только делать это становилось все труднее и труднее. И поэтому, когда свисток Бабаджана возвестил о конце первой половины встречи, гости выдохнули с облегчением. Отбились!
Игроки обеих команд молча ушли в раздевалку под жидкие хлопки зрителей. Отдых был необходим и тем и другим. Сил потратили много.
В отведенной гостям просторной комнате Ракитский со злостью швырнул на кресло снятые перчатки.
— Какого черта? — Сашка обвел одноклубников яростным взглядом. — Я вас спрашиваю, какого черта происходит? Почему все время даете свободно бить? У нас что сегодня, день открытых дверей — заходи в штрафную кто хочешь, делай там, что хочешь. Защита, почему позади проходной двор? Я что, рыжий на манеже, в одного публику развлекать?
— Хочешь, давай поменяемся, — огрызнулся Аничкин. Витька стянул мокрую грязную футболку, положил ее и направился к массажному столу. — С тем же успехом, я могу полузащитникам претензии высказать: почему не оттягиваетесь назад, почему не страхуете? Мы тоже не в состоянии сдержать всех их форвардов. Ген, поработай хорошенечко над ногами, мышцы сводит, — попросил он массажиста Морозова.
Тут уже завелся Маслов. Благо, Валерка никогда не отличался спокойным нравом. Да и за словом в карман не лез.
— А почему бы нам тогда о своих нападающих не поговорить? — ядовито поинтересовался он. — Бегают порожняком, мяч не держат, по воротам чехов не бьют почти. Знаете, как во время войны говорили: лучшее средство ПВО — это свои танки на аэродроме противника. Чем больше вы будете держать их в напряжении, тем проще и легче будет у наших ворот. Малой, ты сегодня вообще квелый какой-то, что случилось, живот болит?
— Хорош вам лаяться, — Мельник устало вытер лицо полотенцем. — Чего завелись, игра еще не проиграна.
— «Не проиграна», — передразнил его Ракитский. — Когда продуем, поздно уже будет отношения выяснять. Ползаете по полю, как беременные воши, вздохнуть невозможно!
— Ты говори-говори, да не заговаривайся, — обиделся Еврюжихин. — За языком следи, не хрен обзываться. — Его слова нестройным гулом поддержали другие футболисты.
— Если бы не Сашка, нам бы уже штуки три положили, — вздохнул Вадим Иванов. До этого защитник молча сидел в своем кресле, прихлебывая крепкий, почти черный чай. — Имеет полное право ругаться.
— Мельник прав, — вмешался вдруг в перепалку Бесков. До этого Константин Иванович стоял в дверях раздевалки, прислонившись к косяку. — Матч еще не проигран. К счастью. И, если вы возьмете себя в руки, и потратите силы не на выяснение отношений друг с другом, а на соперника, то сможете сравнять счет. Для начала. — Старший тренер обвел пристальным взглядом своих футболистов. — А потом можно подумать и о победе. Кстати, Малой, ты бы не только языком молол, но и на поле показал что-нибудь путное. Смотри, — пригрозил он, — уедешь с белыми мишками мяч пинать.
— Вы же говорили, что вопрос обо мне решен, — вскинулся Данила. — Я ведь заявление написал, документы все предоставил. Обещали же.
— Обещанного три года ждут, — криво усмехнулся Бесков. — Ты в Москве поздновато свой концерт выдал, нужные люди к тому времени уже ушли. И ушли разочарованными. А это значит, что судьба твоя покамест не прояснилась до конца.
Вот суки, вызверился про себя юный форвард. Что, так и будут теперь без конца пугать возможной отправкой в воинскую часть? И как ослику, подвешивать перед носом сладкую вкусную морковку в виде возможного оформления во внутренние войска или какие-нибудь иные структуры, которые связаны с их спортивным обществом? Нет, понятно, что для руководителя оптимальной является ситуация, когда на подчиненного имеется какой-нибудь компромат или рычаг давления — в этом случае человек становится легко управляемым. Но бесконечно давить на мозоль тоже не вариант. Привыкаешь.
— Так может мне лучше в морфлоте подождать? — ощетинился Данила и глянул на тренера с вызовом. — Меня в военкомате просветили, там как раз три года служат. А потом, с чистой совестью, хоть в «Спартак», хоть в «Торпедо».
— Молчи, дурак, — пихнул его в бок Маслов. — Не буди лихо!
Бесков побагровел.
— Дерзишь? — с угрозой осведомился он. — Ладно, разберемся! — Константин Иванович вышел из раздевалки, хлопнув напоследок дверью.
— Какая муха тебя укусила? — обеспокоенно спросил Аничкин, глядя с жалостью на Данилу. — Сидел бы, помалкивал, да кивал. Нет, огрызаться вздумал. Теперь вот гадай, как Бес решит. Возьмет, да и сдаст тебя воякам.
— По фиг, — закусил удила Мельник. — Я в каждом матче жопу рву, все ноги в синяках и кровоподтеках. Что, хуже других играю? Так скажи честно, капитан, мол, балласт ты Мельник, на хер с пляжа! Говори, я пойму. Молчишь. Так какого лешего Иваныч меня каждый раз пугает? Люди у него, видишь ли, нужные ушли. Я что, по заказу на определенных минутах должен забивать?
— Было бы неплохо, — мечтательно прогудел Рябов. Данила аж поперхнулся на полуслове от такой милой непосредственности товарища.
— Да идите вы все…к монаху! — юноша расстроено махнул рукой и пошел к выходу.
Второй тайм начался под аккомпанемент отчаянных криков: «Слован», «Слован»! Зрители погнали своих игроков на штурм ворот гостей с первых же минут. Но и гости, немного отдохнув, ответили на этот натиск, не тушуясь. Двадцать два футболиста сошлись в напряженной схватке. Мяч метался по пожухлой траве с одной половины поля на другую. И видимого преимущества пока не было ни у одной из команд.
Вот пятнистая сфера уже у ворот Ракитского. Сашка отчаянно бросился в самую гущу игроков и сумел таки забрать, снять кожаный снаряд в последнюю секунду с ноги Яна Чапковича, который уже замахнулся для удара. Форвард едва успел остановиться, чтобы не нанести травму советскому вратарю.
Ракитский пружинисто вскочил, бесцеремонно растолкал мешавших ему игроков, и сильно выбил мяч. Тот описал красивую дугу и приземлился на газон чуть ли не в центральном круге. Один из защитников «Слована» хотел погасить отскок и забрать круглого, но не рассчитал и промахнулся. И этой ошибкой мгновенно воспользовался подкарауливший ее Семин. Юрка подхватил мяч и на широком шаге двинулся к воротам Венцеля. Переступами обманул еще одного игрока обороны, обошел его и, заметив начало рывка Данилы, отдал ему передачу на ход.
Мельник пулей устремился вперед. Сбоку его пытался остановить отчаянным подкатом игрок хозяев, но юноша вовремя заметил это и успел перепрыгнуть катившегося по земле защитника. Поймал на ногу мяч и, кинув быстрый взгляд по сторонам, технично, с закруткой, пробил в дальний угол над вышедшим слишком далеко голкипером «Слована».
— Тьфу, зараза! — сплюнул
