Читаем без скачивания Волк насторожился - Александр Бушков

— Хорошо, — сказал он, решившись. — Не фон-барон, в самом-то деле, постараемся довезти и подпорченного… — Обернулся к Борусу. — Сможете продырявить полковника, чтобы получился хороший шок, но транспортировку он потом перенес бы?

Тохарец молча кивнул.

— Брать будем на броске, — сказал Данил, закинул автомат за спину, загнал патрон в ствол «беретты», проверил, как выходит из ножен нож. — Майор, на позицию.

Валентин бесшумно двинулся параллельно опушке. Данил показал на него тохарцу и сделал недвусмысленный жест, поручая не спускать глаз. Борус кивнул. Дядя Миша с карабином наготове торчал рядом, явно собираясь отыграться за все время бездействия — общий сдержанный азарт его тоже захватил. Лара стояла позади и никакого желания лезть в драку не проявляла.

Данил выжидал. Шли минуты, но никто так и не показался из палаток, никто не вышел из фургонов. Логун с напарником о чем-то спокойно беседовали.

Данил поднял палец, посчитал про себя: «Три, два, один» — сделал резкий жест.

Валентин спустил тетиву — и майор бесшумно упал ничком, стрела угодила ему в шею под затылком. Тут же едва слышно хлопнуло: «Пок!» — и Логун, как подсеченный, упал.

Вымахнув одним прыжком на открытое место, Данил помчался к нему, уже не беспокоясь за свою спину — Борус прикроет…

Логун лежал лицом вниз, на правом предплечье расплывалось темное пятно. Выходного отверстия не видно — пуля угодила в кость, наступил шок, но рука вытянута вдоль тела, к бедру. Все-таки этот сучий выползок был неплохим профессионалом и успел рвануть руку к кобуре, едва завидев, как падает напарник с торчащей из глотки стрелой…

Выпрямившись, Данил огляделся. Стояла тишина. Чуть-чуть попахивало пороховой гарью. Подбежали Валентин и Борус. Стволом пистолета Данил указал Корявому на палатки, и тот, держа карабин наготове, пригнувшись, двинулся к ближайшей. У ближайшей, возле полога, валялись стреляные гильзы…

На опушке, у самых деревьев, нерешительно маячила Лара. Данил махнул ей рукой:

— Прошу, сеньорита! Рюкзаки захватите!

У его ног коротко простонал Логун, пошевелился.

— Перевяжите. — Данил кивнул на него Валентину.

— Может быть, сначала маячок?

— Успеем, — отрезал Данил не допускавшим возражений тоном. — Мне этот скот живым нужен…

Валентин, пожав плечами, извлек пакет из набедренного кармана, опустился на колени, распорол ножом рукав. По одному мимолетному движению глазных яблок Данил понял, что белобрысый сам украдкой держит его в поле зрения. Вот тут-то и начинается самое интересное, господа, все только начинается — предстоит небольшая молниеносная чистка в собственных рядах. Ничего, руки у блондина заняты, пистолет в кобуре, автомат лежит в сторонке… Борус наготове. Отхватив своим ножом пару кусков нейлонового тросика, Данил кинул его наземь рядом с Валентином:

— Потом свяжете, и руки тоже, не до галантности…

Показался Корявый, держа карабин за середину, как палку. Данил все понял по его лицу. Отвел в сторонку:

— Что, всех?

Корявый положил карабин на землю, передернулся лицом, торопливо полез за сигаретами:

— Всех. Кого в упор, в физиономию, кого в затылок. Девка там симпатичная, ее сначала определенно трахнули. Курвы, потом резали мертвых, кому уши, кому что… Там, командир, будто Чикатила прошел, Ларку не пускай…

— Понятно, — сказал Данил, чувствуя, как цепенеет кожа на лице. — Налет азиатов разыграли, Немировичи сраные…

Лара обошла труп майора, бросила наземь оба рюкзака. Лицо у нее стало равнодушное и усталое:

— Добрались…

— Ага, — сказал Данил. — В палатки не ходи, ясно?

Она порылась в его рюкзаке, добыла фляжку и глотнула из горлышка, прокашлялась. Подумав, Корявый взял у нее сосуд, тоже глотнул как следует.

— Дайте уж заодно и мне. — Данил сделал два глотка, протянул Борусу.

Тот мотнул головой:

— Не употребляю. И не курю. — Его загадочный азиатский взгляд был по-прежнему прикован к Валентину.

Тот уже закончил работу, выпрямился, отряхнул колени:

— Прошу получить товар. Пуля определенно в кости. Промедол я ему вколол, сейчас оживет. Будете допрашивать?

— Да так, поздороваюсь пока, — сказал Данил. — Разговор у меня с ним будет потом, до-олгий… Ну что, пора ставить ваш хваленый маячок?

