Ужин прошел в теплой обстановке. Старшее поколение позволило молодым уединиться, пока они общались «по-стариковски». Но Виктор с честью выдержал это испытание, ведя беседы на отвлеченные темы, не выставляя себя перед потенциальной невестой скучным субъектом, и не привлекая к себе ее особого внимания.
Самый обыкновенный ни к чему не обязывающий треп. Немного рассказал об армии и получении орденов, сделав акцент на опасность службы, о том, что он несколько раз был на волосок от гибели. Ну и ввернул, что его ничто так не завораживает как риск и жажда схватки. Не больно-то и соврал, между прочим.
Вскоре Виктор поспешил откланяться. Ночевать у Аршиновых категорически отказался. Вещи его в гостинице, а завтра в полдень у него поезд. Билет уже в кармане. Останься здесь, и с утра придется бегать как ужаленному. Но впредь обещал больше так не поступать.
В гостинице администратор вручил ему короткую записку от Григорьева, с приглашением завтра в первой половине дня навестить его на службе. Похоже, намечалось продолжение их разговора в Виноградовске. Что же, вполне ожидаемо.
Глава 24. Не та дичь
— Разрешите, товарищ подполковник, — постучавшись заглянул в кабинет Нестеров.
— О! Витя! Заходи, чего замер в дверях, — обрадованно произнес Григорьев.
Такое впечатление, что они не виделись как минимум год. На деле же тот навещал его в Виноградовске всего лишь неделю назад. Ну и такой момент, что хозяин кабинета сам же его и вызвал.
— Здравия желаю, товарищ подполковник, — бросив ладонь к обрезу фуражки, поприветствовал его Нестеров.
— Присаживайся, — указывая на приставной столик, пригласил хозяин кабинета.
— Александр Трифонович, я прошу прощения, но у меня в полдень поезд. Вещи уже в камере хранения на вокзале, — сразу же обозначил Виктор, коль скоро все указывает на неофициальный характер беседы.
— Витя, ты забыл, что сбор информации это моя работа?
— Помню. Просто хотел напомнить, что у меня отпуск, и я уже полтора года не был дома.
— Я не задержу тебя. Вот, это поручительство в государственный банк на получение шестисот тысяч беспроцентного займа. С зубами вырвал. Цени, — подвинув по столу бланк, произнес подполковник.
— Зачем мне это? — и не думая брать листок, поинтересовался Виктор
— Забыл о чем я говорил в Виноградовске? Тебе нужно стать характерником.
— Зачем мне это? — вновь повторил вопрос Виктор.
Нет. Зачем это ему, он знал. Не то, чтобы считал эту задачу первостепенной, но понимал, что коль скоро получил соответствующее образование, то упускать шанс стать характерником глупо. Но зачем это нужно подполковнику Григорьеву? Вот не верилось, что он хоть что-то делает просто так.
— Ты же хотел в Испанию? — откинулся на спинку стула, Александр Трифонович.
— Хотел, — подтвердил Нестеров.
— Но не столько туда, сколько в принципе попасть на войну, — убежденно произнес подполковник. — И я тебе это обеспечу. Отправишься со мной. Конечно, если сам того захочешь. Я могу и приказать, но не хочу делать это с сыном Антипа.
— Куда?
— Разумеется в Китай. Испания нам интересна как полигон, и возможность подготовки кадров для ведения войны в современных условиях. Китай же, это сфера наших внешнеполитических интересов.
Ну, тут Григорьев Америку не открыл. ДВР уже давно поддерживает Гоминьдан, правящую политическую партию Китая, возглавляемую Чан Кайши. Республика изначально помогала им инструкторами, снаряжением, вооружением, военной и боевой техникой. По разумной цене предоставила лицензии на производство стрелкового и артиллерийского вооружения.
Благодаря этому ДВР сумела обеспечить себе рынок сбыта вооружений, боеприпасов и снаряжения. Мощностей самих китайцев, в условиях непрекращающихся конфликтов, едва хватало на обеспечение своей армии. И даже сейчас они частично вели закупки у республики. Если же начнется серьезная война, то им явно потребуются крупные поставки извне.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
К слову, японцам это категорически не нравится. От того и пограничный инцидент тридцать пятого года. Тогда они решили попробовать дэвээровцев на зуб, и результатом пробы самураи остались явно недовольны. Хотя это их особо и не впечатлило, от попыток укусить русских, они все же решили пока воздержаться.
