Читаем без скачивания Детонатор для секс-бомбы - Дарья Калинина

– Но это же было безнадежно для вас? – посочувствовала добрая Дуня Наталье Дормидонтовне.

– Не совсем так, – ответила женщина. – Варя приложила к завещанию еще одно письмо, в котором подробно рассказала, как можно найти Киру и ее дочь Татьяну. Потом все было делом не очень сложным. Танюша была славной девочкой. Конечно, легкомысленной, слишком уж энергичной и непоседливой, но славной и честной. Увы, я не могла не видеть, что она совсем не пара Вадьке. Хоть он и мой сын, но, честно говоря, Вадька – порядочный увалень. А Танька была живой, словно козочка. Но она выросла без материнского тепла. И сама этого не осознавая, искала его. И когда появилась я, она с радостью пошла мне навстречу. А потом и Вадька перестал ей казаться таким уж увальнем. Но отношения у них все же были скорей дружеские. Хотя общих интересов было не так уж и много. И к тому же никакой искры между ними так и не вспыхнуло. Может быть, потому бог и детей им не дал. Но, в общем, я очень жалела, когда Танюша заявила, что она уходит. И не только потому, что долгожданный ребенок так и не появился. Просто мне нравилась Танька. И я даже, старая дура, начала думать, что и без денег Вари мы как-нибудь проживем. В конце концов, не в деньгах ведь счастье?

– А Танька знала об условии в завещании вашей сестры? Ну, что она должна родить ребенка от Вадьки? – спросила Мариша.

– Что вы! Ни она, ни Вадька ни о чем таком в то время не знали! – заявила Наталья Дормидонтовна. – Я боялась, что, если они узнают, что их пытались свести вместе, как породистых производителей на конном заводе, все вообще рухнет. А так я все надеялась, что Танька погуляет и вернется к Вадьке. Но, увы, годы шли, а Танька вовсе не стремилась вернуться к мужу. И когда мне стало окончательно ясно, что Танька не вернется, я встревожилась. Я очень долго думала, как помочь делу, даже хотела рассказать всю правду Таньке и Вадьке, но тут мне пришла в голову мысль, что, если Кира родила одну дочь, ведь она вполне могла родить и еще. В завещании Вари не был указано имя женщины, от которой моему Вадьке предстояло завести ребенка. Моей сестре было все равно, от какого мужчины у Киры родится дочь. Но это должна была быть дочь Киры, и точка. И я начала искать Киру. Сразу вам скажу, что это было нелегко. Потому что никто в Малой Вишере не знал, куда она уехала после развода с первым мужем. Но пару лет назад Вадька притащил какие-то компьютерные диски и похвастался, что на этих дисках зафиксированы все люди, менявшие в своей жизни фамилию или имя.

– И вы нашли Киру?

– Да, правда, мне пришлось посвятить Вадьку во всю эту историю с чудачествами его тети Вари, потому что он иначе отказывался мне помогать. Считал мою просьбу – найти бывшую подругу его тетки – просто блажью.

– А когда узнал правду?

– Передумал, – кивнула Наталья Дормидонтовна. – В общем, вдвоем с ним, да еще с помощью его приятеля, который тоже соображал в компьютерах, мы все-таки нашли Киру. Это было очень сложно. Потому что теперь она была Глафирой и жила в какой-то деревне. Приятелю Вадьки пришлось поднять какие-то там старые архивы, в которых ему и удалось, буквально чудом, найти новую фамилию Киры. Но самое главное было не это. Самое главное, что у нее была дочь! Катька! Разумеется, я приложила все усилия, чтобы разыскать ее. И познакомить ее с Вадькой, потому что сам мой увалень на знакомство с девушкой решительно не способен. И мне даже казалось, что все наконец-то складывается очень удачно. Молодые друг другу понравились. Катя была совсем не похожа на свою сестру. И Вадька даже сам первый заговорил о разводе с Танькой. Та тоже была не против. Я уже почти ликовала, но тут… Тут случилось то, что случилось. Таньку убили, а моего Вадьку арестовали.

И Наталья Дормидонтовна грустно замолчала и даже снова начала вытирать глаза все тем же и без того замызганным углом скатерти.

– Погодите переживать, – сказала Мариша. – Может быть, эта история еще и поможет оправдать Вадьку. Раз он и сам мог получить крупные деньги… А наследство вашей сестры, оно велико?

– Несколько миллионов фунтов стерлингов, – скромно потупившись, сказала Наталья Дормидонтовна.

– Ого! – охнули подруги хором. – Ради таких деньжищ можно и ребеночка родить.

– Так все же просто отлично складывается! – воскликнула Мариша. – Вам, Наталья Дормидонтовна, нужно немедленно рассказать об этом наследстве вашей сестры следователю. Таким образом сразу же отпадает мотив, по которому ваш сын мог убить Таньку. Вадьке – деньги Таньки были без интереса. Он без проблем мог получить в десятки раз больше. Ну, сами подумайте. Стал бы он рисковать, имея на кону много миллионов? И не рублей, а фунтов стерлингов?

