Примечательно, что в этот раз их оружие встретилось на равных, осыпав обоих искрами.
Их битва крайне важна, однако в целом положение наше стремительно ухудшается. Проклятых постепенно вытесняют в нашу часть капища, ближе к панели управления. Только здесь они не могут прорваться в храм, видимо, мешает энергетическая система, раскинутая по стенам.
Несём первые потери: одного зарубили, другого поглотили через ритуал. Когда подобное происходит, в пространстве словно дыру вырубают, и я вижу неповторимое радужное сияние, преимущественно красно-фиолетового оттенка.
Схватка Иты в самом разгаре, они обмениваются выпадами, сильно бьют, быстро двигаются, всё решит первая же ошибка.
Я больше внимание обращаю на Каила. Раздражает его наглое, надменное лицо, улыбается, высокомерно наблюдая, пока другие делают грязную работу.
Ещё одного из наших изгоняют через ритуал. Отчего проклятые свирепеют пуще прежнего.
Не без усилий, но Ита всё-таки уделывает Антимага, обыграв того на очередном обмене, он пяткой ударяет его по коленке, а когда тот сгибается, резко добивает, полоснув по шее.
Проклятый упивается этой победой, наслаждаясь видом забрызгавшей его крови. Ликование очевидно даже издали.
И восторг этот прервала только смерть третьего из его братьев. Лицо Иты резко меняется. Пенделем зашвыривает одного из поверженных к нам, второго кидает рукой. Дисур сразу же бросается их обыскивать, я же сразу понимаю, что среди них нужного нам нет.
— Глухая оборона! — приказывает Ита.
Проклятые моментально смещаются, сбиваясь в кучу. Больше не нападают, лишь блокируют встречные заклинания.
Ита присаживается, руки на пол. Тёмная вспышка, и за ней по храму прокатывается силовая волна. Ранее неподвижные статуи воинов разом оживают, совершают размеренные, плавные движение, будто разминаясь.
Подле одного из таких находился стражник, тут же получивший каменным молотом по горбу. Заклинания марионеткам не страшны, светлая атма просто о них разбивается. А впрочем, до нас спеллы всё равно долетают…
— Убить их! — обозлённо орёт Каил, толкая встревоженных подчинённых вперёд.
Баталия превращается в тупую мясорубку, и, увы, физических атак ожившие статуи не выдерживают. Первый ряд уничтожен, стражники приближаются, а троица молодых Антимагов возглавляет строй, размахивая намагниченными клинками.
Чем больше я вижу подобных себе, тем отчётливее ощущение, что поиски печати здесь бесполезны. И, кажется, не я один это понимаю…
Громкий, пронзающий до костей вороний клич. С ним, откуда-то из-под потолка, и сама птица, пикирующая на головы наших врагов. Кажется, что это звуковая атака, так сильно каркает, что уши зажимаю, как и большинство, а точнее, все, кроме проклятых.
Даже Каил отчего-то выглядит напуганным.
Крик смолкает, сражение сразу же продолжается. Ворон же, до нас долетев, спускается, зависает напротив Иты и пристально смотрит тому в глаза. Лидер мёртвых ненадолго замирает, по лицу вижу: общаются, хоть и без слов.
Предположение быстро подтверждается:
— Ты уверен? — скорчив кислую мину, переспрашивает Ита уже вслух.
Отрицательно качнув головой, закрывает ладонью левую часть лица, давит, слегка её потирая. Очевидно, сложное решение принимает.
Медленно смещает взгляд на меня, пауза, и всё же произносит:
— Мы не можем здесь оставаться! — видно, что переступает через себя, признавая поражение. — Поможем и тебе, Антимаг, вытащим! Но запомни этот момент, ибо за тобой должок остаётся. Ты должен вернуться и принести нужную печать.
Пока не догоняю, о чём он, но слушаю очень внимательно.
— Мобиус создаёт для вас окно! Единственный ваш шанс покинуть измерение, — договаривает Ита, ещё больше сбивая с толку.
— Через барьер? — удивлённо уточняет Миа. — То есть нам придётся покинуть Эльтеру? — крайне настороженно.
— Сам толком не понимаю! — отмахивается Ита. — Жрец говорит, ты не ошибёшься в выборе момента.
