– Тут еще много чего есть. Правда, в основном про Лосомона.
– Не мог же он сам на себя…
– Тут подпись есть. Что-то типа «Ррр-мяу».
– Да это ж Кирон дурью маялся. Типа эпиграф накатал. Лосомонов почерк я знаю.
– Длинный эпиграф получился.
– Ну-у-у, навертели…
– Читай, что там ниже, под «Ррр-мяу».
– «В руках преступных Камень Власти, – торопливо забубнил самый грамотный бог, – покроет тьмой подлунный мир. Из гроба мертвые восстанут, спеша вершить кровавый пир…» Ну, это точно Лосомон. Он всегда обожал ужастики…
– Не отвлекайтесь!
– «Парад планет вернет вам бога, а вместе с ним придет герой. Его сподвижниками станут …монахи, домовой…» Предсказание неполное! – возмутился самый грамотный бог. – Он влепил сюда лакуну. Нам никогда не вскрыть этот отсек!
– Дальше, дальше! Может, за что-нибудь зацепимся!
– «В бессильной злобе силы тьмы проникнут в тайную обитель, где под покровом темноты их ждет древних богов хранитель. Два талисмана одолеют проклятье каменных оков…» Что за талисманы, черт возьми! – вновь возмутился самый грамотный бог. – Неужели нельзя конкретней!
– Может, эти? – Арес вырвал из рук Литлера кошачьи лапки.
– Вот как они сюда без Кирона-то попали? Кто ключами по Эвритании раскидывается?
– У нас свои при себе! – дружно ответили боги.
– Значит, Лосомон. Читаем дальше: «Но даже черный Камень Власти не сможет разбудить богов. И лишь когда соединятся герой и бог в одном лице, последняя цитадель рухнет под мощным натиском извне. Когда воинственная дева прорвется сквозь туманный риф, исчезнет зло, исчезнут боги, все отойдет в преданья, в миф…»
Все посмотрели на Натали.
– Может, отправить ее куда-нибудь – от греха подальше? А-то и врямь исчезнем?
– Некогда. Лосомон нужен срочно. Лакуну заполнить. Ну доберусь я до него!
Боги попытались сдернуть крышку.
– Печать наложил, подлец!
– Он всегда любил поспать.
– А ну-ка, дружно…
Крышка не поддавалась.
– Может, нимбами?
Боги сорвали с голов светящиеся нимбы, загнали их под крышку саркофага и повторили попытку.
Против старинного закона рычага печати Лосомона не устояли. Крышка с грохотом отлетела в сторону.
Лосомон был на месте. Он честно нес свою трехтысячелетнюю вахту, тихонько посапывая на дне саркофага. Сны, видать, были приятные. Чем-то этот пухленький бог напоминал Сарката. Такая же лысинка и те же повадки (даже чмокал он во сне точь-в-точь как арденский философ). Вот только вместо пустого кувшина из-под вина в руке он держал нимб да облачен был в нечто напоминающее римскую тогу.
«Вахтенного» бесцеремонно приподняли и начали трясти. Трясли до тех пор, пока глаза беспечного бога не открылись.
– А? Что?
– Что в лакуне?
– А-а-а, – зевнул Лосомон, – мое изобретение. Фактор неожиданности.
– Твоя работа? – гневно ткнул в сторону Кирилла мускулистый бог.
– Ой! Землянин, – обрадовался бог, выползая из гроба, – наконец-то… Не, не моя, – опомнился он, – все – согласно инструкции. Как и положено. Герой. В нем наша бумажка лакмусовая – Кирон в смысле…
– А землянин откуда?
– А я почем знаю?
– Проспал, потому и не знаешь! Земляне уже по измерениям шастать начали…
– Господа боги, – возмутилась Фетида, с трудом удерживая рвущуюся к суженому Натали, – вы займетесь делом или нет? Немедленно разблокируйте вход и вытащите оттуда землянина, пока он не схватился за меч.
– И то правда, – согласился Лосомон, – нужно выдернуть из него Кирончика. Ух, вдвоем они дров наломают! И какой дурак придумал подселять в героев бога животных!
Лосомон подбежал к невидимой стене, отделяющей их от Кирилла, пошлепал по ней ладошками, поковырял нимбом и отступился.
– Ни фига не выйдет, – обрадовал он коллег, – изнутри запечаталось. Из землянина магия поперла. Совсем как из магов Атлантиды – перед тем, как они континент угрохали.
– Мы пропали, Кирон обязательно склонит его к мечу!
– А может, пронесет? Да и сколько можно проверять моральные качества землян на их слабых отражениях? Эвританцы, в конце концов, порождение катаклизма Атлантиды. Стоячая волна. Первая производная. Только и радости, что в магии слабаки.
