Читаем без скачивания ЗАКОН СНАЙПЕРА - Дмитрий Силлов

Свет, льющийся в черный дверной проем, усилился. Несколько шагов — и я вышел на площадку, возвышающуюся над огромным залом.

Площадок, подобных той, на которой стоял я, было множество. Их соединяли металлические лестницы и перекрытия, опутывающие стены зала словно гигантская паутина. Многие конструкции проржавели и осыпались вниз грудами металлического хлама. Хорошо еще лестница, ведущая вниз от моей площадки, была относительно цела — лишь стальные перила погнула и местами порвала неведомая сила.

А снизу лился свет.

Я подошел к краю площадки и посмотрел вниз.

Зал заполняли горы мусора — бетонные блоки, стальные балки, разбитое офисное оборудование, огромные приборные панели с разбитыми экранами…

А посреди всего этого хаоса возвышалось громадное сияющее надгробие.

Вернее, так мне показалось вначале.

Я начал спускаться, словно в воду погружаясь в голубоватое свечение, испускаемое Монолитом. Когда я достиг зала, интенсивность неведомого излучения стала настолько сильной, что окружающие предметы дрожали и расплывались в нем словно в мареве большого костра. Лишь сам Монолит оставался четким и хорошо различимым, действительно очень напоминая гигантский надгробный памятник.

Я подошел ближе.

Вокруг Монолита горы мусора были навалены особенно густо. Из ближайшей ко мне кучи торчала полуистлевшая человеческая рука. В принципе, нормальный интерьер для Зоны, но все равно мне стало как-то не по себе. Может это состояние сталкеры называют страхом?

По мере приближения к Монолиту мертвецов становилось больше. Вон скелет в сталкерской одежде, сжимающий фрагментами пальцев ржавый автомат. Чуть дальше более свежий труп с блаженной улыбкой на лице. В груди торчит штык-нож, рукоять которого мертвец еще при жизни обхватил обеими руками да так и не отпустил. Судя по счастливому выражению лица, клинок он втыкал в себя медленно и кайф от процесса ловил нереальный. Что ж, каждому свое.

Судя по ошметкам брони и плоти, раскиданным по черной кляксе на полу, здесь кто-то лег животом на гранату. У дальней стены стоял ряд опутанных проводами полупрозрачных гробов, источающих зеленоватый свет разложения. Вряд ли они светились сами по себе, не иначе это был просто отблеск от огромного фосфорецирующего «Холодца», раскинувшегося на цементной плите неподалеку. Но впечатление было все равно не из приятных. Впрочем, как и весь окружающий натюрморт.

Перед гробами, у приборной панели, покрытой многолетним слоем пыли, какой-то сталкер банально застрелился, забрызгав мозгами никому уже не нужное научное оборудование. Сколько ж «монолитовцев» вы убили, ребята, чтобы добраться до этого места? И все ради того, чтобы с выражением детской радости на лице свести счеты с жизнью…

— Ты такой же как и они, — прозвучало у меня в голове. — И тебя ждет то же самое.

Вокруг Монолита стояли пять серебряных статуй. Четыре из них протягивали руки к Исполнителю желаний, одна из них даже была выполнена коленопреклоненной. Лишь та, что была в середине, хмуро смотрела на Монолит, скрестив руки на груди. Не знаю почему, но я готов был поклясться, что голос принадлежал именно ей.

— Кто ты? — спросил я, почему-то заранее догадываясь, каким будет ответ.

— Я — последний директор комплекса подземных лабораторий Икс.

— Директор…, — пробормотал я.

— Именно, — не разжимая губ согласилась статуя. — Директор, который оставался до конца на тонущем корабле и, попав под волну Второго взрыва, превратился в то, что ты видишь.

— А остальные?…

Голос, звучащий под моей черепной коробкой, усмехнулся.

— Если ты имеешь в виду моих соседей, то они пришли позже. И просили у Монолита бессмертие. Он исполнил их желание.

— А эти…, — я обвел рукой разлагающиеся трупы.

— Исполнитель желаний также не разочаровал их и дал им все сполна. Но людям не важна цель, им необходим путь к ней. Когда же кончается путь и человеку нечего больше желать, то он хочет лишь одного — смерти. И Исполнитель желаний здесь не при чем. Теперь ответь, зачем ты пришел сюда?

— Я дал слово, — сказал я. И вздрогнул. Потому, что статуя медленно повернула голову ко мне и покачала головой.

