Планы его были продуманы хорошо, и он мог рассчитывать на успех. Не оставлено никакой лазейки, через которую смог бы улизнуть ловкий и храбрый человек. Все дороги перекрыты, за каждым уголком следят, а где-то на берегу в уединенной хижине небольшая компания изгнанников ждет своего избавителя, чтобы подвергнуть его неминуемой смерти. Исчадие ада, сидящее теперь здесь в одежде священника, слишком подлое существо, чтобы дать храбрецу умереть быстро и достойно, как солдату в бою. Этот захочет насладиться властью над человеком, который так долго побеждал. Он будет радоваться при виде его мучений, подвергать его той изощренной моральной пытке, какую может изобрести лишь смертельная ненависть.
Пойманный благородный орел со связанными крыльями будет вынужден страдать от укусов крысы, и Маргарита, жена его, любящая его и ввергнувшая его в это, бессильна будет помочь ему. Останется лишь надежда умереть с ним рядом, успев сказать, что любовь ее, истинная и страстная, всегда принадлежала только ему.
Шовелен сидел теперь за столом. Он снял шляпу и приступил к скудному ужину, и Маргарита могла видеть его тонко очерченный профиль и твердый подбородок. Он был страшно доволен, с совершенным спокойствием ожидая дальнейших событий. Казалось, что он рад даже этой безвкусной брогаровской пище. Маргарита поразилась, сколько ненависти может пылать в одном человеке к другому.
Вдруг до ее слуха долетел голос, заставивший сердце окаменеть. На самом же деле этот голос вовсе не собирался внушать кому бы то ни было ужас, он весело и приветливо пел «Боже, храни короля!».
ГЛАВА XXV
ОРЕЛ И ЛИСИЦА
У Маргариты перехватило дыхание, ей даже показалось, что остановилась сама жизнь, когда она услышала этот голос и эту песню. Она узнала своего мужа. Шовелен также услышал песню и, бросив быстрый взгляд на дверь, поспешно водрузил на голову свою широкополую шляпу.
Звуки приближались. На какое-то мгновение Маргарита ощутила дикое желание броситься вниз, пробежать через комнату и любой ценой заставить певца уйти, исчезнуть, пока не поздно. Однако она сразу же подавила порыв. Шовелен все равно преградит ей дорогу раньше, чем она добежит до двери, а на крик, возможно, сбегутся солдаты. Ее мгновенный порыв мог привести к смерти человека, которого ей хотелось спасти.
Дольше правь над нами,Боже, храни короля! —
звучала песня все более и более ясно. В следующий момент дверь распахнулась и воцарилась жуткая тишина.
Маргарите не было видно входа. Она, стараясь не дышать, пыталась представить, что происходит.
Перси Блейкни, открыв дверь, сразу же, естественно, обратил внимание на кюре. Он колебался всего несколько секунд, но вот Маргарита уже увидела широко шагающую через комнату фигуру и услышала веселый голос:
– Эй, привет! Что, никого нет? А где этот дурак Брогар?
На нем были роскошный плащ и костюм для верховой езды, тот самый, что видела Маргарита в Ричмонде вот уже столько часов назад.
Внешность его, как всегда, была совершенно безукоризненной; дивные мекленские кружева на шее и запястьях, идеально сохранившие свою изящную паутину, гибкие белые руки, тщательно уложенные прекрасные волосы и монокль, вставленный с обычной манерностью. Собственно говоря, сейчас сэр Перси Блейкни, баронет, должен был следовать на вечер к принцу Уэльскому, вместо того чтобы, рискуя жизнью, появляться здесь, в этой западне, приготовленной для него смертельным врагом.
Он остановился посреди комнаты. Маргарита, парализованная страхом, едва дышала.
Каждый миг она ждала, что Шовелен подаст сигнал, комнату заполнят солдаты, и тогда она, спрыгнув вниз, поможет Перси продать свою жизнь подороже. Пока же он стоял в блаженном неведении, ей очень хотелось крикнуть ему: «Беги, Перси! Здесь твой смертельный враг! Беги! Еще есть время!»
Но она все равно не успела бы сделать этого, потому что в следующий миг Блейкни спокойно подошел к столу и, весело стукнув кюре по спине, сказал в своей обычной тягучей манере:
– Дохлая рыба!.. Э-э-э… Месье Шовелен… Клянусь, я не ожидал вас здесь встретить!
Шовелен, как раз в это время поднимавший ко рту ложку с супом, поперхнулся. Тонкое его личико стало пунцовым, и лишь усиленный кашель помог этому хитрому представителю французского правительства скрыть бесконечное удивление. Да и было от чего, англичанин совсем не рассчитывал увидеть здесь своего врага, в то время как Шовелен ждал именно его, и эта сверхнаглость на мгновение привела француза в полное замешательство.
Совершенно ясно, что никаких предосторожностей на случай, если харчевня будет окружена солдатами, Перси не предпринимал. Однако он наверняка догадался, что солдат нет, и в его изобретательном уме возник какой-нибудь план, позволяющий извлечь максимальную выгоду для себя из этой непредвиденной встречи.
Маргарита совершенно застыла на своем чердаке. Она торжественно обещала сэру Эндрью не выходить к мужу при посторонних. И теперь всеми силами удерживала себя, чтобы своим неразумным порывом не испортить его игру. Но сидеть спокойно, видя рядом этих двоих, было страшным испытанием для ее мужества. Маргарита слышала, как Шовелен приказал перекрыть все дороги. Она знала: как только Перси покинет «Серого кота», ему не удастся далеко уйти. Куда бы он ни направился, высокого англичанина быстро заметит кто-нибудь из патруля капитана Ютлея. Если же он останется, то Дега успеет вернуться с полудюжиной людей, которых просил привести Шовелен.
Петля затягивалась, а Маргарите оставалось лишь наблюдать с изумлением. Шовелен выглядел несколько испуганным. Маргарита достаточно хорошо знала его, чтобы догадаться, что творилось сейчас в его голове. За себя самого он не боялся, несмотря на то что остался в уединенной харчевне один на один с человеком, который был не только сильнее физически, но еще и невероятно смел и бесконечно изобретателен. Она знала, что Шовелен будет драться отчаянно и отважно за дело, которому служит всем сердцем, и он боялся лишь того, что храбрый англичанин, справившись с ним, снова выиграет. Подчиненные могут не преуспеть в поимке Сапожка Принцессы, не направляемые ловким и хитрым умом, подкрепленным смертельной ненавистью.
И в настоящий момент представитель французского правительства боялся не сильной руки собеседника, который с глупым смехом и добродушной физиономией вновь похлопал его по спине.
– Ужасно чертовски извиняюсь… – приветливо начал сэр Перси. – Страшно извиняюсь… Я, кажется, помешал вам… принимать суп… Какая бестолковая и неуклюжая вещь… этот суп… хэ-хэ-хэ… Увы! Один мой приятель как-то даже помер… подавившись… как вы… полной ложкой супа.
