. О словах: первый человек от земли перстен, вторый человек Господь с небесе (1 Кор. 15:47). 2. Как совлекаемся мы перстнаго человека, и облекаемся во Христа, и делаемся родственниками Ему и братиями.
1. И прежде богато угостил уже нас блаженный Павел трапезою божественных словес, и преобрадовал сердца наши; и теперь опять угощает нас другою трапезою тех же богодухновенных словес, которая, быв преисполнена духовных брашн, питающих внутренняго человека, и веселящих и укрепляющих сердце, живоносным хлебом Слова и радостотворным вином премудрости и Боговедения, преисполнена еще и божественною благодатию Святаго Духа, наполняющею душу всякою радостию и веселием и располагающею ее, оставя земное, возноситься на крылах ума к небесному и к самому Богу. Посмотрим же, какая это апостольская трапеза, и какия на ней брашна? Но прежде исторгнем ум наш из земнаго, и, как имеющие услышать божественные глаголы, изострим внимание, чтобы со всем тщанием внимать изрекаемому, да достойно содружимся с Духом Святым, Который чрез Апостола научает нас сокровенным тайнам царства небеснаго.
Вот что говорит он: первый человек от земли перстен, вторый человек Господь с небесе. Не оставь, возлюбленный, без изследования слова сего, и не подумай, что оно удобопонятно. Оно содержит в себе глубокия мысли и требует великаго внимания и изследования. Но уготовь слух твой к слышанию того, что будет говориться, и познаешь глубину таин Божиих, которыя сокрыты в сем изречении.
Первый человек от земли перстен: вторый человек Господь с небесе. Яков перстный, такови и перстнии; и яков небесный, тацы же и небеснии. Первым и перстным человеком называет он Адама, как написано: и созда Бог человека, персть взем от земли (Быт. 2:7), который после того, как был создан из земли перстным и приял духа жизни, именуемаго мысленною душею и образом Божиим, введен был Богом в рай и получил повеление возделывать его и хранить, чтобы, пока будет соблюдать заповедь Божию, пребывать в нем безсмертно, сообращаясь с Ангелами, и вместе с ними всегда славословя Бога, умно созерцая Его, приемля (мысленныя) осияния от Него и слушая (когда потребно) божественный глас Его; а в какой час нарушит заповедь Божию и снест от древа, от котораго повелено ему не ясти, быть предану смертности, возслепотствовать очами души своей, совлечься одеяния божественной славы, лишену быть сообращения с Ангелами и изгнану из рая, как он и потерпел все сие. Ибо когда он склонился на лукавыя слова прельстителя диавола и преступил заповедь Божию, вкусив от древа познания добра и зла, то праведно лишился всех оных благ, сделался глух (для духовнаго), чтобы нечистыми ушами не слышать более божеских словес, кои слышат только одни достойные, и ослеп душевно, чтоб не видеть более оной славы неизглаголанной, так как самоохотно отдалил от оной ум свой и страстным вниманием впился в плод древа запрещеннаго, поверив змию, который сказал: в оньже аще день снесте от него, будете яко бози, ведяще доброе и лукавое (Быт. 3:5). Этими словами обольстился перстный человек, и надеясь, что действительно станет богом, вкусил от древа познания. За это лишился он всех духовных и небесных благ, а вместо их получил пристрастие к земным и видимым тварям, и стал, скажу опять тоже, глух, слеп, наг, несочувствен к тем благам, от которых ниспал, к тому же еще смертен, тленен и несмыслен, подобно неразумным животным, как говорит церепророк Давид: приложися скотом несмысленным и уподобися им (Пс. 48:13). Видишь теперь, от какой славы и какого блаженства, в какое безчестие, неразумие и тление низринулся человек? От сколь великаго богатства в сколь великую пришел бедность? И мы еще не все сказали, что следует сказать. Итак первый человек бысть от земли перстен, и соделался (нравственно) перстным (плотяным) так, как мы сказали.
