– Гарион, постой, – окликнула Мэйди и, подбежав к нему, схватила за руку.
– Ты забыл поцеловать меня, – прошептала она, закинула руки ему на плечи и крепко поцеловала в губы. – Ну вот, – вздохнула девочка, повернулась и, смеясь, побежала вверх по холму, а длинные светлые косы били по спине.
Бэйрек, Силк и Дерник встретили Гариона весёлым смехом.
– Тебе нужно было побежать за ней, – объяснил Бэйрек.
– Зачем ещё? – пробурчал Гарион, чувствуя, что краснеет.
– Она хотела, чтобы ты её поймал.
– Не понимаю.
– Бэйрек, – елейно предложил Силк, – думаю, один из нас должен сообщить леди Полгаре, что нашему Гариону нужно ещё кое-чему поучиться.
– У тебя, Силк, язык подвешен хорошо, – посоветовал Бэйрек, – значит, ты и должен ей сказать.
– Почему бы нам не бросить кости? – обрадовался Силк. – Проигравший пойдёт к леди Полгаре.
– Знаю я, какой ты игрок, даже слишком хорошо знаю, – засмеялся Бэйрек.
– Тогда, может, лучше нам остаться ещё на часок, – хитро прищурился Силк, – и я уверен, новая подружка Гариона с радостью завершит его образование, отпадает необходимость беспокоить леди Полгару.
Уши Гариона запылали.
– Не такой уж я глупый! – горячо возразил он. – И знаю, о чём вы толкуете.
Нечего впутывать сюда тётю Пол!
И отошёл, рассерженно разбрасывая ногами снег.
После того как Бэйрек ещё о чём-то посовещался с корабельным мастером и небо над гаванью заметно потемнело, друзья пошли обратно во дворец. Гарион с надутым видом тащился позади, всё ещё разозлённый дурацкими насмешками взрослых. Облака, нависавшие чуть не над головой со дня приезда в Вэл Олорн, немного рассеялись; проглянули островки вечернего неба. Сверкающие звёзды весело подмигивали с высоты. В окнах засветились жёлтые огоньки свечей, а немногие запоздалые путники торопились домой до наступления темноты.
Гарион, всё ещё державшийся позади, увидел, как в широкую дверь с грубо намалёванной вывеской, изображавшей виноградную гроздь, вошли двое. Один – тот самый с бородой песочного цвета, в зелёном плаще, прятавшийся накануне в коридорах дворца, на другом был тёмный капюшон, скрывавший лицо, но Гарион ощутил внезапный толчок и тут же понял, кто перед ним. Слишком долго они смотрели друг на друга, и теперь черты этого человека навеки запечатлелись в памяти Гариона. Но, как и раньше, Гарион почувствовал знакомое стеснение в груди, будто кто-то приложил к его губам палец, призывая молчать. Этим человеком был Эшарак, и, хотя присутствие мерга в этом городе означало нечто очень важное, Гарион по какой-то причине не мог никому сказать об этом. Ещё раз оглянувшись на обоих мужчин, Гарион поспешил за своими друзьями. Несколько минут он тщетно боролся со странным запретом, сковывающим язык, потом попытался начать издалека.
– Бэйрек, в Вэл Олорне много мергов? – спросил он.
– Ни одного. Им под страхом смерти запрещено здесь появляться. Это очень старый закон, провозглашённый самим Чиреком Медвежьи Плечи. А почему ты спрашиваешь?
– Просто интересно, – пробормотал Гарион.
Внутри всё кипело от желания рассказать об Эшараке, но язык будто примёрз к зубам. Вечером, когда все уселись за длинным столом в центральном зале дворца, а слуги разносили огромные блюда, доверху наполненные невиданными кушаньями, Бэйрек позабавил всех рассказом о приключениях Гариона, сильно преувеличивая подробности.
– Могучий удар, – повествовал он, – достойный великого воина, чуть не лишил соперника носа. Алая кровь лилась рекой, а враг был растоптан и повержен.
Гарион, как истинный герой, стоял над побеждённым и, как истинный же герой, не хвастался и не издевался над лежавшим в снегу противником, но предложил способ излечения и с величавой простотой и достоинством покинул поле брани. Правда, ясноглазая дева не позволила ему удалиться без награды за храбрость. Она поспешно бросилась вслед, ласково сомкнула на его шее белоснежные ручки и, не сходя с места, одарила поцелуем – лучшая награда для настоящего рыцаря, поверьте. Глаза её пылали восхищением, а девственная грудь трепетала от пробудившейся страсти. Но скромный Гарион в своей невинности удалился, не требуя других сладких наград, которые, судя по поведению прекрасной девы, не заставили бы себя долго ждать. И на этом приключения, увы, кончились, а наш герой, завоевав победу, отказался вкушать истинные её плоды.
Воины и короли ревели от смеха, стуча кулаками по столу, коленям, хлопая друг друга по плечам. Королева Ислена и королева Сайлар снисходительно улыбались, королева Поренн весело хохотала, только леди Мирел сидела с каменным лицом, искоса презрительно поглядывая на мужа.
Гарион побагровел до ушей, в ушах звенело от бесчисленных советов и предложений.
– Неужели всё было именно так, племянник? – допытывался король Родар у Силка, вытирая выступившие слёзы.
– Более или менее, – отозвался тот. – Лорд Бэйрек – прекрасный рассказчик, хотя немного приукрашивает.
– Нужно бы послать за менестрелями, – вмешался граф Селин. – Этот подвиг должен быть увековечен в песне.
– Не дразните его! – сочувственно глядя на Гариона, перебила Поренн.
Тёте Пол, казалось, вовсе не было весело: холодно поглядев на Бэйрека, она подняла брови:
– Не странно ли, что трое взрослых мужчин не могут уследить за мальчиком?
– Но это был всего один удар, леди Полгара, – запротестовал Силк, – и один-единственный поцелуй!
– Неужели? – осведомилась она – А что будет в следующий раз? Дуэль на шпагах или мечах, а после ещё какое-нибудь безрассудство!
– Ничего страшного в этом нет, поверьте, мистрис Пол, – вмешался Дерник.
– Я думала, что хоть у тебя, по крайней мере, достаточно здравого смысла, Дерник, – покачала она голо вой, – но теперь вижу, как ошибалась.
Гариону почему-то стало невыносимо тошно слушать её замечания. Казалось, она воспринимала любой его поступок в искажённом свете, предполагая самое худшее. Неприязнь всё нарастала, пока мальчик не почувствовал, что вот-вот взорвётся. Какое право она вообще имела осуждать его? Между ними нет никакого родства, и он волен делать всё, что захочет, не спрашивая ни у кого разрешения!
Мальчик мрачно, в бессильной ярости воззрился на тётю Пол. Заметив его взгляд, она подняла холодные глаза, словно пытаясь вызвать его на дерзость.
– Ну?
– Ничего, – коротко ответил Гарион.
Глава 15
На следующее утро облака рассеялись, небо было ярко-синим. Вершины гор, поднимавшихся прямо за чертой города, ослепительно блестели в ярких лучах солнца. После завтрака господин Волк объявил, что он и тётя Пол будут сегодня беседовать с глазу на глаз с Фулрахом и олорнскими королями.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