– По сравнению с нами – да… Совсем как мы – по сравнению с землянами.
– Вовремя мы в тот раз заблокировали их сознание.
– Да и то плохо. Кое-где прорывается. Сочится потихоньку. Экстрасенсы всякие…
– О чем он сейчас думает?
– Давай послушаем.
Лосомон приложил нимб к прозрачной стене, и из него, как из репродуктора, полились мысли героя. Они в голове короля Кирении так и кипели.
– Я бог! Бог!!! – Голос Кирилла торжествующе ревел из своеобразного динамика, на скорую руку сляпанного Лосомоном.
– Ты – больше, – вкрадчиво мяукнул Кирон, – боги тебе в подметки не годятся. Они дрожат от одного слова «землянин». Возьми меч – и весь мир у твоих ног!
– Да… меч… Но Натали! Зачем мне этот мир, если в нем не будет Натали?
– Любимый… – расчувствовалась принцесса, обмякая в руках богини.
– Ну дура-а-ак… – в отчаянии схватился за голову Литлер и тут же заткнулся, получив подзатыльник от бога.
– Дур-р-р-ак! – согласился с мнением правителя Голома Кирон. – Власть… это ж… это ж… Вот представь. Стая! А ты ее вожак. Все самки… э-э-э… принцессы – твои! Только лапу протяни!
– Вот гад! – возмутилась Фетида.
– Животное, – подтвердил Лосомон.
– Для того мы его в героев и засовываем, – строго сказал Арес. – Демон-искуситель! Сейчас увидим, чего в землянах больше – зверя или человека?
– Все принцессы мои… Значит, и Натали тоже… – Рука медленно потянулась к мечу.
– Скотина!!! – взвилась Натали. – С кучей баб делить меня хочешь? Гарем устроить решил? Я тебе сейчас устрою…
Разбушевавшаяся принцесса выскользнула из объятий богини, вырвала из рук Ареса обломок копья, с воинственным кличем бросилась на прозрачную стену, и… та ее пропустила!
– Как ей удалось? – ахнул Арес.
– Любовь не знает преград, – сообразила Фетида, – магией от нее не заслонишься. Вот что в лакуне-то было! Любовь!
Она была права. Любовь преград не знала. Влюбленная принцесса подлетела сзади к своему суженому и с размаху направила его на путь истинный обломком каменного копья по загривку. Героя сразу занесло влево, и он упал прямо на артефакт. Мерцающие половинки сердечек слились воедино.
– Натали! – очнулся герой, подхватил принцессу на руки и закружил по залу. – Как я по тебе ску…
Принцесса не дала ему договорить, заткнув рот долгим поцелуем.
– Вот видите, господа боги, – довольно потер руки Лосомон, – наш герой выбрал правильный путь. Значит, можно снимать блокировки с сознания землян. Пусть магичат на всю катушку.
– Я не согласна! Герою потребовалась направляющая затрещина, чтобы стать на путь истинный. Отправить на Землю и намертво заблокировать память!
– Тихо! Тащите Кирона, пока герой не опомнился.
Боги направили свои нимбы на короля Кирении, и из него вылетел малиновый всполох, молниеносно превратившийся в маленького котенка. Тот, неуклюже переваливаясь на своих еще некрепких лапках, подошел к Лосомону и требовательно мяукнул.
– Это Кирон?
– Вроде…
– А где же его магия?
– А ты не догадываешься?
Боги уставились на Кирилла.
– Нет. На Землю его нельзя. Пусть уж тут резвится. Здесь все под контролем… если на посту не спать.
– Так он у нас начнет чудить.
– Начнет чудить – мы ему проблемку подкинем. Я даже знаю какую… – Лосомон азартно потер руки. – А что, господа, предсказание на ближайшие три тысячи лет еще не делалось? Готов взяться за эту работу и отдежурить за вас следующий срок…
– Не-э-эт!!! – дружно завопили боги.
– Тише, – замахал на них руками Лосомон, – не спугните наших влюбленных.
Но разве могут спугнуть настоящую любовь крики каких-то богов? Кирилл что-то ласково прошептал на ушко Натали, и оба исчезли.
– Куда это они? – заволновался Арес.
– Догадайтесь с трех раз, – засмеялась Фетида.
На лицах богов замелькали улыбки. Они начали верить, что на этот раз все будет хорошо.
В общем веселье не принимал участия только Лосомон. Он, пользуясь тем, что коллеги отвлеклись, усердно творил новое предсказание на крышке саркофага, готовя Эвритании очередные проблемки…
