Как-то меня угораздило пойти на вернисаж, где я никого совершенно не знала. И сразу же – ОН! Все на ощущениях. С полуслова, на сердцебиении все происходило. Он умел красиво говорить, как никто до него и после, умел сделать весело и светло в душе просто так – ему не жалко. Он знал, как со мной надо поступать. А я впитывала его буквально каждой клеткой. Восторг пришел позже.
Много позже я поняла, что, наверное, так должен выглядеть тот, которого представляла себе всегда. Тот, под которого втискивала каждого из своих мужчин. А их было не так уж и много.
Все произошло легко и естественно, как дыхание. Никакой внутренний цензор мне не препятствовал, настолько важным казалось происходившее между нами.
Он любил одержимо, купался в счастье, он был ослеплен. Я же светилась рядом с ним и ничего не ждала.
Когда его не было рядом, дыхание прекращалось. Приучил к письмам каждодневным, захватил все свободное время, а потом и несвободное. Ни помощи, ни совета, ни подарков – ничего я не просила. Знала: занят – и благодарила за каждую секунду, проведенную со мной. Не было скандалов, не было ничего, что давало мне повод на что-то надеяться. Да и как? У него семья и ребенок, он занят своим делом, он – гений. Мужчина – всеобщий любимец! За глаза шипят все, но в глаза не говорят ничего. Он – для всех, но главное, – не мой.
Моя семья была стабильной и свободной, может, поэтому я без драм и оскорблений спокойно рассталась с супругом.
Он называл меня своей, мечтал и строил планы. О семье особо не распространялся, да я и не спрашивала. Зачем? У меня и мыслей не возникало о том, что мы можем жить вместе. Он – мужчина-мечта, а что бывает лучше мечты?
Так шло время. Он заедет на час, обцелует от макушки до пят, наговорит столько хороших слов, что перехватит дух. Не успев надоесть, покидал, чтобы вернуться. Никогда ни в чем мне не помогал принципиально. Несколько раз, правда, помог в учебе, за что ему отдельное спасибо, но в остальном – ни-ни. То ли тактика такая, то ли принцип… Когда мне бывало плохо, его никогда не оказывалось рядом. Что бы ни происходило: от банальной высоченной температуры до сломанного пальца. Кто-то проводит в травмопункт, принесет апельсины и розы, кто-то купит лекарства и отвезет на рынок за продуктами.
Просить встретить или забрать откуда-то даже и не смела. Ему вон сколько дел переделать надо, а свои дела я и сама могу организовать. Сама сумею доехать, успеть. Не для этого он мне. Я люблю его. Я и сейчас его люблю. Иногда не появлялся неделями – ждала.
Просила: «Заранее сообщи, если не сможешь приехать в праздники, я организую себе развлечения и прекрасно проведу время». Нет. Дотянет до последнего и все равно уйдет в Новый год, в день рождения, 8 Марта и вообще. Он всегда приезжал, только когда хотел, на сколько хотел, и открывала дверь, потому что ждала. Я ждала, хотя боялась себе признаться, что ждала. Я надеялась – он придет, я улыбнусь ему и отпущу, как только попросится на волю. А он и не просился. Собирался за минуту и уходил. В ночь, в снег куда-то отправлялся.
Как я понимала, не всегда и домой. Я не злилась никогда. С какой стати?
Я не ревновала – он купал меня во внимании: и эсэмэски, и звонки, и приходы без предупреждения.
Мне было грустно, не буду кривить душой, когда он пропадал на несколько дней или когда не хватало ровно пяти минут, чтобы надышаться им.
Человек я самодостаточный, совсем такая, как пишут и советуют во всех женских журналах.
Денег мне не надо.
Светлая и улыбчивая.
Творческая и востребованная.
Ласковая, внимательная и сексуальная.
Не попрекаю, не конфликтую, прощаю, приспосабливаюсь.
Я хорошо выгляжу, ухоженна и уверена в себе.
Ребенок помогает мне жить, а не мешает.
Окружающие любят меня.
Отношения с мамой прекрасные, она поддерживает и понимает меня.
Но пару дней в месяц мне безумно хочется заботы. Немало моих друзей готовы сделать для меня что ни попрошу, но мне просто хочется быть его женщиной. Чтобы он знал, какое мыло я люблю, какой сок пью.
А он всегда гость. Ему нет дела до моих проблем. Конечно, я выслушиваю, если ему плохо или грустно, но я же женщина-праздник, и мне нельзя жаловаться. Я люблю людей и ничего для них не жалею. Щедро раздаю способности, тепло, знания, любовь, ко мне сторицей все возвращается.
Но сегодня к вам на прием пришла, потому что среди полного благополучия прекратила вчера отношения, которые длились полтора года. Я просто написала: «У тебя больше нет меня. Спасибо тебе за все».
Он ответил: «Удачи. Верю в тебя. Жалко, что на разрыв, недолюбив».