С хрустом разминает шею, ненадолго прикрыв глаза. Его несогласие явно, и всё же он готовится что-то сделать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Половина каменных стражей разрушена, первый ряд проклятых продолжает блокировать дистанционные атаки, прикрывая нас.
— Альхари, альноса! — командует Ита.
Проклятые моментально меняются в лицах, теряясь. Видать, такого приказа они совершенно не ожидали.
— Альхари, регали! — кричит Хари, обеими руками сильно ударяя себя в грудь.
— Альхари, далани! — подключается Дисур.
Все трое медленно продвигаются вперёд, оставляя нас за спиной и больше не обращая внимания.
Мы же никак не поймём, что происходит, а тем более, чего от нас ждут.
— Альхари, альноса! Альхари, регали! Альхари, далани! — вся толпа проклятых вторит на полном синхроне.
Кроме того, они перестают отражать заклинания, продолжая стучать кулаками в грудь.
Вижу возникающее вокруг них колебание мглы, практически невидимое поначалу, но нарастающее и учащающееся.
Тёмный покров, покрывающий капище, обмяк и приходит в движение, с потолка и вовсе капать начало.
— Сука! Тупые, бесполезные твари! — раздавая своим тумаки направо и налево, истерит Каил. — Немедленно их остановите, всех порешу, если уйдут…
А толку — ноль. Они и заклинания кастовать перестают, останавливаются, от капель мглы прикрываются, ибо эта энергия для них кислоте подобна.
К нам оборачивается Ита, и только он:
— Запомни этот момент, Антимаг! — пронзая меня глубоким взглядом.
В одно движение выхватывает из-за пояса необычной формы короткий кинжал с красным рубином в рукояти и без малейшего сомнения вбивает его себе в сердце.
Глубокий вдох, дёрнулся, первыми расслабляются мышцы лица, лишь улыбочка остаётся. Падает на колени, и из тела вверх вырывается объёмное чёрное пятно. Удар о потолок, и фонтан брызг.
Лишь успеваю рот открыть в недоумении, как и остальные делают то же самое.
Кайла аж затрясло, машет руками:
— Твари! — подпрыгивая на месте.
— Что, что, что… — словно не в себе, бормочет под нос Миа.
Кристалл в центре храма темнеет и теряет мощь.
Суета наполняет помещение, расслышать что-то становится сложно, но то тут, то там слышны призывы срочно покинуть капище.
Ворон прокидывает нас взглядом и взрывается, превращаясь в объёмную чернильную кляксу.
Сильнейшая волна мглы, расходясь, накрывает нас, да, собственно, и Антимагов…
В том, что этот тот самый момент, сомнений не возникает.
Суечусь, хватаясь за медальон на груди и спешно проговаривая:
— Астра-ирагано. Ариба-оргатцо. Ингари-риасториа, — всеобъемлющая вспышка выхватывает моё сознание из мглы и уносит за пределы планеты.
Обычно мы бы зависли над ней, но сейчас чувствую, что совершенно не контролирую перемещение, вдобавок времени уже больше прошло, чем полагается.
Несусь, словно по эстакаде, а по сторонам мелькают миры. Что-то не так, и это беспокоит.
Фокусируюсь, задумав единственную, пришедшую на ум, конечную точку, ибо там же должна находиться печать.
Сработало. Резкое смещение, и повторное ускорение, а после удар, но боли нет, по ощущению, будто в озеро погружаюсь, но где-то на глубине свет вместо тьмы.
Снова бьюсь о преграду, на этот раз основательно, вырубаюсь.
***
— Арт… — где-то на фоне, при этом врываясь в мой сон. — Арти, как ты? Пожалуйста, отзовись. — Пока не включаюсь, но голос узнаю.
Даже в таком состоянии я чувствую её волнение.
Пытаюсь ответить, но не выходит. Напрягаю разум, стараюсь совладать с телом.
— Арти, — продолжает молить она.
— Вс. Вё, — представляю, что сплёвываю. — Всё хорошо, — выдавливаю с огромным трудом.
Удаётся приоткрыть один глаз, на бок перевернуться.
Лежу на траве, мягко, но мокро, к тому же прохладно. Кажется, я тут долго пролежал.
— Чёрт! — с досадой.
Кости жутко ломит, голова трещит.
— Не двигайся, — просит Миа, а сама на радостях падает мне на грудь.
Задыхаться аж начинаю, тогда она спохватывается и подскакивает:
