А в следующий миг мир вокруг Дарта резко изменился. Могильный холод пронзил всё его тело, а меч наоборот стал испускать волны тепла. Всё вокруг, казалось, застыло, увязнув в тягучем воздухе. Дарт попытался «отдаться» на волю меча, чтобы тот начал управлять его движениями, но… на этот раз что-то пошло не так. Ощущение неминуемой смерти усилилось, и он со всех сил бросился в сторону, вскидывая руку с мечом и заводя её за спину.
Через миг время опять ускорило свой ход. Руку с мечом дёрнуло, и Дарт скорее догадался, чем почувствовал, что опять разрубил чей-то меч. Не медля ни секунды, он развернулся и разрубил живот и заднюю ногу ещё одного верблюда. Тот в этот момент пытался перепрыгнуть тело своего искалеченного товарища, но лишившись конечности споткнулся и… покатился кубарем, ломая своим весом шею себе и все кости своему всаднику.
Потратив секунду на то, чтобы подивиться редкостному зрелищу кувыркающегося верблюда, Дарт опять ощутил леденящий укол опасности. На этот раз он успел обернуться и увидеть, как ещё одни всадник с перекошенной от ужаса рожей летит на него верхом на лошади. Хотя лошадь и была значительно меньше верблюда размерами, уклониться от несущейся туши было практически невозможно. Но меч опять подсказал правильные движения.
Изогнувшись всем телом, Дарт отскочил назад, даже не представляя, как он будет приземляться на груду огромных булыжников за спиной. Рука, казалось, сама взмахнула мечом, и золотистое лезвие с лёгкостью… обезглавило лошадь, отсекло руку с саблей, а потом вошло в кишки бывшего владельца сабли. Инерция движения заставила всадника распороть себе брюхо, а опять хитрым образом извернувшийся Дарт обнаружил, что прочно утвердился на ногах, балансируя на верхушках, казалось бы, неустойчивых булыжников.
Течение битвы на время замедлилось, и у Дарта появилась возможность осмотреться. Следующий кочевник остановился в узком проходе между почти отвесным склоном холма и валуном, страшась приближаться к Дарту. Вот только верблюд, на котором он сидел, не желал идти задом наперёд, и сейчас отчаянно истерящий степняк прыгал в седле и дёргал вожжи, издавая невнятное лопотание речи кочевников.
Двое всадников промелькнули с другой стороны валуна, но от Дарта их отделяла груда валунов и булыжников поменьше, так что возможности атаковать у них не было. Он услышал выкрик Наоры, с которым она бросалась в битву и оставил эту парочку на неё и Листика. Вместо этого он решил «позаботиться» о паре идиотов, застрявших в узком проходе. Бросившись вперёд, Дарт лёгким движением меча перерубил шею верблюда, обезглавливая его, отскочил назад и дождался, когда ноги животного подломятся, и оно рухнет на землю, спуская паникующего всадника на его уровень.
Степняк попытался выскочить из седла, но Дарт не дал ему этого сделать. Бросившись вперёд, он с лёгкостью разрубил саблю, обезглавил противника, оттолкнулся от спины верблюда правой ногой, сделал ещё один прыжок, отталкиваясь левой от удобного уступа на валуне и… влетел в ещё одного всадника, сидящего на лошади. Одним замахом он обезглавил лошадь и насадил противника на лезвие как на шампур. Повернув клинок, он потянул его вверх, и лезвие с лёгкостью располовинило верхнюю часть туловища и даже голову. Не останавливаясь, Дарт перепрыгнул через мёртвое тело, оттолкнулся от крупа падающей лошади и приземлился на утоптанную тропу.
Впереди больше никого не было, и Дарт обернулся, чтобы посмотреть на убитых противников. Лошадь и верблюд дёргались в агонии, и приближаться к ним сейчас было опасно. Того и гляди получишь копытом в лоб. Оценив траекторию своего передвижения, Дарт пришёл к выводу, что меч даёт ему не только ловкость и скорость, но и нечеловеческую силу. В своём обычном состоянии он не смог бы вот так запросто запрыгнуть на высоту в два метра, на которой располагался выступ.
