— Я ужасно хочу, чтобы у меня полизали. Сделай мне это, умоляю.
Выпучив глаза на сестру, Барни молчал.
— Если ты этого не сделаешь, — воскликнула она, — я все расскажу… про тебя и про нее.
Последовало быстрое согласие, и Шейла почти бегом устремилась к себе в комнату.
Лежа на широкой кровати и раскинув длинные стройные ноги, Шейла дрожала от нетерпения. Пока Барни устраивался между ее ног, она успела стянуть с себя лифчик и, взяв в ладони свою грудь, стала ее массировать. Прижавшись губами к щели Шейлы, Барни ввел язык в ее стонущее от желания отверстие. Ответом ему была целая какофония стонов. Широко открыв рот, он вобрал в себя трепещущую плоть, чувствуя терпкий запах ее выделений.
— О, милый, так… так, хорошо, трогай язычком клитор.
Шейла была на седьмом небе от счастья. Первый оргазм тряс ее не меньше минуты. Забыв обо всем на свете, она билась в конвульсиях, чувствуя в себе чудесный язык Барни. Неожиданно Барни оторвался от ее промежности и прежде, чем Шейла успела сообразить, что произошло, он уже лежал на ней и всовывал свой неутомимый член в ее еще неуспокоившееся лоно.
— Пусти, ой, не надо, — зашептала она, а руки уже сами собой обвили шею Барни. — Какой у тебя чудесный член. Такой длинный, упругий, — как в горячке, бормотала Шейла. — Если бы я знала, что мне будет с тобой так хорошо, я бы не мучила себя онанизмом. Ты ведь будешь ко мне приходить.
— Конечно, конечно…
Барни без устали пронзал членом влагалище извивающейся под ним Шейлы, но приближения оргазма не чувствовалось. Дала знать бессонная ночь и бурное утро с Луизой. Задыхаясь, он прижался к груди Шейлы и прохрипел:
— Не могу, не могу…
— Милый, давай я тебе помогу… Иди сюда, дай мне в ротик.
Через мгновение член, блестящий от ее сока, уже находился во рту Шейлы. Делала она это впервые и не очень умело, но Барни был на седьмом небе от удовольствия. Двигая бедрами, он старался как можно глубже засунуть член в рот своей темпераментной сестры. Шейла давилась, по подбородку текла слюна, но она ни на секунду не прекращала восхитительный минет. Она ждала, когда, наконец, свершится то, о чем она мечтала долгими ночами. Она ждала, когда ее нежный жаркий ротик заполнится тягучей жидкостью, подаренной мужским членом. И вот это свершилось. Зарычав и схватив Шейлу за волосы, Барни выбросил ей в рот целый фонтан спермы. У Шейлы помутилось в голове. Ей хотелось кричать во весь голос, но рот был занят трясущимся членом. Но вот потоки спермы стали слабеть и, наконец, последняя капелька упала на красные губки Шейлы. Она счастливо улыбнулась и прижала опадающий орган к нежной щечке.
— Ты теперь всегда мне будешь так делать?
Барни устало кивнул. Он почувствовал, что силы оставляют его, глаза слипаются, а руки и ноги налились свинцовой тяжестью.
— Отдохни, отдохни, мой мальчик, — услышал он сквозь сон ласковый голос Шейлы и провалился во мрак забытия…
А в то время несчастная Луиза металась по кухне, как тигрица в клетке. Ее ужасал тот факт, что Шейла видела ее совокупляющейся с Барни. Если у нее окажется длинный язык!.. Работу сейчас найти не так-то просто. А тут еще Барни провалился неизвестно куда. Томящаяся от неизвестности Луиза бросилась в его спальню, но там его не оказалось. Тогда, подкравшись к дверям Шейлы, она припала к замочной скважине. Да!!! Барни был там. И его член, его великолепный милый членик, урча от удовольствия, сосала его сестра. Луиза почувствовала укол ревности, но это чувство тут же сменилось облегчением. Теперь у нее есть козырь против Шейлы. Теперь она заставит ее держать язык за зубами. И успокоенная женщина отправилась в свою комнату.
