В конце II века Ириней обосновал значение христологии для всех аспектов богословия. На христианскую веру глубоко повлиял его антигностический упор на ценность Ветхого Завета и «домостроительство» Божье, а также концепция «восстановления» ролей Адама и Евы в Иисусе и Марии, развившая идеи Павлова Послания к Римлянам.
Дальнейший прогресс в обосновании истинности человечества, воспринятого вечным Логосом высшего Бога, был осуществлен Юстином, Иринеем и Тертуллианом в ходе антигностической полемики. Тогда же в центр рефлексии попали основные концепции богословия IV–V веков: личность, сущность, единство, Троица. Определение христианства как совершенного гнозиса (знания), охватывающего все другие формы мудрости – тезис Климента Александрийского – стал новым способом нейтрализации гностицизма.
Зенит доникейской христианской мысли – это труды Оригена (середина III века), впитавшие достигнутое ранее философское, библейское и богословское знание. Ориген создал самую продуманную защиту Иисуса от иудейских и языческих нападок, а также существенно уточнил учение о Логосе. Творение было необходимо от вечности из-за бесконечной благости Божьей: Бог не мог выразить себя без духовных и материальных объектов, которые он мог бы любить. Поэтому Сын/ Логос, через которого Бог создал мир и который был орудием откровения, также возник от вечности. Вочеловечившись же, он открыл Отца людям, а через свои страдание, смерть и воскресение искупил людей.
Логические рассуждения, отталкивающиеся от идеи бесконечной благости Божьей, привели Оригена к идее всеобщего спасения: спасутся не только праведники, но и (после заслуженных страданий) нечестивцы и сатана. С упразднением ада Бог, любящий Отец мироздания, будет все во всем. В принципе, такая позиция соответствует духу учения Иисуса, хотя в Новом Завете есть и отрывки, предвещающие грешникам Последний суд с их погибелью. К сожалению, однако, восторжествовали сторонники вечной огненной геенны.
К началу IV века церковь, еще не вполне готовая к этому, была вынуждена определяться. Все основные мыслители соглашались, что Христос есть Сын Божий, близкий к Богу Отцу, предсуществовавший и игравший роль при создании мира. Также они соглашались, что между Отцом и Сыном нет равенства. Даже Ориген решительно называл «Богом» с определенным артиклем лишь Отца, Сына же – «Богом» без определенного артикля, «вторым Богом», стоящим ниже Владыки мира. Все христианские авторы от Павла и Иоанна до Оригена утверждали, что Отец так или иначе выше Сына. Доникейская церковь придерживалась «субординационизма» и не верила в соравенство и совечность Отца, Сына и Святого Духа.
Раннехристианскую богословскую «ортодоксию» в вопросе об отношении между Христом и Богом, восходящую к Новому Завету, предельно ясно сформулировал Арий . Арий полагал, что выше всего – вечный, нерожденный и безначальный Бог, а единородный Сын имеет начало, причем был рожден по решению Отца (не по необходимости), и до этого решения не существовал. Сын не подлинно вечен. Он Бог лишь по имени, но не вполне – в реальности.
Последующее богословие часто бывало несправедливо к Арию. Один автор называет его рассуждения «самонадеянными и путанными выкладками… безжизненной системой, полной бездуховной гордыни и упрямой неспособности любить».1 Поэтому приятно, что покойный каноник Морис Уайлз, некогда профессор богословия в Оксфордском университете, нашел мужество опубликовать статью «В защиту Ария» (1962 год), где отчасти реабилитировал презренного ересиарха.2 По мнению Уайлза, учение Ария «не отражает полноту христианской истины», но «в той или иной мере это можно сказать о любом христианском богослове, древнем или современном».
Все известные нам факты о христологии первых трех веков наводят на мысль, что на Никейском соборе взгляды Ария (с определенными оговорками) набрали бы большинство голосов. «Омоусианство» восторжествовало лишь благодаря хитрой политической игре его сторонников во главе с епископом Александром и Афанасием: им удалось привлечь на свою сторону всемогущего императора. Не без некоторых проблем, но вера в единосущие Сына с Отцом утвердилась в постникейской церкви IV века и стала считаться обязательной для христиан.
Между тем нельзя закрывать глаза на колоссальную разницу между доникейской и посленикейской христологией. До 325 года никому из крупнейших христианских мыслителей не приходила в голову идея единосущия: скорее уж, она возмутила бы. Напротив, после 325 года ересью стало считаться отрицание соравенства Отца и Сына. Вообще переворот был кардинальным. После Никейского собора принадлежность к Церкви стала определяться тем, согласен ли человек с Никейским символом веры. Интеллектуальное согласие с догматом стало важнее открытости сердца Богу, которой учил исторический Иисус.
