Читаем без скачивания Бремя императора: Тропой мастеров - Иар Эльтеррус

– Кери, – обратился Ланиг к одному из стражей. – Поставь купол безмолвия.

Тот, видимо, был магом, так как сотворил короткое заклинание, результатом которого стала давящая на уши тишина.

– Теперь никто вас не услышит, дорогие мои, – голос начальника стражи стал еще более ласковым. – Кричите, не кричите, все равно. Прошу учесть, что вы избавите себя от многих неприятных ощущений, если сейчас расскажете мне правду.

Он кивнул еще одному стражу, тот вынул изо рта надсмотрщика кляп.

– Где рабы?

– Я не знаю ни о каких рабах, господин! – завизжал тот. – Клянусь, я обычный моряк!

– А плеть зачем?

– Матросов наказывать!

– Как нехорошо, – укоризненно покачал головой старик. – Ложь наказуема. Армин, покажи этому лжецу, что он зря упрямится.

Один из тайных стражей наклонился над пленником и резким движением сломал ему большой палец на правой руке. Тот отчаянно завизжал и забился в путах.

– Боишься своего капитана? – снова склонился над ним Ланиг. – Зря, он уже в наших руках. Знаешь, какая казнь ждет его за работорговлю? Нет? Кол. И тебя он ждет. И всех остальных надсмотрщиков. Единственный твой шанс сохранить шкуру – это сейчас мне все рассказать. Ты понял?

Второй надсмотрщик отчаянно замычал и замотал головой.

– Хочешь говорить? – повернулся к нему Ланиг, тот отчаянно закивал. – Выньте кляп.

– Я все скажу, господин! – зарыдал здоровенный мужик. – Все! Я знаю, где рабы!

– Заткнись, сука поганая… – злобно прошипел связанный толстяк.

– Идите вы с капитаном вместе к дорхоту! – прорычал в ответ верзила, яростно сверкая глазами. – Я из‑за ваших сучьих денег на кол не хочу!

– Пожалеешь, падла! Домой те лучше не возвертаться!

– А кто тебе сказал, что вы туда вернетесь? – негромко, зловеще рассмеялся Ланиг. – Я обещал за правду жизнь, а не свободу.

Кто‑то из стражей затолкал в пасть грязно ругающегося толстяка кляп и откатил его неподъемную тушу в сторону, чтобы не мешала. Верзилу развязали, однако двое тайных держали его на прицеле крохотных, но от того не менее смертоносных арбалетов. Он это прекрасно понимал и даже не пытался сопротивляться, слышал краем уха, что такое тайная стража императора.

– Веди, – приказал Ланиг. – И учти: если утопишь детей, твоя смерть будет куда страшнее смерти на колу.

Надсмотрщик съежился, с ужасом покосился на старика и повел тайных стражей куда‑то вглубь. Он почему‑то сразу поверил этим спокойно сказанным словам. Шли недолго, вскоре впереди показался слабый свет.

– Там четверо дежурят, – хрипло прошептал верзила, трясясь всем телом.

Старый мастер бросил короткий, внимательный взгляд на учеников и движением подбородка приказал Энету с Тинувиэлем нейтрализовать угрозу. Храт с Санти двинулись следом, чтобы прикрыть. Граф с эльфом незаметно скользили по трюму, прячась в тени и с каждым мгновением приближаясь к корме. Вскоре они увидели сидящих вокруг фонаря четырех крупных нартагальцев с тупыми и злобными лицами. Надсмотрщики шлепали картами о какой‑то ящик, то и дело грязно ругаясь и размахивая кулаками.

Неподалеку от них Энет заметил длинную щель, из которой выглядывала цепь. Похоже, это что‑то скрывающая крышка. Наверное, именно под ней и находится затапливаемый потайной трюм. Он переглянулся с Тинувиэлем, оба приготовили по паре сюрикенов. Стальные звездочки мелькнули в неверном свете фонаря, и хрипящие надсмотрщики повалились на пол, не успев даже дернуться. Однако эльф не заметил, что из‑за большого ящика позади него выскочил еще один нартагалец с мечом в руках. Жизнь принца могла в этот момент легко оборваться, но Храт не дремал – надсмотрщик рухнул с орочьим томагавком в затылке.

– Ты сказал, что их здесь четверо, – обернулся к мгновенно побледневшему пленнику Ланиг, увидев это.

– Господин, клянусь вам, я не знал! – рухнул тот на колени. – Это Шупет, он, паскуда, за нами следил, капитану крысятничал. Откуда мне было знать, шо он тута?!

Старик внимательно посмотрел ему в глаза и понял – не лжет. Он кивнул и приказал:

– Открывай!

Надсмотрщик подхватился на ноги и кинулся к трупам бывших коллег. Отстегнув от поясов двоих связки ключей, принялся засовывать их по очереди в замочные скважины в полу, явно запуская сложный механизм. Вполне возможно, что если отпирать в неправильной последовательности, то это вызовет затопление трюма. Наконец что‑то громко щелкнуло, и двухсотлоктевая крышка медленно поднялась, открывая потайное отделение.

