Когда объект преобладает, а субъект как будто теряется в объекте, говорят, что субъект связан объектом. Качество объекта связало или затенило природу субъекта и стало господствующим, не оставляя следа от сущностной природы субъекта. Это называется зависимостью субъекта. В метафизике это называется отождествлением субъекта и объекта.
Логически представляется правильным заключить, что отождествление - основа зависимости. Но этот вывод неправильный и в высшей степени вредный. Руководствуясь этим ошибочным выводом, мыслители и философы, которые определяли судьбу метафизической мысли на протяжении многих столетий, пропагандировали практику обретения свободы, которая оказалась вредной для жизни искателей истины. Именно они сделали вывод о том, что отождествление - основа зависимости. Это неправильный вывод но для того, чтобы оценить причиненный им вред, мы пока пример это утверждение за верное и проанализируем его более тщательно.
Когда считалось, что отождествление - это зависимость, то свобода естественно рассматривалась в смысле неотождествления. Считалось, что, если человек не отождествляет себя с познаваемым объектом, то он находится в состоянии свободы. Такое метафизическое понимание, которое, в действительности является неверным пониманием, породило различные практики обретения свободы. Оно провозгласило поддержание самоосознания как техники, позволяющей избежать зависимости от отождествления. Те, кто стремились обрести свободу, пытаясь поддержать самоосознание, прибегали к практикам, которые включали в себя воспоминание о Боге в то время, как они были заняты процессом познания в мире или во время деятельности в повседневной жизни.
Второй способ заключался в том, чтобы попытаться продолжать осознавать свое собственное Я, будучи занятым опытом и активностью. Стараясь поддержать осознание Я, глядя на цветок, ученик начинал думать: "Я смотрю на цветок". Упор в его мысли делался на Я. Те, кто пытались поддерживать сознание Бога, хранили в своем уме идею о Боге, помня о Боге, будучи занятыми действием. Считалось, что, если бы кто-то отождествлял себя с идеей о Боге, то его ум, занятый Богом, был бы свободным от отождествления себя с объектом опыта.
Такими практиками, когда человек старался поддерживать самоосознание или сознание Бога, занимались со всей искренностью. Результат, однако, был фатальным. Попытка поддерживать самоосознание или сознание Бога на уровне мышления и, в то же время, заниматься деятельностью только разделяла ум. В то время, как половина ума была занята поддержанием самоосознания или воспоминаниями о Боге, другая половина была занята внешней активностью. Эта практика разделения ума просто ослабляла ум. Страдала работа, так как она не получала полной концентрации ума, а самоосознание или сознание Бога оставались только мыслью на уровне грубого, сознательного мышления. Оказывалось, что ученик не находился полностью ни в области активности, ни в состоянии сознания Бога.
Длительная практика разделения ума, таким образом, приводила к ослаблению личности. Те, кто практиковали это, не развивали ни самоосознания, ни сознания Бога, не добивались успеха в миру Причина очевидна. Когда практичные люди обнаружили, что жизнь тех, кто посвятил себя Богу или метафизике, принадлежала наполовину миру и наполовину была вне его, у них развилось странное отношение к такой практике: они переставали доверять техникам духовного раскрытия, так как увидели, что те, кто посвятили себя им, были непрактичными в жизни, слабыми и нединамичными.
Мысль о свободе, хотя и представляется хорошей, всего лишь мысль, а не состояние. Мысль о свободе так же сковывает, как и любая другая мысль. Мысль по самой своей природе уводит человека от его Я. Когда ум начинает забавляться мыслью, он вступает в область двойственности, и мысль затеняет сущностную природу ума. Поэтому любая мысль вызывает отождествление. Так проблема отождествления совсем не была решена, когда человек думал о своем Я или о Боге. Поэтому такие практики не смогли принести свободы, и поэтому поиски свободы остались неудовлетворенными и были загрязнены этими практиками, лелеявшими идею о божественном Я или Боге на уровне мышления.
Основной ошибкой было то, что само отождествление считалось зависимостью. Фактически отождествление - это не зависимость. Что, действительно, является зависимостью, так это неспособность поддерживать Бытие наряду с отождествлением, будучи занятым опытом и активностью.
Если бы отождествление было зависимостью, то свобода была бы возможна только в состоянии после смерти, когда человек перестает испытывать и прекращает активность. Пока человек жив, он продолжает познавать и действовать, и поэтому для него невозможно избежать отождествления в течение (времени) его жизни.