…Мы подошли к концу нашего пути. Возможно, некоторые читатели спрашивают себя, как им быть. Пожалуй, им стоит вспомнить, что в XVI веке открытие античных корней классической цивилизации заставило христиан вернуться к Библии для оживления и очищения своей веры. Эта революция породила протестантизм, но впоследствии охватила все церкви. Судя по всему, ныне она достигла (или вот-вот достигнет) ступени, на которой прозвучит призыв к новой «реформации». Эта реформация вернется к учению и духу самого Иисуса, иудейского харизматического вестника Божьего, а не к тому обожествлению Иисуса, которое создали Павел, Иоанн и церковь.
Послесловие
И несколько мыслей напоследок. Прежде всего, провокационный вопрос: что сказал бы исторический Иисус из Назарета о Никейском соборе? В связи с этим мне вспоминается легенда, которую доносит до нас Вавилонский Талмуд ( Менахот , 29б). Согласно легенде, Моисей, взойдя на небо, услышал, как Бог хвалит мудрость будущего рабби Акивы, и попросил у Всевышнего разрешения послушать одну из лекций Акивы. Сидя в заднем ряду, он внимательно следил за красноречивыми доводами учителя и живыми вопросами слушателей, но никак не мог понять, о чем идет речь, пока Акива не сказал, что его слова истинны, ибо повторяют учение, данное Моисею на Синае («галаха ле-Моше ми-Синай»). Услышь Иисус о своем единосущии с Отцом, не удивился ли бы он, как Моисей – раввинистическому истолкованию своего Закона? Впрочем, закончить хочется на серьезной ноте. Приведу слова Гёте, которые перекликаются с позицией иудаизма, Иисуса, доникейского христианства, а также ислама.
Jesus fu..hlte rein und dachte
Nur den Einen Gott im Stillen;
Wer ihn selbst zum Gotte machte
Kränkte seinen heil’gen Willen.
Иисус чисто чувствовал и мыслил
Лишь о едином Боге в молчании.
Кто делает из него Бога,
Нарушает его святую волю.
( «Западно-восточный диван» )
Список сокращений
Авв Книга Аввакума
Ам Книга Амоса
Быт Книга Бытия
В. Т. Вавилонский Талмуд
Втор Книга Второзакония
Гал Послание к Галатам
Деян Деяния апостолов
Евр Послание к Евреям
Ездр Книга Ездры
Еф Послание к Ефесянам
Зах Книга Захарии
Иак Послание Иакова
Иер Книга Иеремии
Ин Евангелие от Иоанна
Ис Книга Исайи
Исх Книга Исхода
И. Т. Иерусалимский Талмуд
Кол Послание к Колоссянам
Кор Послание к Коринфянам
Лев Книга Левит
Лк Евангелие от Луки
М. Мишна
Мал Книга Малахии
Макк Книга Маккавейская
Мих Книга Михея
Мк Евангелие от Марка
Мф Евангелие от Матфея
Ос Книга Осии
Откр Откровение Иоанна Богослова
Пар Книга Паралипоменон
Петр Послание Петра
Прем Премудрость Соломона
Рим Послание к Римлянам
Т. Тосефта
Тим Послание к Тимофею
Цар Книга Царств
Фес Послание к Фессалоникийцам
Флп Послание к Филиппийцам
CD Дамасский документ (из Каира)
D Дамасский документ (из Кумрана)
H «Ходайот» (Благодарственные гимны)
P Пешер (Комментарий)
P.Папирус
Q Кумранская пещера
S «Серех» («Устав»)
4Q200 Книга Товита (на иврите)
4Q242 Молитва Набонида
4Q372 Повествовательный отрывок
4Q502 Брачный ритуал
4Q510–511 Песни мудреца
Примечания
Глава 1
1 Gerth, H.H. and Wright Mills, C. (eds.), From Max Weber: Essays in Sociology . Routledge, London, 1991, pp. 248–249.
2 Segal, J.B., “Popular Religion in Ancient Israel”, Journal of Jewish Studies 26 (1976), pp. 1–22.
3 Taylor, J., «“Roots, Remedies and Properties of Stones”: The Essenes, Qumran and Dead Sea Pharmacology», Journal of Jewish Studies 60 (2009), pp. 236.
Глава 2
1 Vermes, G., The Authentic Gospel of Jesus . Penguin, London, 2004, pp. 427–430.
2 Authentic Gospel , pp. 376–397. См. также Vermes, G., Jesus in the Jewish World. SCM, London, 2010, pp. 224–235.
3 Hahn, F., The Titles of Jesus in Christology . Lutterworth Press, Cambridge, 1969, p. 307.
4 Jeremias, J., The Prayers of Jesus . SCM: London, 1977, pp. 57–65.
5 Vermes, G., Jesus and the World of Judaism. SCM, London, 1983, pp. 41–42. Самое сильное и убедительное опровержение см. в: Barr, J., ‘Abba isn’t Daddy’, Journal of Theological Studies 39 (1988), pp. 28–47.
