class="empty-line"/>
— Спасибо, это было… — сказал я дрону, когда уже, наконец, спрыгнул неподалеку от трупов и расплавленного снега, — ценно. Рад, что я тебя нашел.
«Я тоже рада, что ты меня нашел, — пискнула Искорка. — Но не будем разводить здесь ваши органические нежности. Монстры спускаются в паре километров по склону и скоро будут здесь. Рекомендую скрыться на базе».
По старой привычке, хотя уже верил в это слабо, посмотрел на результаты сканирования станции. Наметки планировки за ближайшей стеной (кстати, очень толстой, метра два и это без облицовки), силуэты оборудования (все в отключке) и пятна скайкрафта, предположительно, уже вторичного и мертвого. Никакого движения и никакой суеты.
Отлично, значит, пора ее там создать.
Я проверил состояние транспорта. Орнитоптер ушел в полнейший аут, даже на попытки призыва не среагировал. Байк с айсбордом потрепыхались, примерно, как аккумулятор, севший за ночь на морозе. И в итоге система предложила мне, пройтись пешком.
Честно говоря, я и сам собирался. Если Мерзлота может обманывать мой мозг через синхронизацию, то и я могу. Я пожал плечами, покрутил правой, типа разгоняя кровь в заживающем плече, и припустил в сторону станции. Перешел с шага на бег, а потом втопил так, словно от этого забега зависела моя жизнь. Ну или где-то там впереди пиво на жаре выдыхалось…
Первое было ближе к правде, система запищала об идущему наперерез скоплению красных маркеров. А Искорка уже даже в кого-то разрядилась молнией. Блин, надо чаще ее хвалить, сразу инициатива просыпается!
Отстрелялся на ходу, но ввязываться не стал. Уже видел, что внутри арки есть ворота. Также видел и дыру в воротах, выпиленную чем-то типа лазера под человеческий силуэт. Ровный овал, через который мог протиснуться дроид класса «Защитник», а «Разведчик» мог и на скорости проскочить. Что я и сделал.
Залетел внутрь, тут же ушел в сторону, оценивая, где я вообще и что меня здесь может ждать. Потом скинул Хомяка, оставив его перед проходом. И уже нормально осмотрелся, заодно выпустил Искорку создавать полноценный план здания.
Я оказался в большом зале, похожим на парковку или даже грузовой терминал. На полу (сразу за входом) валялся примерзший кусок двери, тот самый который выпилили. На стенах проглядывались какие-то датчики, мониторы и рычаги управления, но все это было покрыто толстым слоем льда. Хорошо хоть без плесени и прочей гадкой органики.
Лед был везде. Пол, стены, потолок, остатки двух транспортников (неизвестной мне модели) — все было покрыто снежной крошкой. Опять я в какую-то морозильную камеру забрел. И температура там была подстать — экран визора сжался еще на пять процентов. А с правого края к центру протянулась паутинка снежинок, которая без фокусировки просто выглядела темной полоской.
Хомяк выдал несколько длинных очередей и откатился на перезарядку. Поменявшись с ним местами, я отстрелялся по мелким многоножкам. Мелкие, но гибкие сейчас были опасней. Крупняк тупо в пролом не пролезет, а стена была толстой. Вместе со льдом почти полметра астериуса.
Я активировал огнемет и быстренько прошелся по выпавшему куску двери. Оттаял его и, продолжая курс на физподготовку, отковырял его с пола. Кое-как приподнял и совсем уже криво и косо, завалил обратно на дверь. Отстрелялся через щель, свалил двух монстров под ноги остальным и метнулся к транспортникам.
Квадратное на гусеницах и с вилами, как у погрузчика. Жалко, не завести. Обидно, но не поднять. Зато можно скользить. Не знаю, как у Ориджа все шарниры не полопались и шестеренки не надорвались, но я это сделал. Протащил замерзший кусок транспортника к арке и подпер им косую дверь.
Приткнулся сам, то ли подпирая, то ли приходя в себя. Едва-едва, скорее легкой вибрацией, прочувствовал несколько ударов в заграждение.
Переждал их и протиснулся вдоль транспортника-пробки. Заминировал сначала с одной стороны, потом повторил с другой. Проверил Хомяка, обнаружив, что ему до перехода на следующий уровень осталось всего-то ничего. Хоть наружу его выпускай! Но вместо этого подозвал Искорку.
— Ну, показывай, что нашла!
Глава 24
Черт! Как же холодно! Я уже пятнадцать минут здесь, а все никак не привыкну. Регенерация шарашит по кругу. И вроде уровень у нее поднялся. Система, правда, не стала об этом сообщать, возможно, это скрытый параметр пассивки. Цикл восстановления точно ускорился, но, к сожалению, вместе с ним ускорилась и заморозка.
Я подпрыгнул на месте, обняв себя, и пробурчал, что надо больше двигаться. Правда, тоном и голосом всем известного киношного персонажа. Или он там про пить говорил? И про меньше?
Короче, замерзло все! Такое ощущение, что и мозг уже покрылся снежинками. Может, правда, выпить?
Нее, система начнет канючить, что у оператора нестабильный фон, проходили уже. И на станции кто-нибудь привяжется. Хотя почему кто-нибудь — Руперт и привяжется. Он, как Рокфор на сыр, сразу же синхронизируется с запахом алкоголя. Который, к слову, временно под запретом на станции. Только по праздникам, потому что тоже уже проходили…
Я замер. Послышалось, что параллельно хрусту ледышек под ногами раздается еще какой-то звук. Но как только я остановился, все тут же стихло. Только доносились попытки сколопендр прокарябать завал на входе, и где-то по пустым помещениям гулял сквозняк.
Пустым здесь было все. Пустым и огромным, будто для великанов делали. Или для строительной техники, которая все здесь и построила. И, скорее всего, проложила дорогу на ту сторону ущелья, которую осталось только найти.
Из первого зала я перешел во второй. Практически близнец, только в нем сохранилось чуть больше оборудования и техники. Но и света стало меньше. Откуда-то пробивалось всего несколько полосок, которые отражались и уже рассеивались по всем залам. Маловато — слишком много оставалось темных участков, и особенно под потолком, где одна на другую громоздились фермы и направляющие старых кранов.
С одной стороны, подо льдом угадывались небольшие вагонетки (хотя до рельсов я не докопался), а с другой — погрузчики, самосвалы и даже что-то пузатое, похожее на бетономешалку. Здесь я тоже не смог определить марку. Вроде все как в мое время, но пропорции чуть другие. Обвесы более округлые, толстые и типа дутые.
Я раскопал с виду самый сохранившийся самосвал и попытался добраться до двигателя. Но под капотом оказался еще один, потом остатки утеплителя, армированные скайкрафтовой нитью. По сути, только она и сохранилась, а все, что было вокруг нее, превратилось смерзшуюся кашу. Но и это было не все — следом шел еще один слой с зеркальным покрытием, дальше
