вы, молодые люди, изрядно повеселились, когда охрана вмешалась.
— Да уж, безумно, — прошипел я и, наконец, сказал то, что уже давно следовало сказать. Хотя прозвучало как-то глупо и немного испуганно, — Саффа, правда, ждет ребенка?
— Вы не знали? — Элиника смерила меня удивленным взглядом, — я думала, маг Вашего уровня видит такие вещи.
— Да зачем мне было проверять Саффу, если я точно знаю, что она всегда предохраняется… кхм… или не всегда?
— Расслабься, зайчик! — посмеиваясь, изрек Кардагол и с размаху хлопнул меня по спине. Ну, если он думает, что сломанный позвоночник поспособствует моему расслаблению, то да, конечно, я сейчас расслаблюсь.
— Ну, вашу мать, — пробормотал я.
— Лин, ты не рад? — неодобрительно так проговорил Шеоннель.
— Не рад? Нет, я ни хрена не рад узнать об этом от какой-то посторонней тетки, а не от самой Саффы, плюс к тому же я бы все-таки хотел сначала жениться, а потом детей заводить.
— Дети — это не всегда предсказуемо, — заметил Шеоннель.
— Мы своих детей и их пол планируем заранее, — подала голос айлидэ, — если бы волшебницы не задирали нос и спросили у нас, то давно бы уже могли контролировать рождаемость.
— Кому нужна такая селекция? — фыркнул Кардагол, — это вы, дурочки, на ней помешаны, потому что вам подавай исключительно девочек и обязательно с даром предвидения.
— Поэтому наш род чист, и в нем не бывает сбоев в виде рождения слабых магов или детей, вовсе лишенных магического дара, — холодно изрекла Элиника, одарив Кардагола многозначительным взглядом, в котором ясно читалось, что ее слова это явный намек на Кира, который магического дара напрочь лишен.
— Рождение у магов детей, лишенных дара, это естественный ход вещей, дорогая, — промурлыкал Повелитель времени, — ты ведь и сама знаешь — если где-то убыло, значит, где-то прибыло. Среди нас не редкость появление сильных волшебников, от рождения наделенных большим магическим даром. А у вас, Эли, если мне память не изменяет, вот уже лет двести как появляются только посредственности, которые без кучи ритуалов даже погоду как следует предсказать не могут.
Айлидэ сделала глубокий вздох, кажется, собираясь основательно возразить. Они что собрались здесь диспут устроить на тему селекции и рождаемости? Ну, уж нет! Это они пусть как-нибудь в другой раз и без меня, а я хочу свою невесту! Немедленно!
— Мы на Крион отправляемся или как? — подал я голос, так и не дав Элинике сказать ни слова.
— На Крион! Да кто вас туда пустит? — выдохнула она.
— Ты нас туда проводишь, — ласково так проговорил Кардагол, — а если тебе недосуг, то мы попросим Мерлина. Он, наверное, заскучал уже без своего дружка Семена и будет не против его навестить.
Судя по тому, как и без того бледная от природы Элиника побледнела еще больше, она себе представила, что могут натворить два алкоголика на ее родине, особенно учитывая, что один из них архимаг, а второй мастер подбивать этого самого архимага совершать всяческие магические глупости.
— Мне нужно посоветоваться с коллегами, — после недолгого молчания решила она.
— Так советуйся, — легко согласился Кардагол, — мы за тобой присмотрим. А то мало ли что.
Айлидэ одарила его неодобрительным взглядом, извлекла из мешочка на поясе сигару и многозначительно посмотрела на меня. Ну и что ей нужно-то?
— Эли, мальчик в шоке и не понимает, что ты намекаешь на то, что даме нужно дать огонька, — объяснил Кардагол, дал Элинике прикурить и обратился ко мне, — не нервничай, Лин, дети — это цветы.
— Которые растут на могилах своих родителей, — машинально брякнул я одно из любимых маминых изречений.
Тут Шеон наш вдруг ожил, вскочил с кресла и зло так мне прошипел:
— Я не ожидал, Лин, что ты так будешь реагировать!
— А как я, по-твоему, должен реагировать? Как? — разозлился я, — по-твоему, я должен радоваться, что моя беременная невеста находится на острове, среди этих травокурок, волнуется и вообще… может быть, она сама меня хотела этой новостью обрадовать, а я вот так при таких дурацких обстоятельствах все узнаю и не от нее.
— Иногда ты меня поражаешь своей сентиментальностью, зайчик, — посмеиваясь, проворчал Кардагол, — это ты точно по материнской линии отхватил.
Я в ответ, конечно же, огрызнулся. Он тоже молчать не стал. Ну и понеслось.
Глава 18
Ларрен
Мог бы, собственно, и не выгружать меня перед парадным входом. Я не гордый, воспользовался бы и одним из черных, благо внешний вид у меня сейчас не слишком презентабельный. Но, выбирать не приходится. В конце концов, я — родственник князя, а потому негоже мне по задворкам бегать.
Гордо, спокойно, как будто, так и надо, вхожу во дворец. Аргвара не видно, но это не значит, что его рядом нет. Уж я бы на его месте свое сокровище без присмотра не оставлял. Нет, безусловно, сокровище — это не я.
Лестницу выбираю левую, так ближе к покоям Лина. Очень надеюсь, что к нему не забредал кто-то из чрезвычайно любопытных родственников и не утащил артефакт куда-нибудь к себе. Впрочем, сделать это могли разве что Терин с Киром. Да автор вещицы — Кардагол. Всем остальным эта зеленая чашка просто бы в руки не далась. Недаром же даже Аргвар смотреть на нее смотрит, а трогать побаивается.
Ладно, посмотрим и мы.
Надо ж такому случиться, что именно тогда, когда я почти приблизился к осуществлению мечты, между мною и ею материализуется Горнорыл. Он спускается мне навстречу. На лице — печать задумчивости. За плечами — топор. Остальной облик без изменений. Видит меня и прямо-таки лучиться начинает от счастья. Замираю. В отличие от него, я не вооружен. Да и одежды-то на мне рубашка, штаны какие-то да опорки странной конструкции. Извините, не сам выбирал. Аргвар постарался. Но не облегающие трико — и на том спасибо.
— Ах, ты, заррраза! — радостно восклицает гном, — это ж я только с Вальдором помирился, и ты тут!
Отвешиваю поклон.
— И вам здравствуйте, дядька Горнорыл.
— Да какой я тебе дядька, мелочь ты пузатая?!
— Ну, насчет мелочи пузатой это Вы сильно погорячились. Или у Вас проблема с зеркалами?
И злость на меня такая накатывает радостная. Ну, думаю, давай. Сейчас я ничем не связан. Ни долгом, ни печатью. Давай, гном, и мы посмотрим, кто сильнее — ты или я.
Горнорыл аккуратно вынимает топор. Жду.
— Вы что, — интересуюсь, — зарубить меня решили, дядька Горнорыл? Вам может, удобнее будет, если я на колени встану и голову наклоню. А?
— Ах ты…
Далее следует ряд непечатных выражений, но цели я своей добился. Гном