Никогда, наверное, Санти не забудет открывшегося страшного зрелища. В узкой и глубокой щели буквально на головах друг у друга сидели обнаженные, грязные, истощенные дети. От пяти до десяти лет. Многие походили на маленькие скелетики. А их глаза… Единый Создатель, их глаза были наполнены таким нечеловеческим ужасом, что скомороха передернуло. Малолетних рабов сковали по рукам и ногам, не давая возможности даже пошевелиться. Да и в случае затопления трюма они мгновенно пойдут на дно, увлекаемые вниз тяжелыми кандалами. Несчастные были вынуждены ходить под себя, из щели несло такой вонью, что ужин рыжего сразу же запросился обратно.

Дети вжимались в стены, боясь пошевелиться. Санти увидел несколько мертвых, из самых маленьких, и только закусил губу. Какой кошмар. Как можно такое с малышами творить? Как?! У него дрожали руки, лицо дергалось. Впрочем, не только у него – многие стражи потрясенно застыли над щелью, глухо проклиная чудовищ, это сотворивших. Они немало повидали в своей жизни, но такого обращения с детьми представить себе не могли.

– Маленькие мои, не бойтесь! – выступил вперед Ланиг. – Мы имперская стража, мы пришли вас освободить!

Недоверчивые детские глазенки из щели долго смотрели на него. Ужас постепенно уходил из них, сменяясь робкой надеждой на чудо. Старик, не стесняясь, плакал. Наверное, именно эти слезы стали камешком, который сдвинул лавину. Дети поверили.

– Дяденька‑а‑а… – поднял голову какой‑то мальчишка лет десяти на вид, к которому прижималась совсем крохотная девчушка. – Спасите Теви, она совсем холодная стала‑а‑а… Не плачет больше‑е‑е… Молчи‑и‑ит…

Старик спрыгнул в щель, дотронулся до синей щеки скорчившейся в последней судороге девочки и медленно покачал головой, закусив губу. Малыш прав, холодная. Совсем. Поздно.

– Прости меня, маленькая, за то, что раньше не пришел. – Он вытер слезы, подавая наружу тело девочки. – И ты, малыш, извини, умерла она.

– Умерла? – неверяще переспросил мальчик, потом тихонько заскулил. – Тевичка‑а‑а… Ой, что ж я маме скажу, она ж просила тебя беречь…

– Ты не виноват, малыш… – глухо сказал Ланиг, передавая взахлеб рыдающего мальчишку стоящему на краю ямы Храту. – Не виноват…

Еще несколько стражей спрыгнули вниз и принялись быстро поднимать несчастных детей наверх. Ведь при открытии крышки в каюте капитана вполне могла сработать какая‑нибудь магическая сигнализация. Надо успеть, прежде чем нартагальцы затопят эту щель. Детей оказалось больше двухсот. Когда все они оказались наверху, Ланиг приказал дрожащему надсмотрщику запереть потайной трюм. Не прошло и двух минут после этого, как раздался глухой шум и пол стал мокрым. Начальник стражи кивнул. Затопили все‑таки, сволочи. Что‑то, видимо, насторожило капитана. Слава Единому, что поспешили, иначе и сами бы погибли, и малышей не спасли. Корабль резко осел.

– А теперь идите и возьмите живыми капитана с помощником, – приказал он стражам. – Остальных убейте. Сделав вот это, они потеряли право на жизнь.

Ланига колотила гневная дрожь, глаза метали молнии. От его взгляда надсмотрщик весь сжался. Начальнику стражи очень хотелось своими руками удавить эту паскуду, но что делать, слово дал. Ничего, мевидарские каменоломни ему раем не покажутся. Никак не покажутся.

– А вам что, особый приказ нужен? – холодно бросил Ланиг застывшим около плачущих детей ученикам. – Здесь без вас справятся, сейчас вызову помощь.

Он достал амулет связи и принялся вызывать императорский госпиталь. Друзья переглянулись и бросились за остальными стражами наверх. У каждого в душе горела холодная ненависть. После смерти Лека они думали, что познали настоящую ненависть. Ошибались – так, как они ненавидели сейчас, они не ненавидели еще никогда. Впрочем, на их долю никого не осталось, тайные всюду успевали первыми, подчистую вырезая нартагальцев. Только Храту удалось сбить томагавком с вант попытавшегося сбежать матроса. Орк довольно скалился в ответ на завистливые взгляды друзей. Работорговцев после трюма они воспринимали как опасных зверей, которых нужно любым способом уничтожить. До этого дня ученики горца только читали о Нартагале и царящих там порядках, не особо веря в прочитанное. Сегодня поверили.

На палубе друзья застали любопытную сцену. Десятка полтора тайных окружили связанных капитана, его помощника и боцмана. Нартагальцы сыпали проклятиями, обещая осмелившимся тронуть их все муки ада. Они выглядели полностью уверенными в себе. Стражи молча слушали их, смотря на пленников волчьими, белыми от ярости глазами. Но не трогали. Вскоре на палубу поднялся Ланиг, несущий на руках тело мертвой девочки. Ей было никак не больше пяти лет…