— Не лги мне, с-т-а-л-к-е-р, — сказала она. Последнее слово эхом каждой произнесенной буквы многократно отозвалось у меня в голове. — Я знаю о тебе намного больше, чем ты думаешь. То, что ты нес с собой, было просто ключом от двери. В которую я позволил тебе войти потому, что мне стало любопытно. Последние с-т-а-л-к-е-р-ы приходили сюда не с автоматами и базуками. Они несли с собой ядерные чемоданчики, надеясь таким образом уничтожить Монолит.

— Что стало с ними?

— Они тоже остались здесь. Вместе со своими атомными зарядами. Если ты потерял свой, можешь взять, вон они все стоят под столом.

Статуя медленно повела головой, указывая направление. И правда, под обломками письменного стола, словно копьем пробитого упавшей сверху металлической балкой, стояли два аккуратных черных чемоданчика.

— Хотя я знаю, что на самом деле ты, как и носильщики этих зарядов, пришел сюда за исполнением желаний, не так ли? По-прежнему ли ты хочешь, чтобы они исполнились?

— Да, — твердо ответил я.

— Что ж, изволь, — сказала статуя. — Хотя это не желания, так, пустяк. Считай это бонусом для слишком упорного одиночки, которого мне не удалось остановить, хотя я и пытался.

— Перекати-поле, безглазые псы, стадо кабанов, кровосос…

— Не продолжай, — хмыкнула статуя. — Тем не менее, ты здесь. И интересен мне… пока что. Так что пользуйся. Для исполнения твоей мечты мне даже не придется задействовать энергию Исполнителя Желаний. Он просто послужит экраном. Смотри.

Серебряный палец ткнул в направлении Монолита, передняя поверхность которого стала сначала матовой, а потом вдруг очистилась, приобретя немыслимую прозрачность.

Там, в прозрачном кристалле маленький мальчик сосредоточенно метал ножи в щит, вплотную к которому стояла красивая женщина. Ножи втыкались впритык к её телу, чудом не раня кожу отточенными лезвиями.

— Ты хотел знать свое прошлое? Не думаю, что оно тебе понравится. Но, как говорят люди, если бог хочет кого-то наказать, он исполняет его желания. Получай свое наказание.

Ты родился в семье цирковых артистов. Ты еще не умел ходить, когда твое тело начали готовить к будущей карьере. В восемь лет ты уже умел ходить по канату, метать ножи, гарцевать на лошади, наказывать льва и выполнять сальто на спине бегущей лошади. Еще через восемь лет ты стал профессионалом. Но и профессионалы иногда ошибаются. Особенно когда их подставляют завистники. Во время гастролей по Франции ты случайно убил человека и был вынужден бежать из цирка. Скрыв свой возраст, ты записался во Французский легион, куда тебя взяли без лишних вопросов, дав новое имя, дату и место рождения…

Крепкий молодой парень бежал по джунглям, на ходу паля из странной с виду штурмовой винтовки FAMAS F1. Несмотря на необычность оружия, парень стрелял на удивление метко — от его пуль упали три вооруженных «калашниковыми» чернокожие фигуры с зелеными повязками на головах. Парень перепрыгнул через трупы, в прыжке послав в голову одной из фигур контрольный выстрел и углубился в джунгли. Зеленая повязка на простреленной голове мертвеца медленно окрашивалась в темно-красное…

— За пять лет ты много где повоевал, отточил свои навыки, приобрел новые, научился разбираться в любом вооружении. А главное — профессионально убивать. Окончание контракта ты встретил капралом и, несмотря на уговоры начальства, оставил Легион, непонятно зачем вернувшись на родину.

— Возможно, я хотел увидеть родителей…

— Возможно, — согласился Директор. — Только к тому времени твои родители уже успели погибнуть, упав на арену из-под купола цирка. Они были воздушными гимнастами и всегда работали без страховки. По крайней мере они хоть жили и недолго, но умерли как в сказке, в один день. А тебя посадили по триста пятьдесят девятой статье Уголовного кодекса за наемничество. Срок дали средний, пять лет. Правда после того, как ты голыми руками убил в пересыльной тюрьме двух беспредельщиков, его увеличили вдвое…

Картинка в Монолите сменилась. Пулеметные вышки… Колючая проволока… Огромные собаки, похожие на мутантов… Люди в военной форме… Серое небо… Практически знакомый пейзаж. Кордон да и только.

— Однако меньше чем через год к тебе приехали люди в камуфляжах без знаков различия и предложили работу, которую ты знал досконально. Ты согласился. И еще три года работал, можно сказать, по специальности.

— Убивал людей…, — прошептал я.

…На холме, поросшем невысокой травой, не было ничего. Это был идеально покатый холм без малейшего намека на неровности. Поэтому дозор на двух джипах лишь для порядка прощупал «зеленку» стволами пулеметов и передав по рации «чисто», поехал дальше…