Не прошло и получаса, как в дверь постучали.
— Да, пожалуйста.
Луиза поспешила захлопнуть дневник, в котором подробнейшим образом описала все безумства, совершенные ей и Барни. На пороге стояла Шейла.
— Я думаю, нам надо поговорить.
— Я слушаю вас, мисс Шлиман.
— Зовите меня просто Шейла. Так вот, я оказалась свидетельницей. Ну, в общем, вы меня поняли. Но я хочу вас заверить, что все это останется между нами.
Миссис Уолтрон облегченно вздохнула. И хотя на попытку Шейлы припугнуть ее у нее был готов контраргумент, ей вовсе не хотелось вступать в конфликт с дочерью хозяев дома.
— Спасибо тебе, дорогая, — произнесла Луиза, вставая со стула и подходя к Шейле. — Я думала, со временем ты меня поймешь.
Уже поняла, — подумала Шейла.
— Дело в том, — продолжала Луиза, что Барни мне очень нравится, но я, естественно, не имею на него никаких видов. Да это и смешно, я ведь гожусь ему в матери. А с другой стороны, он выйдет в жизнь, обладая богатым сексуальным опытом и, я думаю, это поможет ему избежать многих проблем с женщинами. Я постараюсь научить его многому.
— Да? — Шейла, явно заинтересовавшись, опустилась на край кровати. — А вы бы не могли, ну скажем, поделиться со мной вашим опытом. Чтобы и я смогла в свое время избежать проблем.
— Конечно, дорогая, — Луиза опустилась рядом и, улыбнувшись, качнула головой.
— Ну, слушаю…
Прошло полчаса. Если бы Барни проснулся и ему вздумалось бы заглянуть в спальню, он увидел бы там очень интересную картину. На кровати, раскинув толстые ляжки, возлежала Луиза. Между ее ног лежала Шейла, с интересом рассматривая раскрытое перед ней огромное лоно.
— Какая она у тебя большая, — восхищенно прошептала Шейла. — А ты никому не проболтаешься, если я ее у тебя полижу. Мне просто интересно попробовать, — быстро добавила она, словно извиняясь.
— Конечно, золотая моя. Делай с ней, что хочешь.
Шейла, приблизив лицо, коснулась своими губами розоватой плоти Луизы. Ее поразила мягкость губок и какой-то манящий запах, исходящий от вагины женщины. Не сдерживая больше своего темперамента, она принялась лизать вульву Луизы, не забывая при этом щекотать пальцем свой клитор. Очень скоро Луиза потекла. Шейла, испугавшись обилия жидкости, отпрянула, но Луиза, погладив ее по волосам, прошептала:
— Не бойся… это мой сок… просто ты так хорошо меня лизала, что я пустила сок.
Кончиком языка Шейла слизнула повисшую на волосах капельку и улыбнулась. Как вкусно…
— А ты полижешь у меня?
— Конечно, девочка, иди сюда. Сядь над моим лицом. Да, да, вот так, как будто ты писаешь. В такой позе у женщины все открывается. Их так приятно лизать.
Толстый шершавый язык Луизы глубоко проникал в узкие ворота девушки. Ощущение было настолько сильным, что Шейла даже не могла стонать. Ее рот, широко открытый в немом вопле, жадно ловил воздух, пальцы царапали напрягшуюся грудь, а по животу то и дело пробегали судороги. Луиза старалась вовсю. Терзая подставленное ей юное влагалище, она упивалась видом маленьких розовых губок, кросной точечке клитора, черной шерстке, густым слоем покрывающей лобок и промежность Шейлы. И когда та кончила, она, припав открытым ртом к ее вагине, жадно вобрала в себя капельки сока, источаемые пульсирующим входом Шейлы.
