Читаем без скачивания Сирийская жара - Ирина Владимировна Дегтярева

подобных необдуманных шагов. Дело тут скорее дипломатического характера. А наша забота факты предоставить нашим дипломатам. Нам необходимо установить примерный временной отрезок, когда могла происходить эта встреча. Любые зацепки из их разговора. Беседа явно свежая, этого года, с января по май. Но необходимо сузить рамки. Тогда можно будет озадачить снова СВР, их резидента в Швейцарии конкретной проблемой — отыскать следы присутствия в Швейцарии в такой-то период двух американцев, двух израильтян и турка.

— Они люди опытные, разве могли так засветиться? Как в анекдоте — собрались в Женеве американец, еврей и турок…

— Турки и в особенности моссадовец — ребята наверняка ушлые, а вот американцы грешат шапкозакидательством. Исходя из позиции, что они хозяева мира, сложно соблюдать конспирацию и вообще какие бы то ни было правила. Они их сами пишут. Вот на этом их можно подловить. Госдеп вообще любит пошиковать, их чиновники себя не особо ограничивают. Значит, заселились в отель не с четырьмя звездами.

— А если в тот же день после проведения встречи улетели? В отель не селились вовсе.

Ермилов кхекнул недовольно:

— Ты же сам пять минут назад меня убеждал, что они встречу проводили в отеле, в чьем-то номере, раз их обслуживал старик-официант. Так? К тому же ты поверишь, что, приехав в Швейцарию за казенный счет, госдеповец и цэрэушник не воспользовались всеми благами швейцарского курорта? СПА там всякие, бассейн и т. д., и т. п. Им ведь надо себя беречь для блага Соединенных Штатов Америки. Но кто это может быть из Госдепа? И цэрэушник рангом должен быть не меньше того же турецкого зама. Надо будет проверить сперва замов нынешнего директора ЦРУ. По голосам, я имею в виду, тех, кто у нас когда-нибудь засвечивался. Потом уж спускаться на коллег пожиже.

— И какие у нас сроки? Понял-понял, — вскинул руки Егоров от одного гневного взгляда шефа.

…— Конечно, никто не может знать, когда все эти события стартанут, — Говоров услышал от Егорова, пришедшего от шефа, что, может, придется сидеть в обнимку с наушниками и записью с флешки всю ночь. — Надо быть во всеоружии, и чем раньше, тем лучше. И эсвээрщикам необходимо время дать проработать наши запросы. Им там в положении цейтнота просто опасно работать, они ведь не дома действуют, риск больше.

— Какой ты сердобольный стал, — поддел его Егоров. — Поработаем ушами.

Они сидели с полчаса, каждый со своими наушниками. Вдруг Егоров захохотал.

— Ты чего? — опешил Леня, опустив наушники на шею.

— Мы сейчас, как в советское время, вражеские голоса слушаем.

— Иди ты! Давай работать. Я уже, во всяком случае, понял, почему шеф определил, что встреча является событием именно 2019 года, а не раньше. Американец тут говорит, что президент продлил срок вывода американских военнослужащих из Сирии до четырех месяцев. Якобы чтобы игиловцев добить. Словно они вообще там этим занимались, а не своими махинациями. Так вот их президент это объявлял в январе 19-го. Американец намекает турку, что тянуть дольше с выводом они не в состоянии и надо решаться на новую операцию, иначе все их договоренности, ранее достигнутые, провалятся.

Егоров покивал.

— Но ты обрати внимание на то, что курды согласно астанинским переговорам и так сами покинули Манбидж, отдав его сирийским военным еще в 2018 году, в обмен на защиту от турок. Все шло к тому, чтобы уладить дело мирно. Американец же просто науськивает турка, чтобы они зашли и перебили курдов, сломали все переговорные достижения.

— Кончай трепаться, давай дальше искать, — прервал его Леонид. И снова стал слушать, записывая отдельные фразы и сверяясь со стенограммой, когда не улавливал все нюансы в английской речи.

Вася отвлекся и поискал в своих материалах, добытых в Центральной базе данных и в открытом доступе, факты о событиях с января по май 2019 года. Официальный представитель Госдепа сообщил, что после вывода американских войск в Сирии останется небольшой миротворческий контингент, человек четыреста. Союзников из Европы будет больше тысячи и еще двести на базе в Эт-Танфе. И ни слова о ротации, даже намека на турецкий контингент.

Егоров взялся снова за наушники и наконец, кажется, нашел то, что искал. Турок предъявлял претензии, обосновывая нежелание организовывать наступление наподобие «Щита Ефврата», опасаясь, что американцы подведут, кинут их, как бывало не раз.

«— А нам, к примеру, не нравится, что вы за две недели до нашей нынешней встречи организуете конгресс и пытаетесь примирить сирийские власти и это раковое курдское образование у нас на границе».

Егоров пропустил несколько строчек, взволнованный услышанным.

«— Вот для чего вам именно сейчас было проводить этот конгресс? За две недели до этой нашей встречи? Это же намеренная демонстрация неуважения. Вы призываете сирийцев признать курдскую администрацию на северо-востоке, воспринимать их всерьез, договариваться с ними. О чем можно договариваться с террористами?

— А вы, вместо того чтобы выполнить обязательства, натравливаете на курдов вашу протурецкую сирийскую национальную армию. Пытались прорвать оборону около Тель-Рифаата, — напомнил моссадовец. — Вместо того чтобы не распыляться, а решать вопрос кардинально. А что касается этого конгресса, согласен с коллегой, это можно назвать убаюкиванием. Пусть YPG считают, что свято блюдут их интересы. Это для того, чтобы они раньше времени не впадали в панику. В надежде на светлое будущее под покровительством людей Оратора они не будут искать других спонсоров и покровителей, скажем, в лице того же сирийского правительства или российских сил».

Оратором в разговоре они называли американца.

— Погоди-ка, погоди, — опасаясь спугнуть удачу, прошептал Егоров и полез искать упоминание о конгрессе в своих папках. — Третьего мая Конгресс родоплеменных союзов, племен и народностей Сирии.

— Чего?

— Леня, вот оно! Конгресс! Понимаешь?

Говоров посмотрел на товарища заинтересованным и нежным взглядом врача-психиатра.