Реформа западноевропейской церкви путем введения инквизиции, по-видимому, и была направлена, в частности, на возврат к прежнему аскетическому богослужению. Это диктовалось, вероятно, пагубными социальными последствиями — широким распространением венерических болезней ввиду вакхической-оргиастической практики в некоторых странах Западной Европы.
Н.А. Морозов высказал также гипотезу, что западноевропейский театр возник из церковных театрализованных представлений, получивших развитие в Европе в средневековую эпоху.
Посмотрим, что говорили на эту тему русские путешественники XV века. Оказывается, в итальянских монастырских храмах библейские сюжеты регулярно преподносились в виде театральных пьес, именовавшихся мистериями.
Н.А. Казакова пишет: «Русский путешественник подробно излагает содержание мистерий, в основе которых лежали два евангельских рассказа:
1) об объявлении Деве Марии архангелом Гавриилом вести о предстоящем рождении ею сына Божия,
2) о вознесении на небо Христа.
Хотя канвой для мистерий, являвшихся основным видом театральных зрелищ средневекового Запада, служили сюжеты библейской истории, но под пером драматургов они проходили известную обработку и превращались в духовные драмы».
Важно подчеркнуть, что представления эти давались не где-нибудь, а именно в католических храмах. Это подтверждает мысль Н.А. Морозова, что в Западной Европе христианское богослужение было совсем непохоже на современное. И именно в эту эпоху из западной церкви вырос театр.
Н.А. Казакова: «Авраамий Суздальский (православный епископ — Авт.), описывая церковные мистерии (виденные им во Флоренции в 1439 году — Авт.), передает не только сюжеты и ход действия, но и подробности сценической обстановки: длину и ширину помоста (сцены), цвет и рисунок занавеса, одеяния действующих лиц, декорации, световые и шумовые эффекты, технические приспособления, при помощи которых осуществлялись сложные для того времени перемещения».
С точки зрения сегодняшних религиозных представлений поразительно, что все это происходит в храмах.
«Театральные представления, которые русские люди видели впервые, произвели на них огромное впечатление. Авраамий Суздальский пишет о них без всякого предубеждения, с большим эмоциональным настроем, как о „красном и чудном видении“» (Н.А. Казакова).
Тем не менее, в православной Древней Руси такое направление развития христианства воспринято не было. Не пошел по этому пути и ислам.
Отчетливые следы такого прежнего «антично»-вакхического, свободного от многих ограничений, средневекового христианства видны в культовом изобразительном и музыкальном искусстве католицизма. Это — и использование музыкальных инструментов, например органа, во время богослужений. В православии этого нет. И использование обнаженной и полуобнаженной скульптуры в храмах, также запрещенных в православии и исламе. И светски-эмоциональная, реалистичная живопись вместо строгих икон. Средневековые западноевропейские художники изображали религиозные сюжеты живописнее, свободнее, раскованнее, чем православные иконописцы. Напомним в этой связи о довольно откровенных скульптурах, в «античном» духе, в некоторых соборах Европы. Страсти Христа или страдания святых часто подавались в подчеркнуто натуралистичной манере с непристойными физиологическими подробностями.
Одним из наглядных выражений этой идеологии являются довольно мрачные картины Босха и других западноевропейских художников той эпохи. Будоражащие чувства людей изображения ада, рая, дьявольщины и т. п. Картины Босха и его коллег были отнюдь не светской живописью, а именно религиозной.
Обращая внимание на эти моменты, мы отнюдь не хотим сказать, что одна религия лучше, а другая хуже. Наша цель — подчеркнуть существенные различия между разными ветвями христианства, которые и привели в итоге к противостоянию религий.
На наш взгляд, понимание этих различий полезно при реконструкции подлинной истории Средних веков. Попытка ее восстановления неизбежно затрагивает не только вопросы хронологии, но и психологическую атмосферу рассматриваемой эпохи. Что и как рисовали. Как вели себя в церкви и в светской жизни.
Кто кого уважал. Кто кого ненавидел и т. д.
Только при условии понимания этих особенностей можно по-настоящему осмыслить причины допущенных в истории искажений и ошибок.