– В самом деле! – оживилась Наталья Дормидонтовна. – Свобода мальчика мне дороже, чем какие-то там тринадцать или пятнадцать процентов, которые придется заплатить нашему государству, когда мы получим наследство Вари. Я-то надеялась провернуть все по-тихому, но раз уж так получилось, то придется рассказать. В конце концов, если не рассказать, то Вадьке от этих денег все равно никакой радости не будет.

И она, оставив вконец замызганный угол скатерти, бодро вскочила с табуретки и снова начала собирать вещи.

– Да что мне их брать! – внезапно воскликнула она. – Может быть, Вадьку выпустят уже сегодня! – и она выбежала из квартиры налегке.

Подруги последовали за ней на улицу. Подбросив Наталью Дормидонтовну до отделения, где работал Белооков, подруги вернулись к Дуне домой. И там они, оказавшись вдвоем, растерянно переглянулись.

– Вот мы и раскрыли целых две тайны, – первой произнесла Дуня. – Но это ни на шаг не приблизило нас к разгадке того, кто же все-таки убил Таньку.

В ответ Мариша только вздохнула. Что и говорить, Вадька теперь, если, конечно, подтвердится версия его огромного наследства, в качестве убийцы отпадал совершенно. У прочих любовников Татьяны было алиби. Кто же оставался в таком случае?

– Неужели все же Кира Михайловна и Катька? – растерянно спросила Дуня. – Они ведь не знали о наследстве Вадькиной тетки?

– Вообще-то эта история со сгоревшим домом, машиной, вовремя кинувшимся покупателем и отправившимся в больницу Михалычем мне кажется весьма подозрительной, – сказала Мариша. – Но, судя по всему, Кире Михайловне Танька была нужна живой. Ведь она нам сама говорила, что Таня обещала позаботиться о своей матери. Так чего ради ей было пачкаться в крови?

– Чью кровь ты имеешь в виду? Кровь покупателя машины Киры Михайловны или кровь Таньки?

– С этим покупателем мы с тобой разберемся потом, – отмахнулась Мариша. – Сейчас пусть над этим голову милиция и эксперты ломают. И вообще, не думаю, что Кира Михайловна из-за стоимости своих несчастных «Жигулей» пошла бы на смертный грех.

– Ну, а например, ради того, чтобы все Танькины деньги достались Катьке и самой Кире Михайловне? – сказала Дуня.

– Да что все-то? – рассердилась Мариша. – Ты забыла Танькино завещание? Она ведь все свое имущество оставила тебе. По закону Кира Михайловна и Катька ни на что крупное претендовать не могут.

– Хм, – сказала Дуня и почесала себе подбородок.

– Что это значит? – встревожилась Мариша. – Что значит это твое «хм»? Ты что-то еще знаешь про Таньку и молчишь?

– Нет, – замотала головой Дуня. – Просто мне пришла в голову одна мысль.

– И какая? – полюбопытствовала Мариша.

– Вот если Танькин батька и в самом деле был таким крутым, то, может быть, где-нибудь у него была припрятана толстенькая кубышка?

– Такая, против которой Танькина квартира, дача и ее счет в банке пустое место? – тоже задумалась Мариша.

– Ну да! – азартно кивнула Дуня.

И тут зазвонил мобильник Мариши.

– Алло! – закричала Мариша в трубку. – Кто это? Ах, это ты, Миша! Почему не перезвонила? Слушай, Миша, честное слово, сейчас никак не могу поболтать. Что? Какая женщина? Маленькая и сухонькая? Утром? Слушай, Миша, я тебе перезвоню. Потом! Ага, пока!

– Что там? – поинтересовалась Дуня.

– Миша звонил, – проинформировала Мариша.

– Какой?

– Ну, тот самый, который за Танькой из окна подглядывал.

– А! – вспомнила Дуня. – И что он хочет?

– Делать ему нечего, вот от дури в башку всякие глупости и лезут! – сердито сказала Мариша. – Вспомнил, что утром в день убийства у Таньки дома была какая-то пожилая тетечка. Уже довольно старенькая и сухонькая. Вроде бы продукты ей принесла. Да, плевать! Ты лучше скажи, что ты там насчет денег говорила?

– Вдруг Таньке от отца крупная сумма осталась, которую она потратить не успела? – предположила Дуня. – Что-то типа воровского общака. Или плода многолетних воровских накоплений Танькиного отца. Раз уж он пошел против правил и завел семью, мог и деньги для дочери отложить.

– И где ты предлагаешь поискать эти деньги? – спросила Мариша. – У Таньки дома?

– У Таньки в квартире, разумеется, их нет, – пожала плечами Дуня. – Квартира-то у Таньки новая. Но там могли остаться какие-нибудь подсказки самой Таньки, ее собственный дневник. Или письма отца Таньки.