Заем дал уже двадцать миллиардов рублей.
11 июня 1943 года
(Чем будет отмечен день 22 июня?) Солнечно, лето в расцвете. В саду распустились лиловые цветы...
Количество немецких эшелонов под Ленинградом увеличивается; подтянуто триста тяжелых танков; активизируется деятельность в портах противника (на Финском заливе); обнаружены вражеские десантные суда. Противник стремится разбомбить наши базы и коммуникации, но у нас преимущество в воздухе, прочная оборона, больше артиллерии.
Быть начеку! Не прозевать!..
В. Пронин вернулся с Ладоги в Ленинград и едет работать в партизанский отряд. Молодец!
Продолжаю читать "Историю немецкой литературы" - главы о Гете и Шиллере. Как нынешняя немецкая литература деградировала с тех пор!
Остров Пантеллерия капитулировал... Там было пятнадцать тысяч солдат и офицеров (?).
Полночь, но совсем светло - можно читать без лампы. Полоса зари... У окна вьются паутинки и много маленьких паучков быстро-быстро разбегаются в разные стороны. Вдыхаю свежий запах сада и думаю, думаю о пьесе - как не хочется ее переделывать...
12 июня 1943 года
Солнечно. Утром короткая тревога.
Вся жизнь вошла в общий ритм войны и работы. Быт совсем оттеснен: есть военная форма, паек - и все в порядке. Нет забот о хозяйстве, об одежде и пр.
Диктую... Кажется, одолел в третьем акте трудное звено, - там был уход в философию вообще, а нужно, видимо, большее сцепление с действием.
Диктовал до 6.30 дня. Закончил бы работу, но сорвал вызов в лекторий. Надо там выступить. Закончу завтра, и экземпляр пьесы будет "на столе". Затем, до четверга, последние выверки и шлифовка.
Выступил в лектории. Рассказал ряд эпизодов из истории Балтийского флота: о Маркине, Железнякове, Папанине.
Потом шли с С. К. по набережной Невы, по Кировскому проспекту, а в это время передавали по радио мою речь о Пушкине и звучали мои слова из радиорупоров на пустынных улицах Ленинграда...
Чудный теплый вечер. Вдали - вспышки зенитного огня. Пулеметная стрельба... Сегодня было предупреждение о возможном массированном налете. Видимо, немцы взбодрились или хотят потерять штук пятьдесят самолетов?..
По радио: Рузвельт предлагает Италии выйти из войны...
Вдруг - где-то чьи-то вопли, истерика... Видимо, любовная драма. Как странно слушать в тишине белой ночи эти стенания. Но c'est la vie{131}.
12 июня 1943 года. Воскресенье
Диктовал пьесу с 9 утра. К 11 кончил. В финале есть перегруз. Надо отжать... Ночью пришло в голову название пьесы (в плане моих прежних названий) - "У стен Ленинграда". В нем есть и торжественность, и масштаб, и история.
Отдых... Сижу у окна. Напротив - розово-желтая стена дома залита солнцем. Небо почти итальянской голубизны. Медленно вращается флюгер галльский петушок... В саду, среди цветов, кружатся белые бабочки. Осколки битого стекла празднично поблескивают голубоватыми отсветами.
В час дня поехал по Токсовской дороге в Медвежку - в разведбатальон КБФ. Радушная встреча. Тут и командиры и радиоразведчики. Среди них капитан, участник одесской обороны.
Из его рассказа.
"Одесса дралась хорошо. Работали в трудных условиях. Город остался без воды. Мы жили на шампанском и нарзане, но хватило не надолго. "Лондонская гостиница" разбита, как и весь центр города. Тяжело было уходить. Все пришлось взрывать... В катакомбах оставили запасы для партизан и подпольщиков".
Народ в батальоне бывалый, острый. Просмотрел у них некоторые материалы... Различные прогнозы в иностранной прессе... Статья о неминуемом самоубийстве Гитлера...
Сделал два выступления для матросов разведбатальона и в 8.30 вечера доклад в ДКАФе на тему об истории русского флота. Потом там же слушал Берлин, - пожалуй, впервые за два года. Странное ощущение...
Вернулся в город... Ночью душно, барометр падает. Устал. Голос осип от выступлений.
13 июня 1943 года. (День Объединенных наций.)
Прошел дождь... Все в цвету...
Мысли о будущем. - Ход событий покажет - прочны ли и длительны ли наши связи с Англией и США; будут ли они нас "мягко" зажимать, стремясь так или иначе блокировать СССР, или будут найдены компромиссные решения... При всех обстоятельствах СССР необходимы партнеры для "равновесия" в будущем. Китай? Или, может быть, всплывет тема Германии?
Вечером пришел В. Пронин, - уже в армейской форме, которая ему очень к лицу. Он отправляется через Хвойную на партизанскую базу в город В. Бодр, подводит итоги двух лет своей службы в КБФ... Я чувствовал во время беседы его взволнованность и сам волновался, - провожаю человека на большое дело! Сидим, и слов не хватает... Просил его писать для "Правды" и мне. Расцеловались...
Дождь... Сильный ветер, шумят деревья... Гул артиллерийской стрельбы.
15 июня 1943 года
Мысли о послевоенном периоде.
Какова будет естественная реакция на нынешнее сверхнапряжение? У Германии, видимо, это вызовет общий кризис: экономический и духовный. Германия, дважды разбитая за тридцать лет, может захиреть, если англосаксы ее опять не подпитают двадцатью - тридцатью миллиардами, - хотя бы для того, чтобы снова толкнуть ее против нас. Но мне думается, что на этот раз мы поможем освобожденной от Гитлера Германии.
Искалеченная Гитлером Франция будет упорно добиваться своего места в ряду великих держав.
СССР (хотя мы и понесли очень крупные потери) быстро восстановит силы и шагнет вперед - к высшим нормам жизни, к новым экономическим и культурным успехам, в океан мировой политической борьбы.
Читал Бисмарка*. Забавен третий том - брюзжание отставного канцлера. Попутно прочел и его биографию.
Приятная новость: на острове Сескар любители-моряки поставили "Раскинулось море широко".
Я бы хотел написать новую пьесу - просто о людях, о тайнах их духа, мыслей (без "военной установки"). Современный человек - существо сложное, он пережил за несколько десятилетий столько передряг, переворотов, измен и войн. Он был религиозен, был окопником (1914-1917 годы), был героем Октября, героем Гражданской войны, атеистом, интернационалистом, немного нэповцем, героем социалистического строительства и, наконец, - героем нынешней Отечественной войны. Сколько наслоений, какая эволюция у людей за сорок - пятьдесят лет! Какая стойкость и вера в грядущий коммунизм.
Я чувствую, что работа над пьесой (хотя ее уже кромсают) разбудила во мне какие-то новые творческие силы.
Готовлюсь ко второму чтению пьесы 17 июня, в четверг. Читка будет в том здании, где я обучал в 1922 году рулевых и где в 1936-м был первый просмотр "Мы из Кронштадта" для Балтийского флота.
Стараюсь уединиться, выключиться...
С. К. читает чистый экземпляр пьесы. Говорит: "Хорошо, Только больше не сокращай".
16 июня 1943 года.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