Жанр всемирных хроник. Предшественники Скалигера и Петавиуса
Мы уже говорили о том, что Скалигер и Петавиус в XVI–XVII веках завершили в целом создание искаженной картины всемирной хронологии. Позднейшие историки лишь наращивали на нее плоть и придавали ей наукообразный вид. Но фундамент и архитектонику хронологического здания Скалигера критике уже не подвергали. И понятно почему. Объем материала был настолько велик, а преклонение перед авторитетом первых хронологов было настолько сильно, что тратить жизнь и энергию на поиски каких-либо ошибок несовершенными средствами исторической науки того времени, по-видимому, никому не хотелось.
Начало ошибочной хронологии было положено в XIV–XV веках. В то время правильный и в основном достоверный исторический материал был неправил, но организован и неправильно расположен вдоль оси времени.
Интересно выяснить, кто первым свернул на неверную дорогу. Конечно, сегодня установить это чрезвычайно сложно. И все-таки попытаемся.
Прежде всего, отметим на оси времени годы появления так называемых всемирных хроник. Это — те самые летописи, в которых начинают конструироваться основы всемирной хронологии в целом.
Сегодня признается, что «жанр всемирных хроник возник в Западной Европе… Тогда же двумя церковными деятелями — Евсевием Памфилом, епископом Кесарийским (ок. 260–340), и его младшим современником св. Иеронимом, а позже Августином, епископом Иппонским (V в.), были созданы периодизации всемирной истории» (Н.А. Казакова).
Поскольку все упомянутые церковные деятели жили в эпоху Римской империи III–VI веков (в скалигеровской хронологии), следовательно, в нашей новой математической хронологии время их жизни нужно переместить вверх на тысячу лет, или на 1053 года. В результате получается, что они жили, скорее всего, в XIV–XV веках н. э. (рис. 24).
Рис. 24. Когда и где начали создавать всемирные хроники
Так как сами историки считают их первыми создателями всемирной хронологии — пока еще несовершенной, в виде схемы «периодизации», — то мы приходим к следующей важной гипотезе.
Первые грубые схемы всемирной истории появились лишь в XIV–XV веках. Их авторы — Евсевий, Иероним, Августин.
К XV веку относится деятельность в области разработки хронологии, отраженная в книге Матфея Властаря «Собрание святоотеческих правил», которая используется при датировке времени составления пасхалии (см. «Русь и Рим», кн. II).
Н.А. Казакова пишет: «В конце XV- начале XVI в. традиция составления всемирных хроник продолжала существовать в Италии и Германии. В Италии в XV веке… тематика итальянских историков-гуманистов была, как правило, локально и национально ограниченной, и всемирной историей они почти не занимались».
Всемирная хроника была составлена флорентийским архиепископом Антонином (ум. 1459), а опубликована в 80-х годах XV века.
Н.А. Казакова продолжает: «Традиционную для средневековой исторической мысли периодизацию истории по шести возрастам сохранил и Якопо Филиппо Фореста из Бергамо, чей труд вышел в свет в 1483 г. Из итальянских гуманистов всемирной историей занимался Марк-Антонино Сабеллино».
В конце XV века всемирные хроники появились и в Германии. Это — хроника Хартманна Шеделя, а затем хроника швабского историка Науклера, доведенная до 1501 года. Известна также всемирная хроника Кариона, содержащая сведения о событиях до 1532 года. В 1551 году была опубликована «Хроника всего света» Марцина Вельского (ок. 1495–1575), польского писателя и историка. Основным источником его труда послужила всемирная хроника Науклера. Любопытно, что «Хроника» Марцина Вельского, когда в Польше возобладала Контр-реформация, была внесена в список запрещенных католической церковью сочинений.
И, наконец, в XVI–XVII веках создают свои труды Скалигер и Петавиус, завершая процесс построения неправильной хронологии древности.
Мы отобразили всю эту информацию на рис. 24. Из него видно, что западноевропейская версия всемирной хронологии — по нашему мнению, ошибочная — была создана в XIV–XVI веках и в основных чертах завершена в начале XVII века.
Москва — третий РимОткуда пошло выражение «Москва — третий Рим»?
Вспомним хорошо известную, хотя и не очень понятную с точки зрения «романовской» версии русской истории, средневековую формулу: «Москва — Третий Рим».