Ещё раз осмотревшись, Дарт побежал вокруг валуна. Впереди-справа мелькнули шатры лагеря, но он повернул налево и помчался на помощь товарищам, стараясь не шуметь. Ещё семеро степняков наседали на Наору и Листика, но каменная гряда не давала им всем вместе приблизиться, сидя верхом на верблюдах. А спешиваться они не спешили.
Первые два степняка умерли, даже не успев понять, что их убило. Они осматривались по сторонам, но не ждали нападения сзади. Дарт подрубил задние ноги ближайшего верблюда, скользнул вдоль правого бока искалеченного животного и разрубил напополам потерявшего равновесие всадника, который как раз вскинул руки, чтобы удержаться в седле. Верблюд затрубил, дёргаясь от боли, но Дарт с лёгкостью запрыгнул ему на спину, сделал ещё один прыжок и… приземлился за спиной степняка, только сейчас решившего обернуться. Он помог противнику посмотреть назад, отрубив ему голову.
Следующим точным движением он подрубил правое бедро уже мёртвого всадника и резким рывком левой руки выкинул труп из седла. А миг спустя он сам занял место в залитом кровью седле. Труп всадника улетел на землю, а вот его правая нога застряла в стремени. Но у Дарта не было времени разбираться с этим. Он понукающе вскрикнул, ударил ногами по бокам верблюда, и тот понёсся вперёд прямо на пятёрку кочевников, наседающих на Наору.
Трое из пяти противников внезапно «прозрели» и обнаружили в седле верблюда не своего товарища, а врага. Да и верещащий за спиной Дарта верблюд, оставшийся без задних ног, тоже привлекал внимание. Троица сменила цель и помчалась на него, обходя с двух сторон. Верблюд не желал слушаться команд нового наездника, и Дарт решил сделать то, что не могло прийти в голову ни одному степняку. Он взмахнул мечом и… обезглавил непослушное «транспортное средство». Голова на длинной шее упала вниз, открывая Дарту путь вперёд. И он не стал тормозить.
Перекинув левую ногу через седло, он прыгнул вправо, прямо на несущегося к нему всадника. Очередной взмах мечом перерубил тяжёлый палаш как тростинку. Всадник не успел отреагировать на «предательство» своего оружия, и Дарт схватился левой рукой за его запястье, ногами цепляясь за упряжь верблюда. Меч вошёл между рёбер под правой рукой степняка и через миг вышел с левой стороны груди, отсекая голову и руки от остального тела.
Чтобы удержать равновесие, Дарту пришлось со всей силы кинуть верхнюю часть одного противника в лицо другому. Тот истерично взвизгнул, заслонился руками и… не смог отреагировать на прыгнувшего следом Дарта. Тот взмахнул мечом и опять рассёк свою предыдущую жертву, на этот раз отделяя левую руку от головы и плечевого пояса. Одновременно с этим он развалил напополам голову второго врага. Увы, удержаться на спине очередного верблюда Дарту не удалось, и он был вынужден спрыгнуть на землю.
Третий кочевник, сейчас отделённый от Дарта тремя верблюдами, что-то заорал на своём собачьем языке и бросился прочь, подгоняя транспорт ударами сабли по крупу. Решив оставить беглеца в покое, Дарт побежал к той парочке, что всё никак не могла одолеть Наору. Один из них отвлёкся на выкрик труса, наверняка верещавшего о демонах, и воительница смогла достать его. Второй, внезапно осознавший, что остался в меньшинстве, бросился прочь, но… ему в спину влетел болт, пущенный Листиком из арбалета. Всадник с болезненным криком свалился с верблюда и, испуганное животное потащило его за ногу, застрявшую в стремени. Голова раненного врага ударилась о камень и разлетелась кровавыми брызгами.
Наора добила своего противника и направилась к Дарту.
— Ты как? — Поинтересовалась она, осматривая залитое кровью тело соратника.
Дарт действительно сейчас напоминал демона, обожающего купаться в крови врагов.
— Нормально. — Сверкнул он белками глаз, выделявшимися на залитом кровью лице.
Воин протёр лицо ладонью и осмотрелся. Два верблюда испуганно шарахнулись от залитой кровью фигуры. А вопли умирающего третьего верблюда не дали глупым животным сбежать прочь. Дарт ловко схватил два трофея за уздечку и потянул на себя. Животные хоть и со страхом, но послушались.
— Листик, привяжи их к нашему каравану. — Бросил он команду.