Отождествление не есть зависимость, так как жизнь в мире должна быть свободной, а процесс жизни в мире влечет за собой отождествление самого себя со всем в нем в целях познания и активности.
Отождествление не должно пугать искателей истины. Просто должно быть развито такое состояние ума, когда ум, занятый внешними вещами, не позволял им затенять чистое состояние Бытия.
Поддержания Бытия нельзя достичь просто думая о Бытии. Бытием можно спонтанно жить на уровне мышления только тогда, когда сама природа ума преобразуется в природу Бытия. Тогда все опыты будут протекать на уровне Бытия. Только тогда станет возможным, чтобы опыт не затенял или отвергал действительность Бытия. Бытием будут жить наряду с отождествлением.
Если человек думает о Бытии, то это только мысль о Бытии, но не состояние Бытия. Для того, чтобы Бытие утвердилось в самой природе ума так, чтобы в состоянии бодрствования, сновидений или глубокого сна, на протяжении всей активности и неактивности в жизни на пути Бытия не возникало препятствий, и оно не затенялось, нужно, чтобы ум преобразовался в природу Бытия.
Для этого необходимо, чтобы знакомство ума с состоянием Бытия достигло такой степени, когда он живет Бытием при любых условиях и в любых ситуациях жизни. Это возможно, если позволить сознательному уму испытать тонкие состояния мышления, в конечном итоге, трансцендировать тончайшую мысль и достичь трансцендентного состояния Бытия. Через регулярную практику Трансцендентальной медитации природа Бытия настолько утверждается в природе ума, что никогда никакой опыт не сможет её затенить.
Это непрерывное насыщение ума абсолютным сознанием - блаженством утверждает его в состоянии непреходящей свободы когда ум отождествляет себя с объектами опыта или активности даже тогда Бытие поддерживается. Это состояние вечной свободы, которому не может воспрепятствовать и которое не может затенить никакое состояние опыта, активности или пассивности в относительном существовании.
Следовательно, свобода в жизни принадлежит области Бытия Она может быть установлена только через практику Трансцендентальной медитации, которая устанавливает чистое Бытие в самой природе ума, перенося ум в поле трансцендента. Этой вечной свободы никогда нельзя достичь, просто поддерживая мысли о Бытии или мысли о Боге.
Бытие или божественное, или Бог есть то, чем нужно жить; причудливая мысль о Бытии не много помогает в практической жизни. Можно лелеять в уме мысль о Боге, но такая мысль, хотя и может приносить психическое удовлетворение, не дает преимуществ действительного контакта со всемогущим Богом. Такая мысль - лишь абстрактная фантазия, это - не конкретное состояние. В этом заключается основное различие между тем, чтобы действительно преуспеть в установлении вечной свободы в жизни, и тем, чтобы остаться поглощенным мыслью о свободе.
Такое неверное понимание в области метафизики на протяжении многих столетий помогало только вводить в заблуждение настоящих искателей истины и создавало огромную пропасть между духовным и материальным.
Вся концепция свободы и пути её достижения в жизни настолько деликатна и тонка, что легко может быть потеряна в потоке времени. Когда волшебная нить потеряна, вся область понимания и познания реальности становится неясной.
Свобода в сознании Бога обретается, когда мы ведем ум к области сознания-блаженства, а не когда мы думаем о сознании-блаженстве и создаем настроение этого блаженства. К сожалению, реализация Бога или вечная свобода на земле, оставалась только на уровне обычного мышления. Поэтому мистические практики во имя просветления и реализации Бога оставляли большинство учеников на уровне простой мысли о божественном или в надежде однажды реализовать её.
С мыслью о Боге ум может вторгаться в абстрактное. Мысль может захватить ум, и ученик может потерять ясное представление о внешнем окружении и почувствовать, что он испытал состояние космического сознания. Это чистая иллюзия. Сосредоточившись на идее быть королём, человек никогда не сможет достичь статуса короля. Думая снова и снова о том, что он - король, никто в действительности не может обрести королевский сан. Чтобы быть королём, необходимо быть возведенным на трон и тогда наслаждаться статусом короля. Чтобы достичь сознания Бога и жить сознанием Бога в жизни, необходимо достичь области божественного.
