Главное - только не ошибиться!
***
Альена замерла. Она не пыталась вырваться из объятий демона совершенно не потому, что у нее созрел хитрый план по избавлению от назойливого ухажера, не желающего признавать свои неправомочные действия.
Нет.
Сейчас она (даже разомкни Айвен удерживающие ее объятья) не смогла бы сделать ни одного шага, который бы отдалил ее от такого временами вредного, но бесконечно любимого и до боли желанного демоненка. Вместе с обжигающе острым ощущением его рук, на девушку обрушился настоящий шквал эмоций. Очень сильный, противоречивый и буквально сбивающий с ног, вызывающий сладкую дрожь во всем ее существе и мешающий разумно мыслить.
Ее сердце уже не просто учащенно стучало, сейчас оно, казалось, было готово выпрыгнуть из груди. Все ее тело вдруг охватило какое-то чудесное предвкушение, надежда и неясное опасение, что сейчас эти сжимающие ее объятья, просто разомкнутся, отпуская свою "жертву" на волю. Но разве хотелось ей в данный момент свободы?
Альена еще пыталась вынырнуть из туманящего ее сознание омута, не понимая, наяву это происходит или мерещится во сне, однако сделать это уже никак не получалось.
А ведь еще несколько мгновений назад, как только она поняла, что Веник уже пришел в себя и теперь просто пользуется ее благосклонностью, она словно попала под ледяной душ и, досадуя за проявленную слабость, намеревалась гордо уйти. Но теперь... теперь она не может даже пошевелиться! Не может и, что обиднее всего, не хочет! И мечтает, чтобы эти волшебные мгновения длились бесконечно...
А Айв, еще крепче прижав человеку к себе, медленно то ли выдохнул, то ли простонал, прижавшись губами к ее макушке:
- Аля...
***
***
Несмотря на то, что поводов для веселья вроде бы и не было, Эмли с большим трудом удерживался от смеха. Пожалуй, если бы не многовековой опыт и наличие личины (которая частично, но маскировала выражение его лица), скрыть свое веселье ему бы и не удалось. Будь он один, демон наверняка бы рассмеялся от души над всей ситуацией, которую невольно спровоцировал любимый сынок, решив, что его невесте угрожает реальная опасность. Вот только Джоунсы с недоумением и возмущением смотрящие на него, такое его поведение вряд ли бы поняли, поэтому-то он и сдерживался из последних сил. Уж слишком только что произошедшая сцена не соответствовала привычному поведению всегда здравомыслящего и хладнокровного Айвена. Впрочем, вспоминая свое поведение (а ему тогда было почти 800 лет) в тот период, когда он добивался своей Единственной, можно смело сказать, что Айвен проявляет просто чудеса здравомыслия и сдержанности.
Во всяком случае, можно надеяться, что за ним рассерженный отец его возлюбленной с вилами гоняться не будет.
Эмли невольно вздохнул, погружаясь в мимолетные воспоминания - слишком дорог был каждый миг навсегда утерянного счастья.
А ведь всего-то замечтался тогда, вспоминая сладкие губы своей Истинной пары, и вместо коровы попытался подоить племенного быка. Бык такого внимания не оценил и искренне глубоко возмутился, попробовав поднять незадачливого дояра на рога. За что и получил от него кулаком аккурат между воинственно нацеленных рогов. К сожалению, пережить этот удар оскорбленный бычара не смог. Что, вполне справедливо, не понравилось его владельцу, который, увидев творившееся безобразие, рассвирепел. И, недолго думая, схватился за подручный инструмент для вразумления нерадивого работника.
Ох и побегал же он тогда... Вначале от фермера, потом в поисках племенного быка на замену невинно убиенному парнокопытному.
А уж сколько свою звездочку уговаривал, чтобы на него не сердилась! Ведь он не ради смеха устроил такой цирк. Это сейчас смешно вспоминать давнюю историю, ностальгически переживая раз за разом каждое (даже такое!) мгновение ухаживания за своей любимой, а тогда ему вовсе было не до веселья. Хорошо, хоть свидетелей, видевших компрометирующий его, как здравомыслящего Высшего демона, поступок, оказалось не слишком много.
