я об этом читала. Если мне не изменяет память, даже в нашей газете.
Потом, правда, я чуть успокоилась. Ну не могу же я быть настолько слепой. Игорь — нормальный. Да, у него определенно есть странные кинки и фобии, но, по сути… он заботливый.
Я вдруг вспомнила, как он отчаянно запаниковал в сентябре, когда увидел мой разговор с непростыми бритоголовым ребятками у подъезда. Это были очередные запугивания и обещания, что и меня, и мою семью вскоре можно будет собирать по кускам, если я не прекращу изгаляться в своих статьях над сыном уважаемого человека. Не за себя Игорь испугался, хотя как раз ребятки четко уяснили для себя, что он определенно входит в понятие «родня».
— Ты сейчас же уезжаешь, — принялся собирать он мою сумку. Скоро, споро и деловито. С явным знанием дела. — Мне это не нравится.
— Ничего они мне не сделают, — принялась увещевать друга я. — Это просто моральное запугивание. Хотели бы отомстить — сразу бы ножичком в бок. Поверь. Я это проходила.
Игорь чуть успокоился и принялся размышлять.
— Вероятно, ты права, — как-то странно-уклончиво пояснил он. — Но мне было бы спокойнее, если…
— Ну тогда тем более, чего мне суетиться, куда-то ехать, всё бросать, объясни? Собака лает — караван идёт.
Я так ведь и не узнала тогда, куда именно он предлагал мне сбежать.
А ещё за несколько недель до этого Игорь настойчиво рекомендовал мне взять отпуск под предлогом, мол, «ты страшно устала». Куда там он советовал ехать? Китай? Корея? Тайвань? А, Таиланд. Точно. Там же офигенно. Типа он там был, не страна, а сказка…
Я неожиданно развеселилась. Ну ясно, почему у меня в подсознании тесно переплелись Тай, Будда и этот засранец. И песня из далекого детства на бессознательном уровне вспомнилась не просто так. Был повод.
* * * * *
Услышав шум на входе в редакцию, я не на шутку испугалась, так как голос скандалиста мне был слишком хорошо знаком. Я заметалась по кабинету шефа, не зная, как незаметно выйти, чтобы сбежать через черный вход. Разговаривать с тем, кто так жадно любил меня всю ночь, я совершенно не собиралась. А когда поняла, что Игорь обнаружил мой рюкзак с вещами и сделал относительно него совершенно странные выводы, я окончательно убедилась, что только бегство для меня вариант.
— Где? — сухо процедил Игорь, вертя в руках мой злосчастный рюкзак.
— Где Руслана? — уточнил менеджер.
— Где ее шеф. С…ка. Это именно он же стопудово надоумил военкором поехать. Сама бы она не додумалась до этой гениальной мысли.
— Послушайте, мужчина… Никаким военкором никуда никто из редакции не едет. Это не наш профиль, поймите…
— А рюкзак говорит об обратном.
— Говорю же: это не наш профиль, понимаете? Я не знаю, зачем вашей знакомой вообще понадобился рюкзак.
— Знакомой? Ха! Она моя законная невеста. И именно поэтому я имею полное право знать, что за чертовщина тут творится.
Бл…дь. Мало же мне скандалов, да? Надо снова отношенческую тематику с нами двумя в главных ролях поднять. А спокойно реагировать, как раньше, отрицая, что «не такая», уже как-то бессмысленно. Такая-такая … Предпочитаю помоложе.
— Вообще Руслана была в кабинете шефа, — внезапно вспомнила секретарша. — С утра прямо первым делом туда побежала.
— Ясно, — нехорошо улыбнулся Игорь, открывая дверь в кабинет. — История стара, как мир. П…здец всем вам сейчас будет. Опять кто-то глаз на моё положил.
Я запаниковала. Как я сейчас объясню Игорю, что хочу сбежать и никогда его не видеть?
— Дорогуша, — вкрадчиво произнес Игорёк. — Бабочка моя любимая, ты не хочешь ничего пояснить?
— Не хочу, — замерла у стены я.
— Я просыпаюсь… Думаю, лежит моя бабочка в коконе из одеяла, сейчас вот-вот вылупится… Всё у нас, наконец, ХОРОШО… Я такой довольный был… А бабочка улетела, оказывается. От меня улетела. После того, что между нами было. И ты считаешь, что пояснятьничего не надо ? Как так?
На минуту мне удалось взять себя в руки.
— А что тебе объяснять? Нет никаких «нас». Ты заигрываешься.
Игорь побледнел.
— Милая, есть. Если ты отчаянно это отрицаешь, это не факт, что не существует. Мы есть. И это константа.
— Это очередной твой пранк. Я устала, я так больше не могу. Даже слушать тебя не хочу.
— И тем не менее, ты меня выслушаешь, — рявкнул Игорь. — И сделаешь это прямо сейчас. Нет и не было никогда никакого пранка. Я правда тебя люблю. И всегда любил. Просто ты была не готова это слышать, могла меня послать куда подальше. Я всё это время терпеливо ждал, пока ты сможешь сама себя понять и принять. Это произошло. Теперь мы можем, наконец, нормально поговорить на равных. Потому что я знаю, что мои чувства взаимны. И это не уступка с твоей стороны и не игра, а именно чувства.
— Слушай, заткнись. Я не могу верить в то, что ты говоришь. Это просто невозможно.
— Руслана, а зачем мне тебе врать, поясни?
— Да кто тебя знает. Ты пранками живёшь, как дышишь.
— И тем не менее, моя любовь — это не пранк. Понимаю, для тебя это шок. Но факт есть факт. И я правда не хочу расставаться. А ещё больше не хочу, чтобы ты принимала поспешные глупые решения на основании ошибочных выводов. И уж тем более не позволю тебе быть военкором.
— Да я и не собиралась быть военкором, дубина ты стоеросовая! — вспылила я. — Я просто…
— Ага, я понял, — истерично произнес Игорь. — Ты ПРОСТО СБЕЖАТЬ ЗАХОТЕЛА! ОТ МЕНЯ СБЕЖАТЬ! Почему ты меня боишься? Ночью не боишься, и никогда не боялась, а днем прямо так страшно? Ну посмотри, посмотри на меня! Вот я перед тобой весь! Я существую. И я тебе нравлюсь, хоть ты всё это время только и делаешь, что отрицаешь это. Днем отрицаешь, а ночью во сне бубнишь, чтобы я тебя не бросал. Милая, у тебя что, биполярочка?
Журналисты и менеджеры восторженно прислушивались к словам китайца. Ух, скандал. Прикол. Многие снимали всё происходящее на камеру. Вообще не удивлюсь, если ещё и стрим в соцсетях вели. Насолить противной коллеге — это же так естественно.
Я затравленно огляделась и приняла решение.
Открыв окно, я столкнула решетку вниз и взобралась на подоконник.
— Руслана, не дури! — истошно завопил Игорь. — Пожалуйста! Я же люблю тебя!!!
— Ещё одно слово, и я выпрыгну в окно, отвечаю, — заметила я.
На самом деле, от действий Игорька зависело уже немного. Я для себя всё решила. Выйти из здания иным способом китаец мне просто не
