Будь Ферт не один, можно было бы организовать дежурство. Пока кто-то стоял на страже, другой бы отдыхал… Но не Алану же в дозор ставить. Травница, конечно, девица смелая и, несмотря на телосложение, выносливая и крепкая, но в разведку с ней Шейран бы не пошел. Не потому, что боялся, будто мернианка ударит в спину, просто она не сможет эту самую спину прикрыть.
Шейран мог разглядеть потолок пещеры, насчитал пару десятков колонн, но стен, как ни вглядывался, не сумел различить. Он хорошо видел в темноте, но у каждой способности, даже самой невероятной, есть границы — зал был слишком велик.
Пожалуй, мужчина был рад, что Алана видит хуже него. Метрах в пятидесяти от лестницы было устроено нечто вроде алтаря, на котором белели кости. В том, кому именно принадлежали останки, у Ферта не имелось ни малейших сомнений — человеческий череп ни с чем не спутаешь. Мало того, если присмотреться, можно было заметить на костях всполохи синих силовых линий. Если вспомнить перекрытый заклинанием ход и магию некоего Ульриха, это наводило на крайне неприятные выводы.
Древний и кровожадный культ Тхао был давно под запретом. Конечно, до Шейрана доходили слухи, что некоторые иерархи эрлайской церкви используют магию духа. Что охота на ведьм, которая в последние годы достигла поистине ужасающих масштабов, неслучайна. Но доказательств не было. Да и не копал Ферт в этом направлении, не его это было дело.
Меж тем Ульрих не побоялся при многочисленных свидетелях использовать запрещенную тхаомагию. Хотя откуда свидетелям взяться?.. Дэниел утверждал, что он единственный маг в Грейдене, всех других одаренных святоши давно выловили. Обычный человек магическую энергию видеть не способен, и не важно, речь идет о простой магии или магии духа.
Как бы ни хотелось виконту верить, что Ульрих всего лишь ренегат-одиночка, ряд признаков указывал на то, что последователей культа Тхао намного больше. А значит, Рианская секретная служба не только заговор у себя под носом не заметила, но и опасный древний культ пропустила. Слишком много совпадений; и это попахивало еще одним заговором.
На культ больше нельзя было закрывать глаза. Беловолосых святош в Империи развелось сверх всякой меры. Духовник императрицы и тот родом из провинции Эрлия… Необходимо выяснить, как далеко проникла зараза и сколь многие эрлайские священнослужители исповедуют культ Тхао.
В другое время, заметив следы тхаомагии, Шейран не сунулся бы в подземелье без поддержки как минимум пяти сильных магов. Но сейчас выбирать не приходилось.
Оставалось утешать себя тем, что кости, насколько Шейран мог судить издалека, пролежали на алтаре не один десяток лет, а судя по пыли на полу, в пещере давно не было людей.
Уровень воды понизился лишь на метр, когда виконт решил, что пора уходить. Чем быстрее они с Аланой уберутся из этого зала, тем лучше.
Будить девушку Ферт не стал. Не хотел тратить время на объяснения, выслушивать истерики, что опять придется лезть в холодную воду. К тому же досталось в последнее время девчонке сильно, пусть еще немного отдохнет.
Шейран взял спящую травницу на руки и начал спускаться по лестнице. Вскоре вода дошла ему до колена, потом до груди. В самом низком месте виконту пришлось поднять Алану над головой. Дальше идти стало легче.
Он прошел уже половину пути, когда Алана вдруг дернулась и тихо застонала. Шейран подумал, что сейчас ему придется выслушивать новую порцию упреков. Но девушка так и не проснулась, она лишь обняла мужчину за шею.
Прижимая к себе невесомое тело травницы, Ферт терялся в догадках, как он дошел до жизни такой. Когда виконт пробирался через заброшенные каменоломни в тюрьму эрлайской Тайной канцелярии, то был уверен, что собирается убить девушку. Это было самое разумное и простое решение. Переодевшись охранником, проникнуть в тюрьму. Убить опасного свидетеля. Тихо и незаметно уйти.
Но когда Шейран увидел Алану. Когда он заметил синяк, который украшал испуганное лицо девушки… Все мысли и планы выветрились из головы. Осталось лишь страстное желание придушить Фирдана голыми руками. И Ферт сделал то, что сделал. Поступил глупо. Безответственно. Непрофессионально. Если бы подобным образом повел себя кто-то из его коллег, Шейран первым бы потребовал отстранения агента. Слишком много инструкций он нарушил.
В коридоре, в котором они с Аланой чуть не утонули, воды уже не было. Только мокрый песок, осколки раковин, обломки досок и веток. Стихия отступила.
У выхода из подземного лабиринта Ферт остановился, прислушался. Никаких посторонних звуков снаружи не доносилось, лишь шум волн и крики чаек. Разве что к запаху моря примешивалась вонь гари.
Устроив девушку на камнях под сводом пещеры, Шейран вышел на пляж.
Солнце стояло высоко, время близилось к полудню. Он же обещал вернуться на рассвете. Виконт надеялся, что друзья его дождутся. Но при этом не мог сказать, как бы сам поступил на их месте.
Вокруг не было ни души. Хотя обычно в отлив на берегу сновало множество ребятишек, которые собирали крабов, раковины и прочие дары моря.
На горизонте виднелись силуэты нескольких кораблей.
Город с пляжа не просматривался. Но над скалами поднимался густой дымный шлейф. Странно. Пожар давно должны были потушить…
— Шейран! — негромко окрикнула мужчину травница.
— Проснулась все-таки, — виконт повернулся к девушке.
Приложив ладонь козырьком к глазам, Алана пыталась осмотреться. Травница забавно щурилась и время от времени зябко передергивала плечами.
— Ага… — отозвалась Алана. — Где мы?
— Недалеко от города.
Прическа девушки напоминала воронье гнездо. Голые коленки украшали многочисленные ссадины и синяки, платье на левом плече порвано. Разве что синяк на лице мернианки стал меньше.
— А дым? Откуда он?
— Когда тебя поймали, пришлось поджечь дом Дэна, чтобы уничтожить следы нашей деятельности.
— Ой! — Алана приложила ладонь к губам. Потерянно прошептала: — Я не хотела… Я правда не хотела, чтобы так вышло…
— Верю, — кивнул Ферт.
— И я ничего не рассказала.
— Мы оба с тобой знаем, рано или поздно ты бы выложила все… Впрочем, что об этом говорить. Надо убираться отсюда. И чем быстрее, тем лучше.
— Куда? — растерянно спросила девушка.
— В сторону пирсов. Надеюсь, что Дэн с Элли нас дождутся, как и корабль, который увезет нас из Эрлии.
— Нет. Я не могу! — попятилась травница. — Как я им в глаза буду смотреть после всего, что произошло?..
— Алана, тебя никто не винит, — вздохнул Шейран.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