Получается, Григорьев хочет предложить Нестерову работу военного инструктора. Допустим. Но при чем тут Умение «Характерник»? Зачем это нужно ему? При личном отсутствии доступа к Эфиру желает иметь рядом с собой того, на кого сможет положиться? Ведь он прямо сказал, что отправляется на китайскую сторону. Скорее всего так и есть.
— Так зачем мне нужно изучить «Характерника»? — вновь поинтересовался Виктор.
— Да ты и сам все понял. Меня отправляют в помощь китайским контрразведчикам. Заодно продолжить работу с агентурной сетью, а по возможности и расширить ее. Ну и попутно провести полевые испытания «Камуфляжа». Для наиболее эффективной работы мне придают характерника. Но в этом деле лучше иметь под рукой того, кому доверяешь. О моем положении в ДБР ты и так знаешь. Сомневаюсь, что мои доброжелатели упустят случай, чтобы ужалить побольнее.
— Ясно. Только ведь даже беспроцентный займ нужно возвращать. А мне сейчас это сделать весьма затруднительно. Избытка-то нет. Все уходит в рост ступеней Сути. И до потолка мне еще целых два с половиной миллиона. При всем моем везении и усердии, за три года мне удалось поднять полтора.
— Гораздо больше, Витя. Полтора это только то, что ты скопил на счету в банке. Так что, не стоит прибедняться. Забирай, — вновь подвинув к нему листок, произнес подполковник. — У тебя есть отсрочка платежа на три года.
— А после?
— Ну если ты окажешься таким олухом, что не сможешь получить необходимое на войне, купишь. Уже сегодня твои ежемесячные доходы превысили шестьсот рублей, и дальше будут только расти. Да плюс тройной оклад. Так что, найдешь чем расплатиться. Опыт же пойдет в твое развитие.
— Звучит резонно, — забирая бланк, произнес Виктор.
Вообще-то, Нестеров как раньше, так и теперь Григорьеву ничего не должен. Опыт? Всего лишь небольшая услуга. Виктору придется вернуть все до последнего. Разве только без процентов. То, что он непременно будет участвовать в боях? А иначе как же испытывать «Камуфляж». Так ведь он правдами и неправдами, а своего все равно добился бы и попал на войну.
— Кстати, Витя, как у тебя дела с иностранными языками?
— «Лингвистика» на третьей ступени, английский, японский и китайский в рамках учебной программы.
— Плохо. За время отпуска постарайся подтянуть японский и китайский.
— За месяц?
— Ну подними «Лингвистику» на четвертую ступень. Говорят, что при этом языки усваиваются походя.
Вообще-то, «Лингвистика» серьезное подспорье, а уж на третьей ступени, так и подавно. Словарный запас увеличивается с поразительной быстротой. При погружении в языковую среду возможно овладеть иностранным языком за сравнительно короткий срок. Акцент конечно никуда не денется, но это ведь и не столь важно, если ты будешь хорошо понимать речь и читать тексты.
Но все меняется с получением четвертой ступени. В этом случае акцент попросту исчезает. Непонятно как такое возможно, при том, что его причина в пропадающей эластичности голосовых связок у взрослых. Но факт остается фактом. Мало того, при определенных усилиях возможно даже поставить выговор той или иной области и сойти за ее уроженца. И наконец самое главное. Изучение иностранного языка упрощается в разы.
Виктор посмотрел на подполковника, но тот только улыбнулся и покачал головой.
— Нет, Витя. Не пойдет. «Характерник» мне нужен. И под него выбить опыт я не поленился. А вот с «Лингвистикой» решай сам, нужно оно тебе или нет. Третья ступень говорят тоже неплохое подспорье. Просто нужно поднапрячься. Вот и трудись.
— Есть трудиться.
— Как вернешься из отпуска, жду у себя. Ну все, привет родителям, — пожимая руку, попрощался Александр Трифонович.