— Вот теперь уже не спешу, — ухмыльнулся Валентин. — В самом деле, лишние пять минут ничего не решают, давайте хоть сначала взглянем на пресловутое злато. Гробница пустая, я краем глаза видел, только сгнившие бревна, скелет, почему-то без головы, да черепки.

Он подошел к ближайшему «Уралу», одним движением сорвал с дверцы фургона печать, распахнул ее, поставил ногу на нижнюю ступеньку короткой лесенки, ухватился обеими руками, бросил тренированное тело внутрь…

Короткий, звонкий хлопок. Изнутри выползло облачко белесоватого дыма. Раздался жуткий, нечеловеческий вопль. Валентин показался в распахнутой дверце, зажимая ладонями глаза, прыгнул вслепую, его повело вбок, но не упал, чудом удержал равновесие и побрел наугад, согнувшись, закрыв лицо, хрипя.

— Не лезьте туда никто… Воды! Воды, жжет… — и вновь дико застонал. — Глаза…

Данил яростно мотнул головой в сторону рюкзаков. Борус с Корявым наперегонки кинулись туда. Лара оторопело стояла на прежнем месте. Валентин, зажимая лицо, раскачивался взад-вперед, шагнул к Данилу, Данил инстинктивно подставил руки, спеша подхватить…

Удар под коленную чашечку сбил его наземь — и вдогонку чем-то твердым, ребром ладони, скорее всего, пришлось по голове над правым ухом, в глазах вспыхнули искры, земля расступилась под ним, чавкнув, проглотила, гася сознание…

Когда он понял, что очнулся, решил полежать с закрытыми глазами, вспомнить, что случилось — но сверху раздался уверенный, спокойный голос:

— Хватит. Ресницы дергаются. Глазки можно открыть.

Особой насмешки в голосе Валентина не было — просто удовлетворение шахматиста, успешно разыгравшего партию. Данил все вспомнил. И открыл глаза.

— Головой не ворочать, — предупредил Валентин. — Лежать, как лежишь. Вздумаешь шутить — пристрелю.

Из позиции, в которой лежал, Данил видел только белобрысого, стоявшего с пистолетом наготове. ПСС, какого Данил у него прежде не видел — маленький, компактный, легко спрятать под мешковатой камуфляжной курткой…

— Можешь сесть. Руки держать за спиной.

Данил выполнил приказание, понимая, что в такой позе просто не сумеет сделать бросок — пуля в любом случае опередит. Закладывая руки за спину, он задел кобуру на поясе и понял, что она пуста. И почувствовал жгучий стыд — поймал, сволочь, как пацанов. Конечно же, все было чистым притворством, этот гад рванул какую-то безобидную хлопушку, заслоняя ее спиной, и спутники, дурачки-доброжелатели, поверили сгоряча, что там и в самом деле была некая пиротехническая ловушка…

Валентин стоял метрах в пяти от него, так, чтобы видеть всех троих. Слева Лара, всхлипывая, связывала Корявого тем самым нейлоновым тросиком. А еще левее…

Там лицом вниз лежал Борус. Совершенно неподвижно. Легонький ветерок пошевеливал лохмашки камуфляжа. Данил, едва удержав стон ярости и злости, стиснул зубы. Все понятно: когда те кинулись к рюкзакам, Валентин выстрелил Борусу в спину, подшиб Данила, карабин Корявого лежал вдалеке, у Лары вообще не было ствола… Нет, надо же так попасться… Я-то думал, он сначала прилежно устроит цирк с «маячком»…

Валентин проследил за его взглядом, метнувшимся к рюкзакам:

— Ну разумеется, аккумулятора у меня нет…

— Знали, что мы лазили?

— Вы хорошо держитесь, должен заметить, как профессионал профессионалу… — Валентин усмехнулся уголком рта. — Что ж, меньше хлопот…

— Была какая-то отметка? — спросил Данил, испытывая идиотское чувство — будто наблюдает все это и свой собственный голос слушает со стороны.

— Конечно. Ваш уголовник ее нарушил. Нет, я не склонен считать это вашим промахом. Вы просто обязаны были проверить «маячок»… должно быть, у вас что-то на меня нашлось?

Данил промолчал.

— Ну, а все-таки? — с усмешкой спросил Валентин. — Будьте профессионалом. Не мучить же девочку у вас на глазах. Прежде всего, это долго… — Его манера говорить чуточку изменилась, в речи наконец появились словно бы многоточия. — Или вы думаете, я стану ее жалеть? Ну, был компромат? — Он прицелился в Лару. — Я ведь выстрелю…

— Был, — неохотно сказал Данил.

— Откуда? Вы сами никак не могли бы натолкнуться.

— Ребятки Логуна сказали, — ответил Данил.

— Вот как? В таком случае господин Логун еще поживет часок. Побеседуем. Вам, кстати, тоже часок гарантирован. Есть любопытные темы, которые мы с вами раньше как-то не затрагивали.

Данил взглянул на Лару. Нет, сообщницей белобрысого она никак не могла оказаться, по лицу видно…