Никогда прежде не видела я Джулиана в таком состоянии. Обычно он казался мне тихим, спокойным, немного не от мира сего, но уж точно не раздраженным и… обиженным.
— Никакого праздника выборов королевы в ее случае не было. В этом она отличалась от Элары, Евангелины и вас. Тиб влюбился в нее, она — в него, вот они и поженились.
Тиб. Казалось нелепым, что кто-то может называть Тиберия Калоре Шестого, короля Норты, Пламя Севера как-то иначе и не так длинно, но я подумала о том, что когда-то и он был молодым человеком, похожим на Кола, и лишь со временем стал правителем.
— Ее ненавидели за то, что мы происходим не из столь знатного дома, как другие. У нас не было силы, могущества и прочей мишуры, столь ценимой этими людьми, — отвернувшись от меня, говорил Джулиан.
Плечи его ходили ходуном с каждым вдохом и выдохом.
— Когда моя сестра стала королевой, она вознамерилась изменить установленный порядок вещей. Кориана была доброй и сострадательной. Она хотела воспитать из Кола короля, который сможет нас всех объединить, короля, который не будет бояться перемен, но ее планам так и не суждено было осуществиться.
— Я знаю, что чувствуешь, когда умирает родной человек, — произнесла я, думая о Шейде.
Мне до сих пор не верилось в то, что он мертв. А вдруг мне солгали и он сейчас дома, живой и невредимый, счастливый и в полной безопасности? Но нет… Где-то сейчас лежит обезглавленное тело Шейда…
— Я только вчера узнала, что мой брат погиб на фронте.
Джулиан, повернув голову, взглянул на меня остекленевшим взглядом.
— Сочувствую, Мара. Я не знал.
— Вы и не должны были. Армия не стала бы вносить имена казненных в эти книжечки.
— Казненных за что?
— Дезертирство. — Ложь имела привкус крови. — Вот только он ни при каких обстоятельствах не стал бы дезертиром.
После непродолжительной паузы Джулиан положил ладонь мне на плечо.
— Кажется, у нас больше общего, чем мы прежде думали, Мара.
— О чем вы?
— Мою сестру тоже убили. Она кому-то мешала, и ее просто устранили. — Джулиан понизил голос: — Они убьют всякого, кто встанет у них на пути: Кола, Мейвена и тем более вас.
И тем более меня, маленькую девочку-молнию.
— Мне кажется, что вы стремитесь к переменам, Джулиан?
— Стремлюсь, но перемены требуют времени, тщательного планирования, не говоря уже об удаче. — Он пристально взглянул на меня так, словно знал, что я задумала. — Я не хочу, чтобы вы в это влезали.
Слишком поздно.
Глава 16
Спустя неделю после того, как я лежала без сна, ожидая полуночи и все время поглядывая на часы, меня начало мучить отчаяние. Конечно, Фарли не придет. Даже она не сможет проникнуть во дворец. Но этим вечером, слушая тиканье часов, я вдруг ощутила полное отсутствие электричества вокруг. Со времени праздника выборов королевы такого со мной не случалось. Камеры наблюдения больше меня не беспокоили. Я и прежде сталкивалась с аварийным отключением электричества, но тогда ощущения мои были совершенно другими. Никакая это не авария. Все специально подстроено.
Быстренько я скользнула ногами в свои сапоги, которые за прошедшие недели уже успели разноситься, и поспешила к двери. Лишь только я очутилась в коридоре, как услышала над ухом голос Уолш. Схватив за руку, женщина повела меня сквозь тьму, тихо, но быстро произнося слова:
— Времени у нас немного.
Уолш потащила меня к лестнице, которой пользовалась только прислуга. Вокруг стояла смоляная тьма, но я примерно знала, куда иду. К тому же я полностью доверяла моей проводнице.
— Они включат электричество через пятнадцать минут… И то, если нам повезет…
— А если не повезет? — задала я вопрос во тьму.
Уолш провела меня вниз по ступенькам лестницы и плечом открыла дверь.
— Тогда я надеюсь, что ваша голова вам не особо дорога.
В нос мне ударили запахи земли, воды и травы, воскресив в памяти времена, проведенные в лесу. С первого взгляда это и впрямь походило на лес, состоящий из старых деревьев с сучковатыми, развесистыми ветвями и сотен прочих растений, если бы не стеклянная крыша над головой, сквозь которую проникал лунный свет, окрашивая все вокруг в черно-синие тона. Зимний сад. Изогнутые тени весьма причудливой и зловещей формы распростерлись по земле. За каждым поворотом мне чудились стражники и хранители, только и ждущие, чтобы схватить нас и казнить так, как они убили моего брата. Впрочем, я так и не заметила нигде их страшной черной или огненной формы. Ничего, кроме цветов, не привлекало моего взгляда под стеклянным потолком, усеянным звездами.
— Извините, если я недостаточно хорошо следую дворцовому этикету.
Голос донесся из рощицы украшенных белым стеклярусом магнолий. Голубые глаза поблескивали холодным огнем в лунном свете. У Фарли — настоящий талант ко всему броскому.
Как и во время того выступления на видеоэкране, нижнюю часть лица женщины закрывал красный шарф. Впрочем, материя не скрывала уродливого вида шрама, который тянулся по шее и скрывался за воротником ее рубашки. Шрам казался совсем свежим, только что начавшим затягиваться. Видать, у нее выдались жаркие деньки со времени нашей прошлой встречи… У меня, кстати, тоже.
— Фарли, — произнесла я, чуть склонив голову в знак приветствия.
Женщина осталась стоять, не шелохнувшись. Впрочем, я так и предполагала. У этой Фарли одно только дело на уме.
— А еще? — тихо произнесла она.
— Его приведет Холланд… сейчас… скоро…
От волнения при мысли о том, кого мы ожидаем, голос Уолш заметно дрогнул. Даже у Фарли глаза блеснули по-новому.
— Кого еще мы ждем?
Женщины не ответили, только переглянулись. Я начала перебирать в уме имена слуг и мальчиков-прислужников, которые могли бы стать нашими соучастниками.
Но появившийся человек оказался не слугой. Он даже красным не был.
— Мейвен.
Я не знала, кричать мне или пуститься наутек, когда увидела моего суженого, выступающего из теней на свет. Он принц. Серебряный. Враг. И при этом он сейчас стоял рядом с одной из руководительниц алых стражников. Его сопровождающий Холланд, красный слуга с долгим послужным списком за плечами, казалось, светился от гордости.
— Я же говорил, что ты не одинока, Мара, — произнес он, но при этом не улыбнулся.
Рука его слегка подергивалась. Принц явно нервничал. Он побаивался Фарли.
Теперь я видела, откуда этот страх. Женщина двинулась к нам. В руке она сжимала пистолет. Видно было, что нервничала она не меньше принца. Впрочем, голос ее не дрожал, когда Фарли к нам обратилась.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