Да, недолюбив. Пусть лучше запомнит такой, какой была. Нельзя опускаться до разборок. Вы же сами учили: не нравится что-то – уйди сама. Я так и поступила».
Спрашиваю: «А что случилось?»
«Я, видимо, просто поняла, что моя любовь не по адресу. И его любовь не по адресу. Там, куда он торопился, – семья, ребенок, и опоздать нельзя. Его никогда не бывало рядом, если трудно, – ладно, но несколько минут, которые мне нужны в радости, в счастье, я не могу просто так отпустить.
Прошу:
– Побудь пятнадцать минут. Ты нужен мне. Мне хорошо. Поговори со мной.
А он:
– Ты меня задерживаешь, подводишь. Одевайся и проводи.
– Иди.
– Я не могу тебя оставить так.
– Не оставляй.
– Но мне надо срочно идти домой.
– Иди.
Он все-таки заставил мня встать и проводить его. Я закрыла дверь и… закрыла эту лав-стори. Вы же поможете мне выйти из этого состояния?»
Вот и приплыли! Хоть и есть у меня негласный принцип не помогать любовницам, но они на прием все-таки попадают, в пропорции три к одному. На троих брошенных – одна ожидающая. Почему же мне не выслушать ее страхи и надежды и не помочь разобраться в вялотекущей мужчиноловле?
Пришлось сказать ей:
«Тебе – точно помогу.
Ты – любовница, и слушай свою правду.
У тебя нет никаких прав (ни позвонить ночью, ни приехать неожиданно). Ты «угнала его, как чужую машину-„девяточку“ – как в песне Аллегровой. Ее найдут и вернут законному владельцу. Другие варианты – единичные случаи удачи, да только машину и ту переделывать придется: менять знаки, перебивать номера, перекрашивать, переодевать салон. Значит, в итоге полученный чей-то мужчина тоже должен будет измениться, а любишь-то ты того, который при нынешней владелице! Вот и вся петрушка. Без вины виноватая.
Да, ты виновата. Перед женой, утверждающей, что собачки сами провоцируют внимание противоположного пола. Перед ним – что встретилась на пути, и бросить тебя не было сил, ибо ты правда далеко не образина и захотела, чтобы он остался с тобой. Перед собой – что столько комплексов заработала – вины, собственной ненужности, жалости к себе, жертвенности, удивления от невнимательности и полного отсутствия заботы.
Хочешь, опишу стандартную ситуацию? Слушай, плачь и не перебивай.
Мужчина спит дома, и, возможно, с женой в одной постели. Ты тоже с ним спишь, но обычно не в постели и не у него дома, а чаще всего у себя, чтобы ему было удобно.
Укладывание в общую кровать вовсе не означает общей жизни. Он думает, хорош ли сейчас с тобой, а ты – как все сложится у вас дальше.
У него очень большие возможности, но тебе он не помогает, в работе не поддерживает и с нужными людьми не знакомит, ибо в люди принято ходить с женой, даже если она далека от стандарта Playboy или «Вязание».
Жена – это непоколебимый остов, основа, ячейка. Любовница, одна или несколько (вновь вернемся к аллегровскому репертуару), – это сквозняки. Одна – ураган, другая – так, дым от сигареты. Жена, может, вас таких десяток пережила, да еще сама в свое время отбила его, тогда еще молодого и неженатого, у зазнобы какой. Ничего. После урагана вставят стекла, подметут. Глядишь, года через два еще ребеночка родит – чтоб уж насовсем. Когда-то же угомонится! Лучше пирог всем вместе, чем дрянь в одиночку. Так вот.
А ты откусываешь от пирога, хотя пирог-то ее, и самую лучшую ягодку хватаешь – его любовь и желание. Кому понравится?
Она не думает сейчас, что для него нет худшего наказания, чем жить с нелюбимой женщиной.
Знаешь, почему не думает? Не знает, что нелюбима. Это что же, ему полтора года все время так срочно надо домой? Не смеши. Регламент! Твое время истекло. Крепись! Это время он отводил для себя. Тебе хотелось, чтобы рядом с тобой был умный, красивый, веселый? Всем хочется. К сожалению, по твоему рассказу, надежным его не назовешь.
Ты влюблена в женатого мужчину, а он рассказывает, какой он надежный дома. То лекарства повез, то ремонт делает, то жене цепочку с кулоном подарил, за границу свозил. Но это все потому, что вроде бы необходимо. Супругу, конечно, он вовсе не любит, а тебе говорит, что мечтает назвать тебя своей женой. Пишет, что в его несчастной, трудной жизни ТЫ – свет, отдушина, лапочка, солнышко, милая, ненаглядная, редкая женщина.
Жену, согласно его легенде, он не любит давно. И скорее всего вообще не любил. Спать – нет! Спят они в разных комнатах. И практически со дня свадьбы секса у них не было.