Впрочем, не время предаваться воспоминаниям.
Конечно, после столь триумфального появления Айвена объяснить будущим родственникам, почему именно его сын станет для их дочери идеальным мужем, будет достаточно долгим делом.
Хотя, в принципе, возможно. Вот только делать это нужно как можно быстрее, поскольку, судя по всему, родители его невестки долго ждать объяснений не намерены. Особенно если судить по тому, какие они на него бросают недобрые взгляды.
Стремясь подать пример благоразумия и сдержанности, и показывая готовность объяснить все произошедшее, Эмли демонстративно огляделся, сделал несколько шагов по комнате и уселся на уцелевший после визита Наследника стул.
- Ну и? - требовательно произнес Велий Джоунс, как только он уселся. - Что же Вы такое хотите нам объяснить, уважаемый?
- Да причем тут какие-то объяснения! Пускай вначале Алечку нашу вернет, а потом уже мы подумаем, говорить с ним или сразу же в ближайшее отделение стражи заявление писать пойти! А то, ишь - демона он покрывает! Дескать, ничего страшного, всего-то зять наш будущий, по-родственному зашел!
- Мам... - потянув за рукав платья, попытался привлечь внимание женщины Ларс. - А может, все же вначале послушаем? Алька-то того демона по имени называла! Помнишь?
- Действительно, Мина, не горячись, - поддержал сына Велий. - Может, все и не так уж плохо? Давай вначале послушаем, что нам расскажут.
Терпеливо дождавшись, пока все члены семейства Джоунсов усядутся напротив него на диване, Эмли слегка откашлялся и приступил к объяснениям.
- Поверьте, увиденный вами демон, несмотря на свое столь эффектное появление, не сделает вашей дочери ничего плохого. И мужем ей хорошим станет. Тем более, что в силу некоторых обстоятельств, уже поздно другого жениха ей искать, потому что...
Договорить ему не удалось.
- Почему это поздно?! - возмутилась Мина. - Вы на что это тут намекаете? Наша Алечка - девушка порядочная! Мы ее правильно воспитывали! А даже если этот рогатый ее соблазнил, всяческими своими демонскими штучками пользуясь, и ребенка сделал - так нам внук только в радость будет! И свою дочь мы всяким проходимцам, пугающим честных людей, не отдадим!
Слушая возмущенный монолог приемной матери Альены, словно тигрица бросившейся на защиту своей дочери, Эмли досадовал на самого себя за неудачно сказанную двусмысленную фразу. Однако останавливать женщину не торопился. Пускай выговорится, как говорится, пар спустит.
Впрочем, судя по всему, немного успокоиться необходимо было не только ей. Поскольку то сжимающиеся, то разжимающиеся кулаки и одинаково решительные выражения лиц у отца и сына Джоунсов не оставляли никакого сомнения в их намерениях. Похоже, чем дольше длилась речь орсы Мины Джоунс, тем все больше мужчинам хотелось сорваться с места и бежать спасать свою родственницу, предварительно вытряхнув из него (причем в буквальном смысле) сведения о ее местонахождении.
Нарушать свои же законы Эмли не любил, и старался их придерживаться. Вот только иного способа, кроме как повоздействовать на свою будущую родню магией, для того чтобы с ними спокойно поговорить, он не видел.
Легкий, успокаивающий морок и слабенькое заклинание убеждения, накинутые на Джоунсов, сейчас лишними явно не будут. Тем более что вряд ли хоть один суд в его государстве возьмет к рассмотрению дело о неправомочном применении им магии в целях получения личной выгоды.
Представив такую ситуацию и усмехнувшись про себя, демон осуществил задуманное. Конечно, такое воздействие - это не очень-то и честно по отношению к семье Альены, но зато теперь точно можно быть уверенным в том, что к его словам прислушаются и услышат, а не пропустят мимо ушей, уже все для себя решив.
